За двенадцать месяцев в вайб-кодинге через мой счёт прошло около 1,2 миллиона рублей. Цифра ровная, пока не поделишь её на часы, которые в неё уложил. Я сел и посчитал не оборот, а сколько реально выходило за час работы, и вот тут считать стало неприятно. Расскажу, что получилось, без подгонки в свою сторону.
Первый рабочий месяц дал 40 тысяч, дальше был провал до 25, когда я неделю чинил чужой проект за смешные деньги, и только к концу года пошли месяцы по 160 и один по 180. Если усреднить, звучит прилично. Но в начале я сидел над заказом по сорок и пятьдесят часов, а брал за него 30 тысяч, и мой реальный час стоил рублей четыреста. Курьер в нашем дворе зарабатывал больше. К концу года тот же объём я закрывал за полтора десятка часов и за 80 тысяч, и час подрос примерно до 2500. Менялся не код, код мне писала нейросеть и в начале, и в конце. Менялось то, что я перестал по три раза переделывать одно и то же и научился отсекать хотелки, которые ломают сроки.
Разложу год по заказам, потому что в часах он честнее, чем в рублях. Бот записи на ТО для маленького автосервиса я отдал за 55 тысяч, а провозился над ним почти 60 часов: владелец трижды менял логику, как считать занятость двух подъёмников, и каждый раз это была переборка половины. Складской учёт для магазина автозапчастей на Гугл-таблицах вышел за 80 тысяч и забрал двадцать пять часов, потому что задачу я к тому моменту уже понимал и не плодил лишнего. Два почти одинаковых по деньгам проекта, а по времени разница втрое. Вот эта разница и есть вся моя учёба за год, если перевести её в деньги.
Поддержку я полгода отдавал даром
Самые тихие потери сидели не в заниженном чеке, а в том, что я полгода чинил уже сданные проекты бесплатно. Клиент писал "слушай, тут кнопка перестала слать заявку", я лез и за час правил, и считал это нормой, частью сделки. К концу полугода таких висящих проектов набралось штук восемь, и каждый месяц они съедали у меня дней пять чистого времени, за которые я не получал ничего. Когда я наконец посчитал эти часы, стало очевидно, что я подарил клиентам месяц работы в год. Тогда и завёл ежемесячную поддержку отдельной строкой, скромную, по три-четыре тысячи с проекта, и денежная тревога просела сразу, а заодно перестали дёргать по мелочи в выходные.
Теперь то, из-за чего 1,2 миллиона усыхают на бумаге. Подписки на Cursor и пару сервисов это около 4500 в месяц, налог самозанятого ещё 6% сверху, и про него легко забыть до уведомления. Плюс месяц, когда я вернул предоплату за проект, который не вытянул в срок. Финансы я первое время вёл в голове и путал деньги заказа со своими: пришло на карту 70 тысяч, я и считал, что заработал семьдесят, а из них треть была чужая или ещё не моя.
Считать свой час я научился позже, чем брать деньги
Считать собственное время в рублях меня в маркетинге никто не приучил, там я продавал чужие часы, а свои сидел до ночи и не замечал. На том, что я проходил перед стартом, деньги разбирали отдельно, но привычку смотреть на ставку за час я поставил себе сам, после двух заказов, которые ушли в минус по времени. До этого я гордился оборотом и не понимал, почему при растущих суммах на руках вечно пусто. Понял, только когда выписал рядом два столбца, деньги и часы, и второй столбец оказался куда красноречивее первого.
Чтобы был виден разброс, возьму два крайних месяца. Лучший: складской учёт за 80 тысяч, бот за 55 и две поддержки на восемь, итого 143 тысячи, и почти всё по рекомендациям, при сорока часах за месяц. Худший случился не в январе, как все пугают, а в апреле: один заказ сорвался на полпути, клиент пропал, и осталось 30 тысяч с мелких правок при тех же сорока часах в работе. Один и тот же человек, те же руки, разница в деньгах в пять раз, а в часах никакой.
Если свести год к среднему, чистыми после расходов и налога выходило около 90 тысяч в месяц, и то лишь потому, что вторая половина вытянула провальную первую. Меньше прежнего оклада в найме, если смотреть на голую цифру. Но прежний оклад стоил мне восьми лет в чужом расписании и потолка, который было видно. А этот час, который к концу года стоил 2500 вместо четырёхсот, я считаю своим главным итогом, дороже самой суммы. Год научил меня смотреть не на то, сколько пришло, а на то, во сколько часов это пришло.