В городе Глобусе, столице одноимённого мира, состоялось внеочередное заседание Комитета по Окончательному Урегулированию. Заседание было плановым, внеплановым, регулярным и экстренным одновременно — что соответствовало природе самого Комитета, учреждённого для разрешения ситуаций, которые он же и создавал.
Зал заседаний представлял собой круглый стол, за которым разместились представители всех частей Глобуса. Круглый стол был квадратным, что символизировало гибкость геометрии в эпоху многополярности.
Председательствовал господин Генсек, избранный пожизненно на период временного чрезвычайного положения, которое длилось уже семьдесят девятый год подряд. Он обладал правом решающего голоса, совещательного голоса и голоса совести, причём все три голоса могли звучать одновременно, не мешая друг другу.
Пункт первый. Палестино-израильский вопрос.
Первым взял слово представитель Государства Барьер господин Шалом.
— Мы имеем полное право на самооборону, — сообщил он. — И осуществляем это право путём нанесения ударов по тем, кто угрожает нашей безопасности, включая тех, кто может угрожать нашей безопасности в будущем, если мы не нанесём удар первыми. Мы готовы к переговорам о мире, но только с теми, кто признаёт наше право не вести переговоры с теми, кто нас не признаёт. Мы признаём право другой стороны на существование в той мере, в какой это существование не угрожает нашему существованию, которое мы определяем как существование в границах, которые мы определяем по мере существования.
Следующим выступил представитель Сектора Надежды доктор Иншала.
— Мы решительно отвергаем агрессию, — заявил он. — И оставляем за собой право на сопротивление, которое является агрессией исключительно с точки зрения агрессора. Мы готовы к миру, но мир не может быть достигнут до тех пор, пока не будут устранены причины войны, главной из которых является отсутствие мира. Мы признаём право другой стороны на существование, но не признаём её права на существование в тех формах, которые делают наше существование невозможным. Мы требуем немедленного прекращения огня, который мы не можем прекратить в одностороннем порядке, потому что одностороннее прекращение огня является капитуляцией, а капитуляция — это не мир.
Мистер Твистер, представлявший Заокеанскую Федерацию, огласил письменное заявление:
— «Мы поддерживаем Израиль в его праве на самозащиту и одновременно призываем к немедленному прекращению насилия. Мы осуждаем тех, кто нападает, и тех, кто защищается слишком активно. Мы за решение о двух государствах при условии, что оба государства будут существовать в границах, которые мы утвердим после того, как они перестанут существовать в нынешних. Мы готовы предоставить гуманитарную помощь обеим сторонам, включая военную помощь той стороне, которая, по нашему мнению, в ней больше нуждается. Наша позиция ясна и прозрачна, как документ с грифом «совершенно секретно»».
Господин Компромисс от Европейского Сектора (в девичестве — фон дер Ляпсус) добавил:
— Европейский Сектор выражает глубокую озабоченность. Мы призываем к немедленному прекращению того, что происходит, и к началу того, что не происходит. Мы осуждаем любые действия, которые осуждаем, и поддерживаем любые инициативы, которые поддерживаем, при условии, что они не противоречат нашим ценностям, список которых уточняется.
Пункт второй. Китайская инициатива.
Представитель Срединной Державы товарищ Чжун взял слово без спешки, но с достоинством.
— Мы выступаем за мир во всём мире, — изрёк он. — И мы настаиваем на том, что любой мир должен учитывать наши интересы, которые заключаются в том, чтобы весь мир учитывал наши интересы. Мы не вмешиваемся во внутренние дела других государств, за исключением тех случаев, когда это необходимо для защиты наших интересов, которые, как мы уже отмечали, должны учитываться всеми. Мы поддерживаем принцип невмешательства и оставляем за собой право вмешиваться в тех, кто вмешивается в наши дела, включая дела, которые мы считаем нашими по праву истории. Тайвань является неотъемлемой частью Китая, а Китай является неотъемлемой частью всего остального, что он сочтёт своим. Мы призываем к диалогу без предварительных условий, главным из которых является признание нашей правоты.
Пункт третий. Иранский атом.
Мулла Атом, представитель Ближневосточного Анклава, поправил чалму и произнёс:
— У нас нет ядерного оружия. Но если потребуется, оно у нас будет. Вернее, оно у нас уже есть, но мы его не используем, если нам не будут угрожать. А поскольку нам угрожают постоянно, мы вынуждены постоянно его не иметь, но быть готовыми иметь. Мы подписали Соглашение о нераспространении и оставляем за собой право распространять его действие на те области, которые сочтём нужными. Инспекторы МАГАТЭ могут посещать наши объекты в любое время, кроме тех дней, когда мы проводим испытания, которые мы не проводим.
Господин Компромисс поднялся с места и зачитал резолюцию:
— Европейский Сектор вводит санкции за несоблюдение санкций, которые были введены ранее за несоблюдение предыдущих санкций. Мы признаём право Ирана на мирный атом, но осуждаем его за то, что он использует это право. Мы предлагаем диалог, но диалог должен проходить на наших условиях, которые заключаются в том, что Иран должен отказаться от своих условий.
Мулла Атом поблагодарил за конструктивный подход и сообщил, что Иран примет санкции к сведению и продолжит их игнорировать в рабочем порядке.
Пункт четвёртый. Венесуэльское похищение.
Представитель Карибского Бастиона команданте Кидало взял слово без очереди, что соответствовало регламенту, разрешавшему брать слово без очереди тем, кто не соблюдает регламент.
— Похищение оппозиционера, — заявил он, — является добровольным актом перевоспитания, совершённым по инициативе самого оппозиционера, который добровольно согласился на временное ограничение свободы в целях укрепления демократии. Мы решительно осуждаем вмешательство во внутренние дела, если оно направлено против нас, и приветствуем вмешательство, если оно направлено в нашу пользу. Суверенитет есть право народа на самоопределение, а народ мы определяем сами.
Мистер Твистер добавил:
— «Мы рассматриваем ситуацию. Мы её рассматривали, рассматриваем и будем рассматривать. Возможно, мы введём санкции, возможно, не введём. Возможно, мы уже ввели, но пока не объявили. Возможно, мы объявим, что не вводили. Это зависит от того, как будут развиваться события, которые мы определяем по мере их развития».
Пункт пятый. Общая резолюция.
Господин Генсек подвёл итог заседания:
— Комитет постановляет: мир должен быть достигнут путём войны, война должна быть прекращена путём её продолжения, санкции должны быть усилены до такой степени, чтобы их эффект стал незаметен, а диалог должен продолжаться до тех пор, пока стороны не перестанут понимать, о чём они говорят. Мы едины в нашем многообразии и многообразны в нашем единстве.
Резолюция была принята единогласно. Представители пожали друг другу руки, мысленно подсчитывая, сколько единиц оружия можно продать в ближайший квартал.
Заседание завершилось. Война продолжалась. Мир был достигнут.
Над городом Глобусом сияло солнце. Оно светило всем одинаково, но каждая часть города считала, что именно ей — немного ярче.