Кукушки. Глава 112.
С трудом, из-за долгой, нудной, дождливой осени, когда казалось, что уже даже земля не может принять воду, кокушенцы собрали, высушили и убрали по амбарам урожай. Тяжелое, хмурое небо то и дело грозило пролиться дождем, было сыро, холодно и казалось этой погоде не будет конца и края. Яков распорядился подтапливать вечерами печь, тогда как многие кокушенцы, экономя дрова, стыли в холодных избах.
Из-за затянувшейся осени, мешавшей крестьянам убрать урожай, сватовство в Кокушках сместилось на конец октября, именно тогда природа, словно сжалившись над людьми, одарила их солнцем и первыми легкими морозцами. Зазвенели Кокушки голосами сватов, понесли задами, прячась от людей незадачливые женихи тыквы.
К слову сказать, таких было очень мало, раз-два и обчёлся, ведь большинство браков были уже давно предрешены. Иногда кокушенцы договаривались о свадьбе своих детей заранее, когда им было по шесть –семь лет.
Да и причины для вступления в брак могли быть разные, кто-то хотел этим объединить соседствующие наделы, кого-то интересовало хорошее приданное невесты, а кто-то и вовсе желал только привести в свою избу работящую бабу. Были и те, кто отдавал своих дочерей за того, кто предложит за них большой выкуп и тогда судьбу девушки решали лишних пара рублей.
Купава волнуясь ждала за занавеской скрывавший закуток за печью. За столом договаривались сваты и родители. Жених был им хорошо известен Михаил Смолин.
-Не один день Купаву ростили, чтобы враз отдать, -сказал гостям отец девушки Алексей Семёнович, следуя традициям. Мишка был ему по душе и семья у него справная, один Лукиян чего стоит, своего никогда не упустит, схватится за что, как собака, враз и не оторвёшь. И домовитый он и сыны в него пошли. Всё уже решил он про себя, но сразу согласие на свадьбу давать не решился, люди осудят, от того и попросил время на раздумье.
-Дочку замуж выдать-не пирог испечь, -извиняющее сказал он сватам, провожая их за ворота, –а вас благодарю за оказанную нам честь, ждём вас за нашим решением через неделю. За это время планировал он собрать семейный совет и всесторонне обсудить Мишку в качестве жениха. Кроме того, надеялся Алексей Семёнович, что заглянут к ним в избу сваты ещё от одного семейства –Викуловых. Тимолай Тимофеевич был не последним человеком в Кокушкух и породниться с таким было бы не грех.
-Что ж вы, тятенька, согласие не сразу дали? –обратилась к нему раздосадованная Пава поджидающая его у крыльца и потерявшая надежду на то, что сваты и её родители договорятся меж собой.
-Не велика ты в перьях, чтобы отцу указы раздавать, -ответил ей отец, -иди-ка лутше к матери да помоги со столов убрать, пол не забудь подмести, чует моё сердце ещё кого-нить принесёт сегодня. И в кого ты у меня такая баская уродилась? –улыбнулся он девушке, довольно оглаживая бороду.
Викуловы на сватовство отправились вечером, ближе к ночи. О цели их поездки никто не знал. Тимолай не хотел привлекать внимание односельчан, боялся встретить по дороге недоброго человека и выдав цель поездки, спугнуть удачу. Он приказал запрягать лошадей во дворе, а не у ворот и выезжать через задние ворота, чтобы никто не видел.
-Не шоперьтесь! –приказал он своим попутчикам-сватам. Как всё в своей жизни он делал сам, так и тут не желал упустить сватовство из своих рук, опасаясь, что недотепы сваты всё сделают не так. Женская половина в лице жены и дочерей принялись хлестать несильно сватов поясами, хлебными лопатами подушками по спинам и плечам, а Тимолай громко им крикнул:
-Девки! Шибайте их конурами, шибайте! Считалось, что так сваты будут защищены от неудачи в сватовстве.
- Чего расселся! –сердито сказал Тимолай сыну, тяжело отдуваясь он влез на телегу, -гони! –приказал он ему,- езжай как как можно быстрее, да не по деревне, в округа давай! Колокольчик поддужный подвязал? –спросил он Андрея.
-А как же, тятя, непременно, -ответил ему сын, понукая жеребца. Как только они скрылись из глаз, его мать и сестры принялись в избе связывать вместе кочерги и ухваты, чтобы невеста никуда не делась, а ножки стола и табуреток опутали веревками. Тимолай Тимофеевич любил порядок и желал, чтобы всё делалось как положено. Он и сваху, дородную тетку Грушу нарядил в шубу, с ярким платком поверху и валенки, в которых ей было жарко, но она молча терпела, боясь рассердить Викулова.
В избе невесты их будто бы ждали, стол был накрыт и зажжено множество свечей. Мальчонка, которого заранее послал Тимолай с заданием справился и хозяев предупредил. Пава была сама не своя, жених ей не нравился, и она планировала подать сватам тыкву, которая лежала возле печи, дожидаясь своего часа.
- У вас курочка – у нас петушок, нельзя ли их загнать в один хлевушок, -заголосила привычными словами сваха, -обращаясь к хозяевам, а дальше уж беседа понеслась по накатанной и вскоре Пава с ужасом услышала, как отец с жаром обсуждает с Тимолаем её приданное и свадебные условия.
-Выйди к гостям, -приказал он, заглянув за занавеску и увидев в её руках тыкву, нахмурился и зашептал ей в ухо:
-Не вздумай плод сей сватам отдать! Ты знаешь сколько Тимолай Тимофеевич вам на свадьбу пообещал? С такой семьёй не грех и породниться! Выходи и улыбайся, всё без тебя решено! А коли вздумаешь ерепениться, голой и босой побираться пойдешь! Улыбайся, кому говорю! –он схватил её за руку, сжав ладонь девушки так, что у неё от боли выступили слёзы и вывел к гостям.
-Вот она, краса наша ненаглядная, как цветочек аленький расцвела для жениха, -сказал он, подводя девушку к жениху. Она встала рядом с ним, рассматривая деревянный пол под ногами, слезы застилали её глаза и как бы не старалась, но никак не могла заставить себя улыбнуться.
-Возьмите –ка от нас, -это сказала её мать, подавая сватам сарафан Павы и платок, в знак того, что стороны договорились, после чего девушку отправили обратно, за печь.
-Про договор наш молчи, -наказал Тимолай Алексею Семеновичу, - не к чему людям знать да языками молоть, а коли кто уже сватался к дочери твоей, так тому от ворот поворот дай, чтобы не тешили себя надеждами, а то ты мужик хитроватый, на тебя где сядешь, там и слезешь, -сказал он ему такая пальцем в грудь, когда они прощались за воротами.
-Молчать стану, Тимолай Тимофеевич, да мне с вами породниться за честь, -подобострастно ответил тот терпя его железные пальцы, которые словно горячим железом прижигали его грудь. Гости уселись в телегу и отъехали, а он долго ещё смотрел им, вслед не веря собственному счастью. Это замужество поистине могло стать счастливым для их семьи и позволило бы улучшить их жизнь. Он вздохнул, почесав бороду и закрыв ворота щеколду отправился в избу.
Сашко миновала вся эта суета со сватовством, родители не настаивали, а он и не стремился, хотя у отца были на примете невесты. Акилина вздыхала и даже порою утирала слёзы при мысли, что первенец их так и не женится, много молилась за детей своих и старалась не гневить бога грешными мыслями. Но, видимо, молитвы её не помогли, потому что совсем скоро приключилося в Кокушках такое событие, что навсегда изменило жизнь их семьи.
В этот день, солнечный, ясный Сашко и Мишка собрались на рыбалку за деревню, к глухому логу, оврагу, имевшему высокие, сыпучие берега, поросшие мать и мачехой. Настроение у обоих было хорошее, развеселое, Мишка трещал об предстоящей женитьбе, ожидая ответа от отца Павы и уверенный в том, что он будет положительным. С любимой он эти дни не виделся, Алексей Семенович перестал отпускать дочь на вечеринки, и Мишка думал, что это из-за предстоящей свадьбы, ведь невесте нужно было много приготовить для неё своими руками, например, сшить свадебный сарафан.
-Ох и заживём мы с любой моей, как голубки, -мечтательно сказал он, лежа на холодной земле и закинув руки за голову не обращая внимание на перо, дергающееся от захвата рыбой на воде.
-У тебя клюет, -предупредил его Сашко, обернувшись к другу и показывая на удочку,- сейчас сорвется, -сказал он.
-Не сорвется, -Мишка вскочил на ноги, потянул удочку на себя и на берегу оказался крупный, серый карась, -я удачливый, –сказал он, отправляя рыбу в пестерь. Сегодня им действительно повезло и рыбы они поймали столько, что с трудом подняли пестерь на высокий берег, где и встретил их Андрей, возвращающийся с реки с пучком ивовой лозы в руках. Не то чтобы они были рады этой встрече, но с последней их драки прошло время, достаточно, чтобы забыть старые обиды, тем более Мишка вопрос со свадьбой считал решенным, поэтому решил немного подергать словесно своего соперника за нос. Все трое они стояли на краю берега, не замечая, как не устойчива его кромка и как крошится из-под неё земля, угрожая осыпаться вниз в любой момент.
-Что, Андрейка, не весел, буйную голову повесил али не нашёл себе невесты –то? –съехидничал Мишка, переминаясь с ноги на ногу под тяжестью пестеря, который он зачем-то держал в руках.
-Как не нашел? Нашёл, -Андрей решил ему не уступать и вступил в разговор, -краше в деревне не сыскать и баска и умна, а уж хозяйка какая отменная! –хвастливо сказал он и собеседники его тут же ему поверили, уж больно самовлюбленным и гордым выглядел он.
-Да кто ж на такого обзарился? –растеряно спросил Мишка, мысленно вспоминая всех кокушенских девок, -да и не слыхать было по деревне про твоих сватов.
-Зато про твоих слышно было, что получил ответ-то или по своей ровне невесту искать станешь? – спросил его с усмешкой Андрей. Мишка не успел ему ответить, кромка берега началась обваливаться под их ногами. Сашко, стоявший с пустыми руками, отпрыгнул, а Мишка и Андрей начали скользить вниз. Андрей первым, Мишка за ним. Мгновение и Сашко, рискуя собственной жизнью подскочил к краю берега и успел схватить друга за ворот рубахи, а затем и за одну руку, когда он бросил пестерь с рыбой. Он рванул друга на верх с такой силой, что у того хрустнула рука в плече, спешно они отползли от края и упали на спину, глядя в бездонное, голубое небо над головой. Они оба тяжело дышали, сердца стучали в их ушах, а лицо заливал холодный пот от пережитого страха.
-Там Андрей –сказал Сашко и осторожно, по -пластунски подполз к краю, чтобы посмотреть, что с ним случилось. Огромный пласт обрушившегося берега лежал внизу кучей земли из-под которой виднелись только дергающиеся в конвульсиях ноги в лаптях Андрея. Сам он полностью оказался под большущей кучи земли. Было ясно, что помочь ему сейчас мог только господь и жизнь покидает или уже покинула его тело.
-Что там? - хрипло спросил Мишка, всё ещё без сил лежащий на земле.
-Не жилец, -ответил ему Сашко, присматривающей место, где бы можно было спуститься к реке. Увидев это, Мишка вскочил и схватил его за руку.
-Идём отсюда, быстрее, пока нас никто не видел! Да дядька Тимолай нас со свету белого сживет, на каторгу отправит! А так шито-крыто, мы с тобой здесь не были, ничего не видели, какой с нас спрос?
-А как же Андрей?
-Ты сам сказал, что он не жилец, а чуть позже его найдут, не стой, бежим! –истерично прокричал Мишка и схватив его за руку потянул прочь.