Она могла бы жить обычной московской жизнью — консалтинг, карьера, планы на отпуск. Но однажды февральским утром вышла на лёд Белого озера и пошла к руине, которая медленно уходила под воду посреди реки. И не смогла уйти. Ни тогда, ни потом.
«Когда я в первый раз увидела этот храм, стоял февраль. Я пошла по льду, долго обходила проталины, боясь провалиться. И когда дошла, почувствовала в нём какое-то живое начало. Как будто церковь со мной заговорила, и наши каналы совпали», — вспоминает Анор Тукаева в одном из интервью.
С того дня прошло пятнадцать лет.
Город, которого нет
Церковь Рождества Христова в Крохино — единственное, что осталось от Крохинского посада. Городок стоял у самого истока Шексны из Белого озера и жил за счет судоходства: торговля, рыбный промысел, обслуживание судов и пристаней. Каменный храм тут строили всем миром с 1788 по 1820 год. И к 1910 году его оценили в 22,5 тысячи рублей вместе с иконостасами и колокольней — по современному курсу это больше 30 миллионов рублей.
Только вот в 1940 году было принято решение о строительстве Волго-Балтийского водного пути, и под воду должны были уйти более 700 населённых пунктов, в том числе Крохино. Деревянные дома и постройки разбирали и перевозили, а вот с кирпичными все было намного сложнее.
В 1961 году уровень воды в Шексне поднялся на пять метров. Над водой осталась только каменная церковь — она стояла чуть выше, на возвышении.
Её оставили как маяк зоны затопления. Потом выпрямили фарватер, поставили бакены — и храм стал не нужен. Его стёрли с речных карт и забросили. Почти полвека крохинская церковь медленно разрушалась волнами и льдом.
Февраль 2009 года
Анор давно интересовалась заброшенными местами русского севера. За полтора года до поездки она посмотрела документальный фильм о затоплении, начала искать сохранившиеся строения и на одном из форумов наткнулась на фотографии крохинского храма с припиской: «Всем, кто хочет увидеть церковь, надо поспешить: храм стремительно разрушается». Год она откладывала поездку. Потом всё-таки поехала — в феврале, специально, чтобы дойти до церкви по льду.
«Мы даже не понимали, где точно находится храм. Было тревожно: идёшь по льду, но совсем рядом видишь голый фарватер», — вспоминает она.
А потом девушка его увидал, обошла вокруг, потрогала кирпичи...
«Вот есть невероятной красоты памятник, и он совершенно точно рухнет. Захотелось сделать хоть что-то, чтобы этого не случилось», — говорит Анор.
Никакого отношения к реставрации у неё не было. И к благотворительности тоже. Просто не смогла уйти.
Объекта нет
Когда Анор начала разбираться, выяснилось кое-что неожиданное. Крохинский храм не просто не имел статуса памятника архитектуры — де-юре он вообще не существовал. Выделить деньги на реставрацию того, чего нет, разумеется, нельзя. Значит, придётся самим.
В 2010 году девушка зарегистрировала благотворительный фонд «Центр возрождения культурного наследия „Крохино"». Поначалу она была его единственным сотрудником и параллельно продолжала работать в офисе. Но постепенно стали появляться люди — из Москвы, Петербурга, Вологды, Саратова. Кто-то делал сайт, кто-то ехал укреплять островок на котором стоял храм.
Пятнадцать лет работы
С самого начала Анор говорила вещь, которая многих удивляла: восстанавливать храм она не собирается. «Нам важно сохранить его как мемориальный объект, символ произошедшей здесь истории, когда деревни, сёла и даже небольшие города были затоплены ради строительства водного канала. Наша задача — не восстановить церковь, а укрепить руину и превратить её в храм-маяк для проезжающих мимо судов», — объясняет она.
За эти годы насыпали искусственный остров площадью 1300 квадратных метров — 950 тонн песка. Установили волнорезы. Укрепили колокольню, проложили дорожки, поставили молниезащиту и солнечные батареи. А в июле 2024 года в окнах колокольни снова зажёгся свет — впервые за десятилетия.
За все сезоны в экспедиции побывало больше 600 волонтёров.
«Они оставили это в себе»
Параллельно со строительными работами фонд занимался тем, о чём поначалу никто не думал: собирал рассказы людей, которые помнили Крохино селом.
Команде удалось найти переселенцев, которые родились в Крохино и уехали во время затопления. Первое интервью записали с бывшим директором местной школы — ей было 92 года, и она хорошо помнила и село, и храм. Говорить поначалу никто не хотел. «Внутри этих людей есть большой конфликт. Они понимали, что утрачивали что-то очень трепетное. Поэтому не хотели разговаривать об этом», — рассказывает Анор.
Эти воспоминания легли в основу документального фильма «Незатопленные истории Белого озера».
Что сейчас и что дальше
По проекту верхний ярус колокольни превратится в настоящий маяк, нижние ярусы — в часовню-мемориал. Храм, который когда-то не снесли, сделав маяком судоходства, а потом забросили, снова станет маяком — только теперь для памяти.
Рядом с храмом уже работает мини-кампус с визит-центром, домиками, кухней и зоной отдыха, а с 2026 года круизные суда могут регулярно делать здесь остановку.
В Белозерске — в здании старой насосной станции — открывается «Музей незатопленных историй Белого озера» где будут жить голоса жителей.
Крохино — это не история про реставрацию. Это история про то, что иногда важнее не восстановить, а не дать исчезнуть. Удержать над водой то, что ещё можно удержать — физически и памятью. И не пройти мимо.