Пётр Александрович Суходольский (1835—1903) происходил из дворян Калужской губернии.
Он получил прекрасное воспитание и домашнее образование. По-видимому, во второй половине 1850-х годов он поступил в Петербургский университет, но, чувствуя страстное влечение к искусству, перешёл в Академию художеств в класс пейзажной живописи.
В 1859 году на ежегодной академической выставке появился его первый известный нам пейзаж «Буря в Калужской губернии», за который молодой художник был награждён Малой серебряной медалью. В 1860 году Суходольский за картину «Зимнее утро» удостоился Большой серебряной медали. 1861 год ознаменовался новыми успехами мастера, представившего на выставку в Академии художеств виды окрестностей Петербурга. Среди этих работ особенное внимание привлекал «Вид с Петровского острова». За эту картину Суходольский в том же году получил Малую золотую медаль.
Находящийся в Третьяковской галерее пейзаж «В Дубках» является наиболее ранним из известных нам произведений. Он написан с натуры, о чём свидетельствует его старое название в каталоге академической выставки за 1862 год: «Этюд с натуры в Дубках».
В каталоге Третьяковской галереи картина названа «В Дубках близ Москвы». Однако по всей видимости изображена местность в окрестностях Петербурга, вблизи побережья Финского залива. Название картины не соответствует характеру изображённой местности. «Дубки» в Московской губернии на Можайском шоссе между Одинцово и Недино находятся в стороне от реки, на полотне же изображено обширное водное пространство, что как раз соответствует «Дубкам» в окрестностях Петербурга, близ Сестрорецка, на самом побережье Финского залива. То, что здесь изображено морское побережье, подтверждает и отзыв Н. Пановского в журнале «Современная летопись» за 1862 год:
«Пейзаж ("В Дубках") г. Суходольского – простенькая местность на берегу моря, поросшая мелким кустарником. Картина исполнена грации и мягкости линий, свет и тон местности переданы верно, в воздухе много глубины».
На первый взгляд кажется, что природа передана со случайной точки зрения. Однако искусствовед М. И. Горелок считает, что цельность художественного образа достигнута гармонией колорита и освещения. В колорите художник следует традициям видового академического пейзажа с резкими противопоставлениями белых облаков, зелени травы и деревьев. Но этот контраст белых и сине-зелёных тонов смягчается, когда мы наблюдаем, как белые облака, приближаясь к зениту, словно тают в бледно-голубом небосводе.
На пути становления русской реалистической пейзажной живописи Суходольским был сделан решительный шаг вперёд. Его пейзаж «В Дубках» чужд как романтических эффектов, так и мертвенной застылости видового изображения. Образ осени, который лишь смутно и как бы случайно проглянул в «Дубках», гораздо полнее проявился в картине «Болото» (1863, Третьяковская галерея).
В художественном образе этого полотна Суходольский обнаруживает новый подход по сравнению с предшествующим произведением. Здесь особое значение приобретает светотеневое решение. Тёмно-лиловые тучи, тёмно-зелёная трава, тёмно-серая полоса заболоченного берега – всё это создаёт ощущение холодного осеннего вечера. Природа осени кажется какой-то бесприютной и безотрадной, и даже взлетевшие утки усиливают тоску одиночества. Кажется, что вслед за улетающими птицами движутся тучи, заволакивая небо. Картина «Болото» произвела сильное впечатление на П. М. Третьякова. В письме к А. А. Риццони в 1865 году он писал:
«Пейзаж Суходольского прекрасный и совершенно оригинальный».
Спустя десять лет картина «Болото» была отобрана в числе ста полотен русской школы для Всемирной выставки в Вене. Произведение было отмечено в газете «Новости» как «исполненное жизненной правды». В другом отзыве, помещённом в «Вечерней газете» в 1873 году, П. Н. Петров сообщал о картине Суходольского:
«"Болото в Калужской губернии" – по тону и гармонии общего – мастерское произведение. Характер степи и, над нею, сизого тумана, между маховиками и просвечивающейся водою, выдержан поразительно и производит эффект до того сильный, что и от невзрачной на первый взгляд глуши не оторвёшь глаза».
Произведение «Деревня Желны в Калужской губернии» (1864, Русский музей) показало творческое лицо Суходольского с новой стороны. Воспроизведена целая панорама крестьянской жизни во всей её будничности. Справа видна линия уходящих домов деревни, слева – луг, среди которого протекает речка в зелёных берегах. Деревня Желны, насчитывающая двадцать — тридцать дворов, находилась в полуверсте от сельца Владимирского – родового имения Суходольских. Художник изобразил в картине жизнь крестьян. Всё смешалось: спят на земле и люди, и свиньи, между ними гуляют куры, играют дети. Изображённые в пейзаже люди лишены каких-либо индивидуальных характеристик или выразительных поз.
За эту картину Академия художеств единогласно присудила Суходольскому Большую золотую медаль. Стасов в обзоре академической выставки, помещённом в «С.—Петербургских ведомостях», также восторгался картиной, увидев в ней «серую, бледноватую, немножко унылую русскую деревню с её огородами, свиньями, утками, ребятишками на улице, с печальным плоским горизонтом».
«Глядя на неё, – писал он, – с радостью снова говоришь себе: вот напоследок приходит конец идеальничанию и в нашем пейзаже, вот напоследок дождались мы толку и здесь, вот, наконец, и по части портретов с природы начинается на нашей улице праздник!»
Согласно уставу Академии художеств, получение Большой золотой медали давало право на шестилетнюю заграничную командировку. Но Суходольский обратился в Академию с ходатайством разрешить ему первые три года путешествовать по России, а последующие провести за границей. Академия художеств пошла навстречу его желанию.
В марте 1868 года Суходольский написал отчёт о своей художественной деятельности в Совет Академии, в котором сообщал, что путешествовал по Калужской, Смоленской и Могилёвской губерниям, где выполнил до ста двадцати этюдов. Кроме того, он написал картины: «Сельская ярмарка», «Пожар на мельнице», «Богомолки на привале» и «Скотный двор».
В этом отчёте Суходольский рассказывает о том, что дала ему трёхлетняя командировка по России:
«...пребывание моё в России завлекло меня настолько в изучение нашей северной природы и многих замечательных частностей колорита в особенности, что я пришёл к заключению, что русский пейзаж и фигуры не менее интересны и могут производить не менее большое впечатление итальянских, не говоря уже о немецких...»;
«Предмет моих занятий состоял и состоит в этюдах с натуры. Предмет этюдов – впечатление и колорит...».
Перед Суходольским открывалась трёхлетняя заграничная командировка, но по невыясненным до конца причинам он совершенно неожиданно порывает с Академией художеств. Можно предполагать, что причины разрыва коренились в личной жизни художника, вступившего в брак с крестьянской девушкой и не пожелавшего покинуть своё имение на длительный срок. Конференц-секретарь П. Ф. Исеев в докладе 9 марта 1870 года писал о Суходольском, что он
«к годичной выставке намерен представить свои произведения, что, впрочем, не исполнил и на сделанное ему 25 января 1869 года подтверждение о немедленном доставлении отчёта о занятиях, под опасением быть лишённым пенсионерского содержания, ничего не отвечает, и о месте настоящего его местонахождения никаких сведений не имеется. На выставку 1868–1869 года также ничего не представил».
Принимая во внимание вышеизложенное, Совет Академии на заседании третьего декабря 1869 года постановил: «просить г. Министра Внутренних дел о разыскании Суходольского».
На сделанный Правлением Академии запрос Департаменту полиции был получен ответ от Калужского губернатора, что
«проживавший по Московско-Варшавскому шоссе на станции Александровский хутор Пётр Суходольский в настоящее время состоит мировым посредником Масальского уезда I участка».
14 марта 1870 года Суходольский был исключён из пенсионеров Академии. В течение восьми лет о нём ничего не было известно, как вдруг в 1878 году он обратился с письмом в Академию с просьбой выслать свидетельство об образовании. В это время Суходольский служил помощником надзирателя акционерных сборов.
Нам мало что известно о творчестве Суходольского с 1868 по 1878 год, так как почти все его пейзажи погибли в огне двух пожаров. Уцелела лишь картина «Болото» 1873 года (Ленинград, частное собрание).
В 1878 году Суходольский приехал в Петербург. Он был отцом восьмерых детей, но это не остановило его в твёрдом намерении бросить службу и стать художником-профессионалом. Академия предоставила ему мастерскую, в которой он написал картину «Весенний разлив Оки» (1878, Русский музей), после чего был удостоен звания академика.
Грузному каменистому берегу противостоит лёгкость водной стихии в затоне, в прозрачной глади которого отражаются тени, падающие от деревьев. Весенний день ещё не угас, а тучи медленно заволакивают небо, и их тени словно ускоряют наступление вечера. Водная гладь вдали сверкает полоской яркого света, а передний план погрузился в вечерний сумрак. Силуэты двух девушек, сидящих в сёдлах, выразительно выделяются на фоне неба и реки.
Произведения, написанные Суходольским в 1880-е годы, являются по преимуществу жанровыми пейзажами. «Кавалькада» (Санкт-Петербург, частное собрание), «Из жизни русских охотников», «Граф Бисмарк на охоте в России», «Вид на Кремль» (1882), «Вечер под Ивана Купала» (1881, Москва, частное собрание), «Троицын день» (1884, Москва, частное собрание), «Вечер под Ивана Купала в Орловской губернии» (1887, Тверская картинная галерея); встречаются в его творчестве и жанровые картины – «Обед подёнщиц» (1880, Третьяковская галерея) и «Сцена из крестьянского быта» (1882, Русский музей).
Творческой деятельности художника очень мешала его материальная необеспеченность, иногда принимавшая крайние формы. Он вынужден был кормить большую семью, тогда как его картины в большинстве случаев не находили сбыта. Суходольский метался в поисках средств к существованию. Он просил Совет Академии помочь ему денежными ссудами под залог картин, находящихся на выставках, то ходатайствовал о выдаче ему пенсионерских сумм, причитавшихся ещё в 1860-х годах на совершение заграничной командировки. Доведённый отсутствием мастерской до отчаяния, он обращался в Совет Академии с прошением позволить ему «заниматься в классах рисования и живописи на правах ученика... дабы пользоваться иногда хорошим местом в классе». В конце концов, он получил в здании Академии художеств мастерскую.
В середине 1880-х годов Суходольского постигло полное разорение: его имение было продано за долги. Кредиторы и судебные приставы разыскивали его в Петербурге. В одном письме художник сообщал:
«Я живу не прописанный в семействе, прописан же в другом доме, по той же улице, дабы сберечь движимость квартиры от ареста».
В 1884 году Суходольский получил заказ написать батальные картины на темы русско-турецкой войны 1877–1878 годов и выполнил два больших полотна: «Занятие города Орхание и позиции перед Араб-Конаком 18 ноября 1877 года» и «Бой при деревне Ташкисен и артиллерийский бой против Араб-Конака и Шандорника». Эти картины первоначально находились в Восточной галерее Зимнего дворца. Нам известны эскизы к ним, один из которых – «Орхание» – хранится в Русском музее, другой – «Переход русских войск через Балканы» – в Хабаровском художественном музее.
Композиции на батальные темы не были по душе художнику-пейзажисту; они явились случайным эпизодом в его творчестве. Отзывы о них, помещённые в журнале «Всемирная иллюстрация», отмечают, что художник не сумел передать самый ход сражений и потому не создал выразительных батальных сцен.
В 1890-е годы у Суходольского пробуждается интерес к маринам. Об этом свидетельствует его произведение «Балтика» (1892). В поздний период творчества его излюбленной темой становятся изображения норвежских фьордов: «Согне-фьорд» (1889), «Фьорд Финляндии» (1892) и «Фьорд» (1897).
С 1888 по 1894 год Суходольский выступал как иллюстратор журналов «Нива» и «Гусляр». Его рисунки не являются книжными иллюстрациями, никак не связаны с текстами рассказов, а представляют собой самостоятельные композиции на темы из народного быта. В этих рисунках проявилась большая общая и художественная культура Суходольского; они интересны, своеобразны и занимательны.
Пейзажное творчество Суходольского в 1890-е годы характеризуется внесением в образ природы жанровых сцен, переданных крупным планом: «У ручья» (1893, Таллинский художественный музей), «По грибы» (1894) и «Зимняя дорога» (1897).
Умер Суходольский 7 января 1903 года в возрасте шестидесяти семи лет.