Аутентичная немецкая речь, тонкий лиризм и необыкновенная мощь. В столице прошла репетиция одной из самых мистических опер Рихарда Вагнера «Лоэнгрин». Ее показ состоится в рамках IV Московского летнего музыкального фестиваля «Зарядье», а в постановке примут участие Московский государственный симфонический оркестр, Государственный академический русский хор имени А. В. Свешникова и Национальный русский балет «Возрождение». Как это было? И почему это напоминало портал в иные миры?
Премьера оперы «Лоэнгрин» состоялась 28 августа 1850 года в Веймарском придворном театре под управлением Ференца Листа, когда сам Вагнер скрывался в Швейцарии.
«Мне посоветовали отложить на время лечения всякую волнующую работу, — писал композитор о том, как она родилась. — Мною же овладело все возраставшее возбуждение. Образ Лоэнгрина в доспехах неожиданно предстал перед моим взором так же четко, как появились детали».
О чем этот спектакль? Скорее об одиночестве. Граф Тельрамунд обвинил дочь умершего герцога в убийстве своего малолетнего брата, и король Генрих решает, что ее судьбу определит поединок. Граф должен сразиться с тем, кто готов отстоять ее честь.
В концертном зале «Зарядье» сегодня волнительно. На партитурах написано «Wagner». Режиссер-постановщик Константин Балакин то и дело срывается с места и подбегает к солистам, показывая им, что делать.
Вот это — сам Лоэнгрин, а вот это — принцесса Эльза Брабантская. Ее роль исполняет Юлия Погребняк. Здесь же германский король, пажи, хор…
Мы видим всего лишь фрагменты, но и от них озноб, а еще пустые ряды создают ощущение космоса.
«Не знаю, как у других, а у меня «Зарядье» ассоциируется с каким-то античным театром, — рассказывает Константин. — Это и настроение самого зала, и открытость сцены — распахнутость сценического пространства! Все это диктует какие-то «иные» истории, чтобы мы сделали именно такой, воздушный спектакль».
«Когда зритель приходит слушать живого Вагнера, у него должно быть ощущение, что у нашей трехмерной жизни имеется еще одно измерение, — продолжает он. — И если оно есть, это значит, что все получилось».
Эксперименты? Как это сейчас модно? Смешные словечки, костюм из фольги…
«Я не очень понимаю, где современное прочтение, а где несовременное, — улыбается режиссер, — но постмодернизма не будет. Мы очень аккуратно относимся к тексту, поэтому сами решите, как назвать этот стиль. И кроссовок и джинсов — тоже!»
После чего шутит: «Считайте, что перед вами сидит компания ретроградов. Но смыслы, которые заложены Вагнером и отзываются в современности, они все равно видны и слышны, потому что материал сопровожден переводом».
Главную партию — Лоэнгрина — исполнит тенор Иван Гынгазов, и самое сложное, говорит он, это фонетика. Произведение Вагнера звучит на немецком.
«Ich», «mich», «dich»... — перечисляет Иван. — И когда это идет подряд, это очень трудно произнести!»
А ведь им нужно не только спеть, но и передать хрупкую душу своего персонажа, и заодно перенести зал на десять веков назад! Время действия — 933 год. Антверпен.
«То упоительная боль, то блаженно-жуткая радость заполняют души созерцающих; подавленные ранее радости любви пробуждаются в них чудом животворного явления, разрастаясь с неодолимой волшебной силой, — писал об этой опере Рихард Вагнер. — Вместе с нарастающим чувством любви теснится в груди, разрывая ее, могучее и страстное стремление полностью отдать себя, раствориться до конца в этом чувстве — и все это с такой силой, какой не знало еще никогда ни одно человеческое сердце...»
Проект проходит при поддержке Президентского фонда культурных инициатив, а у всех артистов есть наставники из Большого и Мариинского театров, Музыкального театра имени К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича‑Данченко и «Новой Оперы».
Это не про «отыграли и забыли», это — школа.
«А для меня как для молодого певца это еще и вызов, — говорит Андрей Булгаков (Фридрих Тельрамунд). — Смогу ли я с этим справиться? Большое спасибо всей команде и дирижеру Ивану Рудину за то, что у меня есть уникальная возможность попробовать себя в столь сложной роли!»