Жительница райцентра Краснозерское Новосибирской области Оксана Бугояк пережила то, что даже в страшном сне трудно представить. В 2017 году она легла на операцию по удалению кист на яичниках.
А проснулась с трубками, торчащими из тела: врачи случайно удалили ей оба мочеточника. Женщине потребовалось три года, чтобы восстановить справедливость в суде.
«Мне ставят обезболивающее, а боли не проходят»
История Оксаны Бугояк началась задолго до роковой операции. В 2014 году у нее обнаружили рак груди. Женщина перенесла операцию, и врачи заверили: все прошло успешно, опухоль удалена. Несколько лет она жила в спокойствии, проходила регулярные обследования, следила за здоровьем:
– Три года назад у меня нашли рак груди, – рассказывала Оксана. – Была операция, врачи сказали, что все прошло успешно. Но через некоторое время на УЗИ у меня нашли кисты на яичниках. Медики рекомендовали удалить их именно в связи с тем, что я болела раком.
Оксана доверилась медикам и согласилась на операцию. Операцию назначили в Краснозерской районной центральной больнице. Проводить ее должна была молодая женщина-гинеколог, которой на тот момент исполнилось всего 26 лет. Оксана не придала этому значения – в районных больницах часто работают молодые специалисты, а операция считалась не слишком сложной. Но что-то пошло не так:
– Очнулась я после операции с трубкой во рту, руки привязаны, – описывала женщина свое состояние. – Чувствую сильные боли, причем не внизу живота, а в области почек, просто ужасные боли. Мне ставят обезболивающее, а боли не проходят. Врачи начали бегать вокруг, я периодически теряла сознание.
В палате поднялась суета. Медсестры и врачи забегали, кто-то вызывал по телефону консультантов, кто-то менял капельницы:
– Помню, пришла в себя, а возле меня стоит парень-врач, делает УЗИ почек. И у меня снова потемнело в глазах, – продолжала Оксана.
«Удалили органы за компанию»
Когда Оксана пришла в себя в очередной раз, врачи уже приняли решение. Они не стали скрывать от женщины серьезность ситуации, но и не вдавались в подробности – боялись шока.
– Говорят: у вас проблемы с почками, – пересказывала Оксана слова медиков. – И повезли меня с мигалками. Дорога ужасная и тяжелая, несколько раз скорая останавливалась, мне ставили обезболивающее.
Карета скорой помощи с включенными проблесковыми маячками мчалась по разбитой трассе из Краснозерского в Новосибирск. Расстояние немалое – больше 150 километров. Оксана теряла сознание от боли, врачи делали все возможное, чтобы стабилизировать ее состояние. В машине обсуждали: довезут – не довезут. Женщина слышала эти разговоры и молилась про себя.
В Новосибирской областной больнице Оксану сразу положили в реанимацию. Когда она пришла в себя после очередного обморока, то с ужасом обнаружила, что из ее тела по бокам торчат какие-то трубки.
– Я не поняла вообще, что это такое. Говорю: «Вы мне объясните, что за трубки?!» Мне никто ничего не отвечает, – жаловалась сибирячка.
Медики отделывались общими фразами. Тут Оксана почувствовала, что от нее что-то скрывают, и решила действовать самостоятельно и позвонила мужу.
Сергей Бугояк, муж Оксаны, немедленно приехал в больницу. Он потребовал встречи с заведующим отделением и добился-таки разговора. Заведующий отделением Сергей Шкуратов, видя, что скрывать правду бессмысленно, объяснил ситуацию:
– Он нам объяснил, что при проведении операции в Краснозерском по удалению яичников и матки отрезали еще и мочеточники – то есть их удалили за компанию со всеми органами. Говорят, готовьтесь, лечение будет длительное. Либо искусственные мочеточники поставят, либо будут что-то там кроить из тканей мочевого пузыря. То есть мочеточники удалили по ошибке, и представьте, сколько всего теперь предстоит моей жене! Сейчас ее на три месяца отпустят домой, а через три месяца будет первая операция, – рассказал журналистам «КП»-Новосибирск Сергей Бугояк.
Оксана была в шоке. Она ложилась на плановое удаление кист, а в итоге осталась без жизненно важных органов, соединяющих почки с мочевым пузырем.
«Столько планов было»
Врачи областной больницы составили план дальнейшего лечения. Оксану отпустили домой на три месяца – с трубками и мочеприемниками, которые свисали по бокам. Жить с ними было неудобно, больно и унизительно, но выбора не оставалось.
– Потом еще перерыв в три месяца, и если все будет хорошо, то проведут вторую операцию… – добавлял Сергей Бугояк. – Я уж молчу, что ее вообще могли не довезти до Новосибирска: почки могли отказать из-за застоя мочи.
Мужчина не скрывал возмущения. Из-за одной ошибки молодого хирурга его жена, мать двоих детей, превратилась в инвалида. Ей предстояло почти год жить в таком состоянии, а потом – сложнейшие операции.
До трагедии Оксана работала продавцом. Устроена была официально, поэтому больничный ей оплачивали. Но эти деньги не могли компенсировать ни физических страданий, ни упущенных возможностей.
– У нас двое детей, сейчас они у бабушки в Новокузнецке. Сыну – 19 лет, а дочке всего восемь, – переживала женщина. – Столько планов было на лето: и на озера хотели поехать отдыхать, а теперь… Мне всего 42 года, у меня маленький ребенок, девочку в школу надо возить, нужно работать, хозяйство вести. А из-за этой молоденькой девушки-врача я просто из жизни выпала.
Путь к справедливости
Оксана решила не оставлять произошедшее безнаказанным. Она заявила, что подаст на врачей в суд. Помогать ей взялась известная в регионе юрист Инесса Рябинина, которая специализируется на медицинских ошибках и защите прав пациентов.
Но процесс затянулся. Сбор документов, экспертизы, уточнение обстоятельств, поиск свидетелей – все это требовало времени и сил. Оксане нужно было сначала восстановить здоровье, насколько это возможно, а уже потом заниматься судебными тяжбами.
В итоге рассмотрение дела заняло три года. Все это время женщина жила с последствиями врачебной ошибки, переносила операции и надеялась на справедливость.
В 2020 году суд наконец вынес решение. Оксана Бугояк отсудила у Краснозерской районной больницы один миллион рублей в качестве компенсации за удаление здорового органа и причиненный моральный вред. Кроме того, суд удовлетворил иски ее близких. Муж Оксаны, Сергей Бугояк, и их несовершеннолетняя дочь получили по сто тысяч рублей каждый.