Снова о насущном, как говорится.
На мой скромный взгляд, разумеется.
И хотя информационная лента опять заполнена массовым удивлением, мол, смотрите-смотрите, муж-то прямодонны открыто донатит вэсэу, посещая концерты всяких изв99щенцев, я всё равно больше обратил внимание на другой любопытный факт.
Ибо со всякими иноагентами и их иными жёнами всё давно ясно-понятно.
А данный вопрос как-то постоянно убегает от более пристального внимания нашего общества.
А он, как мне видится, вещь довольно показательная.
Впрочем, сейчас всё коротко объясню по-простому.
Что я имею в виду.
В общем, после скандала в одном известном нашем театре, где вновь донельзя исковеркали шекспировского Гамлета, вдруг проснулись российские журналисты.
И надо признать, что нынче они меня где-то даже и порадовали.
Ибо аж несколько человек данной профессии (и сразу, то есть одновременно) вдруг стали задавать отдельным гоуноделам, что принимали участие, так сказать, "в испохабливании" классического произведения, довольно обычные вопросы.
Показательным моментом такого "задавания" стал "подлов" в самом что ни на есть людном месте одного известного нашего актёра, коего отчего-то вдруг взлюбили в солнечном Голливуде.
Если не ошибаюсь, то в вышеупомянутом спектакле сей артист играл знаменитого принца датского.
Ну и насёли на него (на актёра), значит, наши работники пера с простенькими вопрошаниями.
Дескать, что скажете на тему "хромкого скандаля" после этой мхатовской постановки?
И, конечно, ничего не ответила золотая рыбка.
Сбежала от журналистов.
А я смотрел видео этого момента и думал, что по-другому здесь и быть не могло.
Потому что всегда был уверен, что гоуноделы отлично понимают, чем они занимаются.
И это касается и режиссёров, и актёров.
Они все прекрасно осознают, что творят.
И что никакую мысль, вернее, даже зачатков её, как правильно заметил актёр Олег Меньшиков, в это, простите, опарафинивании Великих текстов различные блев9делы просто не вкладывают.
Ибо не дано им мыслить широко, глубоко и на перспективу.
Не научили, не умеют или просто не хотят.
То есть элементарно не хватает таланта, профессионального усердия и общих знаний.
Привыкли ведь только к тому, что задобренные критики будут выискивать в их вонючих сублимациях какие-то потайные смыслы.
И потом с придыханием расписывать их в своих рецензиях.
А они (гоуноделы) будут надувать после от важности самодовольные щёки, получать премии, сочные зарплаты и гордо ходить по телепередачам, пафосно рассуждая там на отвлечённые темы.
Именно по этой причине (пристального "нерассматривания" их поделок) мы (или общая масса наших граждан) совсем не знаем "веулыкых спиктаклей" какого-нибудь пятикратного обладателя Золотой маски (высшая театральная премия России), что репетирует ныне в США чуть ли не в кладовке.
Именно по этой же причине муж израильтянки Ксении С до сих пор может втюхивать свои извр9щения широкой публике.
Ведь правдивые рецензии на его спектакли пошли только совсем недавно.
А до этого все его гом9с9ксуальные и прочие копрофильные фантазии порой расписывались, как гендерные шалости и новаторские взгляды на всем известные сюжеты.
Без трусов ведь даже как-то бегал по одному театру перед толпой ошалевшей публики.
И ни один "из акул пера" не спросил его потом в лицо, зачем вы заставляете актёров фекалии на сцене жрать?
Вы извращ9нец, Костя, да?
По крайней мере, мне такие факты (о подобных вопросах) неизвестны.
А, согласитесь, услышать ответ на данное было бы вполне любопытно?
Ибо убежден, что гоуноделам нужно прямо в рыльце говорить, что они таковые.
И если хотим, чтобы их на наших сценах было несколько меньше, то не просто нужно, а обязательно нужно.
Посмотрите, например, какой жуткий вой поднялся после того, как вышеупомянутый актер Меньшиков озвучил эту проблему в публичном пространстве.
Гоуноделы моментально почуяли опасность, что их раздолью приходит если не финал, то значительное ограничение.
И легко заметить довольно чёткое разделение, что защищают бессмысленное коверкание Гамлета именно что самые настоящие, мягко говоря, "с(т)ранные новаторы", типа нынешнего руководителя театра Сатирикон.
А люди, которые, как мне кажется, не лишены вкуса и просто творческой совести, типа Михаила Боярского, конечно же, называют вещи своими именами.
Что менять Классику можно, но делать это нужно с любовью к ней, и внося какие-то собственные идеи, а не просто фольгу лепить на лысину главному герою - непонятно с какой целью.
Ведь потом спросит тебя неравнодушный репортёр, зачем ты рассматриваешь пустой холодильник в спектакле по Шекспиру(?), а тебе на это и сказать-то будет нечего.
От слова вовсе.
И вместо серьёзного и вдумчивого творческого разговора о твоей новой театральной работе, будешь ты шустро и трусливо - бегать от журналистов.