Дмитрий Асташкин — о том, почему дорогу из Чукотки на Аляску пока еще не построили
Много лет назад на Чукотке журналист Владимир Буланов, прозванный "полярным волком" за знание берегов и тундры, встретил на мысе Дежнева старого эскимоса Напауна. Тот рассказал ему легенду, привезенную когда-то с Аляски.
— Жил на Аляске Золотой Великан, — начал Напаун. — Такой высокий, что часто закрывал собой луну. Это мешало ей. Луна пожаловалась Хозяину пурги. "Посторонись, — велел Великану Хозяин, — перешагни через Берингов пролив". Великан не послушался. Началась такая пурга, какой не помнили даже старики. Она свалила исполина. Только ступни остались на Аляске, а все тело рухнуло на Чукотку и Колыму.
Геологам легенда нравилась: удобно искать золото в теле упавшего гиганта. Был в ней и смысл поважнее: шаг через пролив возможен. Но гордыня превращает его в падение.
Десятилетиями люди пытались сделать этот шаг. Но всякий раз их опережала гордыня — и над проливом вставала пурга.
Все началось в 1890 году, когда губернатор Колорадо Уильям Гилпин заговорил о железной дороге через Берингов пролив. Два года спустя студент Джозеф Штраус защитил дипломный проект моста — за много лет до того, как построил Золотые Ворота в Сан-Франциско. Он начал с пролива, который так и не перешагнул.
Американские магнаты, французские авантюристы, царские министры чертили линии на картах. В 1905 году француз Лоик де Лобель убедил министра финансов Сергея Витте, а тот — императора Николая II. Проект одобрили, начали над ним работать. Но грянула революция 1905–1907 годов. Совет министров постановил его отклонить.
Через год после царского одобрения, в 1906-м, Максим Горький, только что приехавший в Америку, написал о местных банкирах: "Если он, сидя в Нью-Йорке, почувствует, что где-то в Сибири вырос доллар, он протягивает руку через Берингов пролив и срывает любимое растение, не сходя с места".
Горький писал о жадности финансистов. Но невольно описал и судьбу будущих проектов через пролив: кто-то всегда пытался протянуть руку через него, не сходя с места. Без усилий. Без смирения перед расстоянием и вечной мерзлотой. Просто дотянуться гигантской рукой.
Но пролив не терпит такой гордыни.
Владимир Ленин, у которого хватало других забот, тем не менее в 1918 году подписал постановление о строительстве дорог на восток — в том числе к Берингову проливу. Не успели.
После войны Иосиф Сталин спросил о возможности реализации проекта американского президента Гарри Трумэна. Тот отказал: начиналась холодная война.
В 1950-е инженер Петр Борисов зарегистрировал в Госкомизобретений СССР проект "Коренное улучшение климата": дамба через пролив, атомные станции, насосы, перекачка воды, поворот Гольфстрима. По дамбе — железная дорога. Такая утопия могла бы утопить и Чукотку, и Аляску вместе с климатом. Идею признали слишком радикальной даже для СССР.
В 1958-м Аркадий Маркин предложил строить мост с воздуха. Секции должны были не плыть и не ехать — их собирались переносить вертолеты. Секция за секцией, над ледяной водой. Не построили.
Каждый раз пурга побеждала.
Затем наступили 1960-е. Никита Хрущев и Джон Кеннеди встретились в Вене, потом случился Карибский кризис, потом Кеннеди убили. И в этом хаосе в Советский Союз пришло письмо от американца по имени Даг Сандстрем. Он прислал рисунок, сделанный небрежной синей ручкой. Схема пути от Сибири до Калифорнии через Берингов пролив. И надпись по-английски: "Мост Кеннеди — Хрущева можно и нужно построить между Аляской и Россией. Немедленно".
Это был жест. Не технический проект — а призыв к миру вообще. Ему не вняли, но услышали.
Мечта о соединении проявлялась и в других формах. В 1987 году американская пловчиха Линн Кокс провела 2 часа 6 минут в шестиградусной воде, переплыв от американского острова Крузенштерна до советского острова Ратманова. Ее прозвали "живое эскимо". Как отважилась? "Чтобы уничтожить барьеры между двумя супердержавами", — ответила она на вопросы журналистов.
Два года спустя стартовала экспедиция "Берингов мост" на лыжах, собаках и байдарах — от Анадыря до Коцебу. В составе — эскимосы с обеих сторон пролива, впервые за почти полвека встретившие родственников.
В 1991-м состоялась гонка на собачьих упряжках "Надежда-91". Американцы тренировались месяцами. Чукотские каюры вышли прямо из тундры. Последнему гонщику на финише вручили приз — красный керосиновый фонарь. "Их гонка, их парад", — мрачно заметила чукотская пресса.
Холодная война кончилась, и в 1991-м в Вашингтоне зарегистрировали корпорацию "Трансконтиненталь". С российской стороны главным энтузиастом стал академик Павел Мельников. Он прожил в Якутии более 50 лет, создал первый в Сибири институт вечной мерзлоты. Ему было за 80, но он продолжал работать с колоссальной энергией — писал письма правительству, восстанавливал научные связи, договаривался с американскими партнерами.
Уже на следующий год Мельников отправил письмо президенту Якутии Михаилу Николаеву: "В Соединенных Штатах создана корпорация. Прошу принципиального согласия на строительство железной дороги по территории Республики Саха".
Правительство аккредитовало представительство. Собрали 120 специалистов из 70 институтов. Обсуждали: 100 км тоннеля, окупаемость — 15 лет, стройка — 7–8 лет. Технически — реально.
В 1993-м губернатор Аляски Уолтер Хикель улыбнулся на пресс-конференции и сказал фразу, которую потом цитировали десятилетиями: "Большие проекты — это не то, чего боятся русские". США уже ассигновали $5 млн на изучение.
Мельников не дожил до подписания — его не стало в 1994 году. Его папку с несбывшейся железной дорогой до Аляски замела пурга.
Потом была долгая пауза. И вдруг, в 2008-м, британская The Sunday Times выдала сенсацию: строить тоннель будет губернатор Чукотки Роман Абрамович, он якобы уже купил самый большой в мире бур. "Известия" позвонили в Кремль, там объяснили: это шутка. Но деталь прижилась. Самый большой в мире бур — лучшее описание проекта, который все хотят и никак не начнут.
За год до этой шутки, в 2007-м, Стратегия развития железнодорожного транспорта РФ до 2030 года впервые официально включила тоннель. Правда, с оговоркой: "реализация после 2030 года".
А в 2010-м случилось неожиданное: проект получил Гран-при инноваций на EXPO в Шанхае. Награду вручали Виктору Разбегину — экономисту, который вел тему с 1990-х. Год спустя Москва собрала делегации шести стран. Стоимость — $30–35 млрд, окупаемость — 13–15 лет.
Пурга снова оказалась терпеливей людей.
И вот, наконец, 2026-й. Спецпредставитель президента Кирилл Дмитриев объявил: соглашение о проектировании тоннеля подпишут не с американскими официальными лицами, а с инженерной компанией. С теми, кто строит.
В 1963 году американец Сандстрем нарисовал синей ручкой мост между Россией и Америкой. Он не был великим инженером. Он просто верил, что две страны когда-нибудь встретятся посреди пролива.
Его рисунок пережил Хрущева, холодную войну, распад СССР и несколько поколений проектировщиков.
Золотой Великан отказался перешагнуть пролив — и рухнул. Ноги остались на Аляске, тело — в России. Геологи искали золото в его теле. Инженеры больше века искали путь поверх него. Теперь они пытаются пройти сквозь него.
Тоннель — это признание, что пролив не покоряется одной лишь силе.
Великан был гордыней. Тоннель — смирением.
Пурга над проливом по-прежнему ждет нашего выбора.