Статья была опубликована в информационно-практическом журнале «Охраняется государством», выпуск №2/2026.
На ВДНХ завершена реставрация одного из самых красивых и оригинальных павильонов выставки – легендарного «Главтабака». Да что там выставки – это, пожалуй, одно из самых оригинальных зданий советской Москвы ХХ века. Павильон № 35 сохранил свой первозданный облик. Сегодня «Главтабак» имеет статус объекта культурного наследия федерального значения. В 2026 году этот реставрационный проект представлен ВДНХ на всероссийский фестиваль «Архнаследие».
Современный «Главтабак» находится напротив фонтана «Золотой колос». Его предшественник, построенный еще в 1937 году на другом месте, ближе
к Главной аллее, был одним из самых популярных павильонов довоенной ВСХВ.
Оба здания – и первое, и второе – проектировал один и тот же человек, Вячеслав Сергеевич Кондратьев. Кстати, он не архитектор, а художник.
Первый павильон «Главтабак» стал знаменитым благодаря не только особой архитектуре, но и тому, что внутри него работала полноценная табачная
мини-фабрика. Здесь продавали табачные изделия всех фабрик СССР, галантерею и выставочные сувениры, а главной достопримечательностью был сам производственный процесс. Прямо на глазах у посетителей укладывали на конвейеры табачные листы, набивали гильзы, отсчитывали ровно по 25 папирос, упаковывали и запечатывали коробки. После
этого готовая продукция тут же, в конце конвейера, поступала в продажу под эксклюзивной маркой «Папиросы ВСХВ – высший сорт». Сигареты покупали все, даже некурящие – как воспоминание о сказочном ларце.
Первый «Главтабак» просуществовал всего 15 лет: в начале 1950-х годов было принято решение о строительстве павильона «Космос», для которого понадобилось много места. В итоге пожертвовали в том числе и зданием «Главтабака».
Но пока в 1954 году возводили «Космос», Вячеслав Кондратьев построил новый «Главтабак» уже в другом месте, а именно в Запрудной зоне рядом с Каменским прудом. Помогал ему архитектор К.М. Смирнов.
Специфичная тематика позволила автору выйти за рамки строгих канонов сталинского неоклассицизма, который доминировал на выставке в те годы. В результате получилась уникальная постройка, достоинства которой до сих пор обсуждают архитекторы и эксперты. Ее праздничная, в чем-то эклектичная архитектура напоминает развлекательные павильоны русских
дворцовых и усадебных комплексов XVIII–XIX веков. Да и поставлен «Главтабак», как павильон в усадьбе, – за прудом, в уютном уголке выставочного парка.
У здания необычный фасад, демонстрирующий большое разнообразие архитектурных деталей в «восточном» стиле. Интерьер восьмигранного центрального зала выдержан в одной манере с фасадом: все прилавки и витрины были сделаны по индивидуальным проектам Кондратьева.
Официальный путеводитель по ВДНХ 1954 года утверждал, что павильон спроектирован в стиле хохломской росписи. Есть исследователи, которые видят в нем турецкие, индийские и готические мотивы.
Кто-то сравнивал павильон с юртой или даже с царской шапкой. А историк архитектуры Александр Зиновьев считает, что композиция «Главтабака» воспроизводит купольную часть Петровского путевого дворца работы знаменитого Матвея Казакова.
Самая большая табачная лавка СССР работала в павильоне до конца 1980-х годов, здесь можно было купить абсолютно все марки папирос, сигарет и сигар, производимые в стране. В конце 1980-х он получил новое название – «Бытовое обслуживание населения». В годы перестройки экспозицию разобрали. В 1990-е годы павильон некоторое время занимало представительство Саратовской области, а потом в нем устроили кафе в классическом «стиле девяностых».
В те годы, как отмечают реставраторы, интерьер претерпел немало невзгод: пространство разделили на два уровня перекрытием, часть окон заложили, демонтировали люстру, на втором этаже стоял мангал, здесь жарили шашлыки прямо под живописью. В 2010-х годах в павильоне работало небольшое кафе с дегустационным залом. В 2017 году его закрыли, здание ожидало реставрации.
Летом 2025 года реставраторы вернули павильону его главные украшения: установили позолоченный шпиль высотой около 9 метров (состоящий
более чем из 160 деталей) и эмблему «Главтабак» с позолотой – точные копии исторических элементов, воссозданные по архивным документам. Чтобы вернуть шпилю первоначальный вид, на металлическую основу сначала нанесли три слоя покрытий (свинцовый сурик, алкидную эмалевую краску и лак мордан) и лишь после этого покрыли сусальным золотом высокой пробы. Толщина золочения составила 0,37 микрометра. Площадь золочения – 96 кв. м (9 596 кв. дм). Кстати, эмблема «Главтабака»
на шпиле – это еще и флюгер. Причем у него специальный механизм, и он в рабочем состоянии. Воссоздали все так, как задумывал автор проекта.
Как рассказала «ОГ» Елена Максимова, главный архитектор-реставратор ВДНХ, «реставраторам повезло в том, что у здания была неплохая сохранность. Но были повреждения и дефекты. Более 10 000 керамических изразцов с изображениями цветов, листьев и плодов табака, которые много лет назад украшали здание, были демонтированы с фасада и промаркированы. Изразцы были сделаны из красной и белой глины».
Составлена картограмма дефектов, сделана фотофиксация. Где-то реставраторы изразцы тонировали, где-то их приходилось заменять. Но нижний ярус фасада сохранил 80 процентов подлинных элементов. На верхнем ярусе пришлось заменить около половины: часть деталей были повреждены настолько сильно, что они просто падали в руки реставраторов.
Новые изразцы изготавливали на предприятии «Гончарка» в Балашихе. Расчищали каждый «родной» изразец, после снятия краски вскрывалось его истинное состояние. И только после этого выносили вердикт: необходимо заменить или можно реставрировать. Решение принималось в мастерских.
Чтобы «попасть в цвет», изразцы реставрировали, строго соблюдая маркировку каждой детали и последовательность их первоначального расположения. То есть подбирали цвет воссоздаваемых элементов, сравнивали оттенки, сохранив таким образом первоначальный образ фасада. В процессе было получено несколько десятков оттенков зеленого цвета.
«Раскладывали изразцы на стеллажах так, чтобы ничего не перепутать, иначе такой объем деталей будет практически невозможно вернуть на исторические места. Привлекли к работе студентов реставрационного колледжа «26 кадр». Под надзором специалистов они помогали чистить, укреплять керамику, докомпоновывать места сколов. Для ребят это был уникальный шанс поработать с памятником архитектуры. Огромных трудов стоило воссоздание утраченных элементов. Мастера снимали кальку с аналогичных, выполняли чертеж с увеличением на 10 процентов (на столько глина усаживается в печи). Новые детали по две недели сохли на столах при комнатной температуре и только потом отправлялись на обжиг. Получив идеальный образец, специалисты наносили глазурь. Это тоже нелегкая задача, поскольку нужно попасть в оттенок и плотность подлинного образца, учесть изменение цвета при обжиге.
Поэтому, если приглядеться, можно заметить, что все исторические детали выполнены в разных оттенках. В итоге каждый демонтированный изразец вернулся на свое место в первозданном виде», – рассказывает Елена Максимова.
Внутри наружных колонн на фасаде – металлические трубы, на которые изразцы были надеты, как на пирамидку. Пустоты были залиты бетоном.
Отделить проржавевшую несущую трубу от керамического убранства было невозможно. Те колонны, которые стоят отдельно, к сожалению, пришлось
заменить. Но все утопленные в стене колонны – их 14 – подлинные. Это сразу видно – они неровные, не все одного цвета. Только снизу их докомпоновали
новыми деталями взамен утраченных или сильно поврежденных, отмечает главный архитектор-реставратор ВДНХ.
«Весь павильон – как драгоценная шкатулка: керамика, терразит, терраццо, медное покрытие, позолоченный шпиль и эмблема – художественный металл. Простого здесь нет ничего – только подшив потолка и задняя сторона антревольтов в простой штукатурке. Все остальное – очень сложная реставрация», – подчеркивает Елена Максимова.
В интерьере воссоздали пятицветное терраццо с табачными мотивами. А под потолком заново собрали грандиозную металлическую люстру диаметром более 3 метров и высотой около 2,5 метра – по сохранившимся эскизам и историческим фотографиям из архивов. Люстра украшена сверкающими
деталями в виде табачных соцветий, листьев и семенных коробочек.
Подлинная масляная живопись с металлизированными красками на потолке сохранилась. Это роспись под хохлому, где доминирует цветок табака. Реставраторы все пропитали специальным составом, укрепили отшелушивающиеся части. Плафон украшает живопись по холсту, фриз – живопись по штукатурке. Площадь живописи по потолку составляет 106 квадратных метров, площадь живописи фриза – 48 квадратных метров.
В процессе работ выяснилось, что там, где на стене написана дата «1954», изначально было «1953». Открытие ВДНХ переносилось. Павильон, видимо, был готов в 1953-м, но выставку открывали в 1954 году – так что пришлось переписать.
Автор живописи в интерьере, вероятно, также Вячеслав Кондратьев. Сохранились его эскизы – правда, они немного отличаются от натуры. Кондратьевым был сделан центральной темой табак – и он в интерьере везде, на разных этапах своей жизни, от соцветий до семенной коробочки на люстре. Для воссоздания мебели, поясняет Елена Максимова, использовали исторические фотографии. В 1950-е годы она вся была раскрашена «под хохлому» – как потолок и плафон. Было невероятное буйство красок, но каких – непонятно. Все имеющиеся фото – черно-белые. В результате все воссоздали в приближенных к историческим формах – в режиме приспособления к новому использованию.
Люстру заказывали в «Арт-Бронз» в Пушкине. Она более 3,5 метра в диаметре. Каждая ее деталька была сначала смоделирована реставраторами в глине или пластилине, потом их отливали из воска, примеряли на каркас – добивались точного соответствия оригиналу.
Некоторые утраченные детали на фасаде не стали воссоздавать – не было достоверных данных. Например, его украшало керамическое панно с изображениями сигаретных пачек. Но до нас оно не дошло, есть только одна черно-белая фотография. Невозможно понять подлинный цвет – воссоздание превратилось бы просто в подделку, поэтому от него отказались, подчеркивает Елена Максимова.
В феврале 2026 года в отреставрированном павильоне открылся клуб чайной культуры «ЧаЕ». Название, переводящееся с китайского как «чайный лист», созвучно изящному облику здания. Теперь павильон служит и коммерции – сюда можно прийти, как в кафе, – и культуре: в воссозданном интерьере можно проводить самые разнообразные мероприятия.
Авторы статьи: Евгения Твардовская, Олег Фочкин
Статья создана по материалам Информационно-практического журнала «Охраняется государством».