6 июня Церковь чтит память Ксении Блаженной — одной из самых почитаемых и любимых в народе святых. По свидетельствам верующих, её молитвенная помощь приходит столь стремительно, что порой это повергает в искреннее изумление. Многие скорбят о том, что не могут лично посетить часовню Ксеньюшки в Петербурге, однако матушка слышит каждого — где бы тот ни находился. Главное — не поддаваться отчаянию, обращаться к блаженной с молитвой и не пренебрегать покаянием. История, которую мы приводим сегодня, красноречиво свидетельствует: Бог и все Его святые гораздо ближе к человеку, чем тот способен себе представить.
Монахиня Корнилия Рис делится своим рассказом: «Если кто-то знает эту историю и обнаружит в ней неточности — прошу меня простить: я услышала её 25 лет назад и не из первых уст.
Итак, один священник из Северной Калифорнии служил на приходе, основу которого составляли бывшие евангельские христиане, принявшие Православие. В те годы, когда община ещё не была православной, под её кров приходили самые разные люди — послушать Благую весть. Однажды у дверей церкви остановился молодой человек на мотоцикле «Харлей-Дэвидсон». По всему облику в нём угадывался бесшабашный гуляка, однако интерес к словам об Иисусе был у него неподдельным. Между ним и пастором — впоследствии ставшим православным священником и поведавшим эту историю — завязались добрые отношения. Молодой человек начал меняться: один за другим он оставлял прежние пороки. Но когда пастор сказал ему, что подлинное следование за Христом требует и отречения от байкерской жизни, это оказалось для него непосильным. Он покинул общину и заботившегося о нём наставника, не намереваясь возвращаться. Байкер уехал на своём «Харлей-Дэвидсоне» — и вскоре попал в аварию, лишившись обеих ног.
В конечном счёте молодой человек вернулся в прежнее окружение и оказался в полуразрушенном доме с дешёвой арендой, в одном из самых неблагополучных районов города. Однажды вечером, когда он и его приятели особенно усердно предавались алкоголю и прочему, он упал и потерял сознание. Его сотоварищи, сами едва соображавшие от опьянения, решили, что он мёртв. Не зная, что предпринять, и привычно избегая полиции, они вытащили его тело на улицу и бросили в ближайший мусорный контейнер.
Там, на следующее утро, молодой человек и пришёл в себя. Это было страшное пробуждение — обнаружить себя брошенным, лежащим среди отходов. С трудом выбравшись из контейнера, едва не ставшего ему могилой, он дополз и сел на обочину, захлёстнутый чёрным отчаянием:
«Вот до чего я докатился. Никому не нужный мусор. Выброшенный, как ненужные отходы».
В этот момент он заметил пожилую женщину в лохмотьях — из тех, кого называют бездомными нищенками. Она подошла к нему. Взгляд её был строгим, почти обличающим.
— Ты знаешь, куда тебе идти, — произнесла она. — Так иди.
В то же мгновение перед ним встал образ бывшего пастора и церкви, в которой он когда-то почти преобразился. Твёрдо решив найти её снова, он отправился в тот город.
Когда он добрался до некогда знакомого храма, то не узнал его. Крышу венчали золотые купола с крестами, весь облик здания изменился. Внутри не было привычных скамей, а в глубине возвышалась перегородка с ликами святых. Растерянно оглядевшись, он вдруг остановил взгляд на одном из изображений — и замер. Перед ним была та самая пожилая женщина в лохмотьях, что в час отчаяния указала ему путь. Это была блаженная Ксения Петербургская, Христа ради юродивая.
Здесь же он встретил своего старого друга — того самого пастора, теперь облачённого в рясу православного священника. Молодой человек принял Святое Крещение и стал преданным прихожанином — на этот раз преобразившись по-настоящему.
Что с ним сталось впоследствии — мне неизвестно. Нет оснований думать, что он покинул этот приход, однако с момента, когда мне рассказали эту историю, минуло 25 лет. Одно остаётся несомненным: чудо блаженной Ксении совершилось с человеком, который прежде ничего о ней не слышал и жил далеко от России — именно тогда, когда нуждался в помощи более всего».
И подобных свидетельств — немало.
Слава Богу за всё!