4 июня на Петербургском международном экономическом форуме (ПМЭФ) подбирали культурный код россиян. В рамках ПМЭФ прошла сессия, которая называлась «Культурный код России: народные художественные промыслы как драйвер развития креативных индустрий и городской среды». Да, это культурный код россиян. «Культурный код – это не про берёзку и не про кокошник», - заявил референт управления президента по общественным проектам Владимир Костеев. Это про «доверие, узнаваемость, искренность», без которой «нет дальнейшего движения, нет никаких продаж отечественных брендов», - добавил он. А видный бизнесмен считает, что «национальная глубина, семья, смысл вместо выгоды, принятие собственной души – вот что такое наш культурный код». По этому случаю было опубликовано масштабное исследование культурного кода россиян, проведённое холдингом ON Медиа. Исследователи выделили три фундаментальные опоры, которые позволяют гражданам сохранять устойчивость в меняющемся мире: семья, финансовая стабильность и здоровье. Для мужчин работа по-прежнему про деньги и независимость, а женщины всё чаще видят в ней личную успешность и самореализацию. Образ сурового и сильного мужчины уступает место ответственному, надёжному и эмоционально зрелому. А женственность теперь ассоциируется не со слабостью, а с самостоятельностью, стойкостью и финансовой ответственностью. Судя по исследованию, россиянки становятся всё более прагматичными. К дискуссии на сессии про драйвера развития креативных индустрий: «Национальная глубина» - поясните, пожалуйста, Сергей Александрович.
Сергей Михеев: Я понимаю, что это не Ваше официальное заявление, но всё это просто набор звуков, и для меня это диагноз в том плане, что это свидетельство полного непонимания себя. Когда говорят, что «народные промыслы – это драйвер креативных индустрий», это означает, что люди запутались. Им дали поручение про что-то наше, про Россию.
- Раньше Вы чем занимались?
- Я занимался драйвером креативных индустрий.
-Как это мне склеить? Понял: «народные промыслы драйвера креативных индустрий». Раньше я получал деньги за драйвер креативных индустрий, а сейчас есть поручение добавить «народные промыслы».
Это пустота с точки зрения духовной и культурной: здесь нет никакого культурного кода. Как минимум, мы видим абсолютное неуважение к собственному родному языку. Кто может точно сказать, что такое «драйвер»? Драйвер – это водитель.
Прямой перевод с английского языка.
Сергей Михеев: Да. Народные промыслы как водитель чего? Креатива? О чём идёт речь? Люди запутались, забыли русский язык. Говорят: «Нам не нужны кокошник и берёзка». А Вы думаете, что умнее кокошников и берёзок?
Люди занимают высокие посты.
Сергей Михеев: Люди могут занимать какие угодно посты, но это не гарантия того, что они хоть что-нибудь понимают. Само по себе название говорит об абсолютной вторичности. Для кого это всё? Какие бренды и куда вы собрались продвигать? И зачем вам их куда-то обязательно продвигать? Очень странно.
Что касается народных промыслов: я у себя на радио делал несколько передач о народных промыслах. Они все умирают! Им нужна государственная поддержка. Нужен закон, который бы их поддерживал, чтобы они не умирали. Огромное количество народных промыслов уже исчезло. А нам всё рассказывают про какие-то «креативные индустрии»! Ладно, может быть, люди хотят хорошего. Я по своей вредной привычке сразу обрушиваюсь с критикой, но предполагаю, что здесь возможна такая ситуация, когда человеку говорят: «Давай что-нибудь наше сыграй». Он берёт в руки гитару и начинает играть всё тот же рок-н-ролл. Почему? Потому что больше ничего не умеет! Он вроде бы и за родину, но больше его ничему не научили, - может быть, музыкального образования не хватает. Так же и здесь.
Не обижайтесь на меня, рок-музыканты, но это очень серьёзная проблема, когда душа чего-то просит, но ни голова, ни руки ничего не умеют. Выучил, как попка-дурак: «Драйвер креативных индустрий в этой локации. Мы за всё русское в этой локации, если только будет креативный драйвер». Получается, что «вроде бы и хочу, но не могу». Не хватает культуры, образования, широты мышления, свободы, творчества. Если в результате этой сессии наши народные промыслы получат деньги…
Про деньги не говорилось ни слова. Искали код!
Сергей Михеев: Ясно, деньги – это бяка. Но если они получат государственную поддержку, то хорошо - пусть будут разные презентации про креативные драйверы. Лишь бы получили хоть какую-нибудь поддержку, потому что большинство народных промыслов уже померли, а остальные умирают.
Что касается «продвижения куда-то»: для того, чтобы продвигаться за рубеж, как раз нужны кокошники и берёзки, потому что всё остальное у них есть своё. Одна из проблем нашего внутреннего интеллектуального класса заключается в том, что он абсолютно несуверенный, несамостоятельный, у него нет собственной культурной основы. Им кажется, что, «если мы сейчас изобразим какие-то драйверы, то это, конечно, пойдёт нарасхват за границей». Не пойдёт. Всё то, что вы здесь делаете как подделку под массовую западную культуру, там неинтересно. Вы сильно удивитесь, но им интересно: кокошники, хохлома, «Калинка-малинка», балет и всё остальное. Чем вы хотите их поразить? Черными квадратами, треугольниками, ромбами? Они всё это давно намалевали!
Верю, что люди, которые собрались на этой сессии «по креативному продвижению драйвера», за всё хорошее, но видно отсутствие внутренней независимости и свободы. Потому что настоящая свобода порождает творчество: такие ценности, которые привлекают окружающих.
По поводу опроса: он был не про культурный код.
Был заголовок: «Представлено от ПМЭФ масштабное исследование культурного кода россиян». Они там связали финансовую независимость с культурным кодом.
Сергей Михеев: Это сравнение квадратного с зелёным - хотя бы не позорились! Когда вы говорите о том, что «культурный код – это здоровье, семья и финансовая стабильность», то какое отношение это имеет к культуре? Ведь это будет актуально для китайца, аргентинца, американца, конголезца и т.д. Проведите этот опрос где угодно и получите ровно такую же картинку! Люди даже не могут сформулировать инструментарий социологического опроса и представляют это на ПМЭФ! Они слышали, что где-то есть культурный код, а что это, они не знают. Так и скажите, что «мы верим в деньги - это и есть наш культурный код».
То, что на эту тему начинают говорить, задумываться и есть даже целая сессия на ПМЭФ, – это хорошо, но видно, что сами люди блуждают в трёх соснах.
Может быть, выйдут когда-нибудь?
Сергей Михеев: Я им этого желаю. Для того, чтобы выйти, мало жонглировать иностранными словечками, а надо думать. Если ваше исследование показало, что культурный код – это деньги, семья и здоровье, то я бы не показывал это исследование на ПМЭФ, потому что это бред! Поручили что-то такое провести - и провели. Надо ли нам об этом думать? Да. Хотя бы с этого начинать: по крайней мере, это лучше, чем рассказывать десятками лет, что «мы – европейцы, евразийцы» и т.д. Я верю, что на этой сессии были и толковые выступления, но они не получили такого освещения в СМИ.
Слушатель пишет: ««Крестецкая строчка», «Золотая нить Поморья» развиваются - не всё умирает. У нас сейчас многие интересуются традициями, ремёслами». Другой слушатель спрашивает: «Шапка-ушанка – это тоже культурный код?»
Сергей Михеев: Не знаю - кому как. Такие шапки были не только у нас, а сейчас их зимой никто не носит. Это, скорее всего, традиция. Конечно, традиция может входить и в культурный код, но это к вопросу о том, что такое культура. Культура – это набор неких смыслов, а не набор штампов.Это требует глубокого образования. Когда мы говорим, что «культура – это…», и начинаем перечислять материальные предметы, то это не совсем правильно и к коду не имеет отношения. Это имеет отношение к тому, что вы считаете добром/злом, правильным/неправильным, какие люди поют песни и т.д. Это гораздо сложнее, чем померить линейкой.
Когда я говорю про берёзки и кокошники, то имею в виду товарные продвижения, потому что кто-то говорил, что это важно продвигать на другие площадки. Если говорить про товарные продвижения, привлечение внимания, то здесь есть какой-то товарный ряд. Если говорить о культуре как о совокупности смыслов, то, конечно, этого слишком мало и требует более глубокого осмысления и образования.
Слушатель пишет: «Только вчера президент говорил про важность чистоты русского языка, а на ПМЭФ – «драйвер креативных индустрий». Позорище!!!!» Темы формулировались организаторами ПМЭФ несколько месяцев назад, а президент говорил вчера. Не успели переписать.
Сергей Михеев: Деньги потрачены и плакаты напечатаны, но прислушиваться надо. К вопросу о культуре: сам по себе набор понятий формирует ваш взгляд и вашу оценку того или иного явления. Когда вы пытаетесь что-то мерить этим набором совершенно не своих, до конца не понимаемых терминов, то никогда не добьётесь нормальных результатов. А тут много чисто политтехнологического подхода. Привыкли что-то бубнить про креативные индустрии - и давай туда же!
Легче всего людей в чём-то обвинять, но это, может быть, их беда, потому что не понимают, как думать по-своему. Это одна из самых больших трудностей: как думать своими словами; как иметь внутреннюю свободу, чтобы творчество могло возникать. Откуда это берётся? Это просто переводные вещи – калька с американизмов. Какое своё содержание вы вкладываете?
Может быть, поэтому кокошник с драйвером не стыкуются? Пишет слушательница: «Очень хочется, чтобы мы не потеряли свои народные промыслы: вологодские кружева, жостовские подносы, золотую хохлому. Чтобы те немногие специалисты передали свои умения и навыки новому поколению. Это и есть наша индивидуальность».
Сергей Михеев: Хочется, но положение с этим довольно тяжёлое. Я не говорю, что всё потеряно, - есть программа по поддержке - но она довольно ограниченная. Слышал, что в 2025 году её свернули или сильно урезали. Когда началась рыночная реформа, им сказали: «Выживайте как хотите». А каким образом они выживут? Как они могут соперничать с дешёвым китайским ширпотребом? Если вам это дорого, вы должны это поддерживать. Здесь главная мысль – это любовь: к своей стране, культуре, истории, людям надо относиться бережно. Когда эти вещи пытаются заменить «драйвером креатива», тогда получается бездушная и пошлая подделка. Настоящее требует любви в широком и глубоком смысле слова. Когда человек любит кого-то по-настоящему, то пытается для этого человека что-то сделать доброе, хорошее, вложить душу. Когда вы вкладываете душу, тогда что-то получается. Верю, что люди, которые этим занимаются, хотят лучшего, но у них не всё получается. Наверное, когда-нибудь получится.