В мае 2026 года Ярослав Дронов выпустил клип на песню «Россия — мама». По сюжету певец в роли детектива раскладывает фотографии медийных личностей, признанных иноагентами, а в финале те с помощью нейросети начинают «петь» припев. Галкин, Дудь, Земфира и ещё семнадцать человек — все хором, все без своего согласия.
Перформанс получился громким. Юридические последствия могут оказаться громче...
Что говорит закон
Борис Герасин, заместитель председателя Совета по интеллектуальной собственности ТПП РФ, объяснил ситуацию коротко: изображение человека, которое позволяет его безошибочно идентифицировать, является персональными данными. По Гражданскому кодексу обнародование изображения гражданина в любом виде допускается только с его согласия.
Нейросеть не меняет природу нарушения. Она его усугубляет: перед нами не просто использование чужой фотографии, а создание нового контента с чужим лицом и голосом — без ведома человека.
Пострадавшие могут обратиться к статье 152 ГК РФ о защите чести, достоинства и деловой репутации. Отдельно возможны претензии от правообладателей исходных фотографий. Плюс доход от просмотров и прослушиваний — лица, признанные пострадавшими, вправе потребовать компенсацию.
Авторы клипа, по всей видимости, рассчитывают на исключение: использование в государственных и общественных интересах + статус иноагентов у фигурантов. Насколько суд примет этот аргумент — вопрос открытый.
Клип SHAMAN — не просто скандальный инфоповод. Это первый по-настоящему массовый случай в российской практике, когда нейросеть использована для создания контента с реальными людьми в политическом контексте.
И Верховный суд уже отреагировал: в мае 2026 года председатель Игорь Краснов дал поручение о масштабном обобщении судебной практики по делам, связанным с ИИ. В плане обобщения отдельным блоком стоит защита чести и достоинства при распространении сведений, созданных с помощью нейросетей, включая дипфейки.
Где здесь юрист и при чём тут ИИ?
Дело SHAMAN показывает то, о чём юридическое сообщество говорит давно, но что только сейчас становится практикой: работа с ИИ требует правовой грамотности не только от тех, кто его использует, но и от тех, кто защищает клиентов в спорах вокруг него.
Понять, нарушено ли право на изображение при использовании нейросети. Оценить, является ли сгенерированный контент дипфейком в правовом смысле. Разобраться, кто является надлежащим ответчиком — создатель промпта, платформа или заказчик контента. Проверить, какие данные были загружены в нейросеть и не нарушает ли это ФЗ-152.
Именно поэтому в центре ПЕРВОМАЙ мы запустили курс «ИИ для юристов». Не про то, как красиво попросить ChatGPT написать иск. Про то, как понимать технологию изнутри: где заканчивается инструмент и начинается ответственность, какие данные можно загружать в нейросеть, а какие нельзя, как выявлять галлюцинации и как защищать клиентов в спорах, которых пять лет назад просто не существовало.
📞 +7 (343) 253-00-96 (WhatsApp, Telegram)
📩 edulex@1pervomay.ru
🌐 edulex.1pervomay.ru
ПЕРВОМАЙ
Центр подготовки юристов