Сколько стоит одна метель? Казалось бы, ответ на этот вопрос в региональном акимате должны были получить в сжатые сроки, после того, как стихия покинула Павлодарскую область. Однако выяснилось, что подсчитать ущерб от нескольких дней непогоды значительно проще, чем добиться от чиновников конкретных цифр. На это ушли месяцы, несколько официальных запросов и даже жалобы на ответы государственных органов. И только после этого стала понятна хотя бы приблизительная цена мартовского шторма.
Напомним, в марте Павлодарскую область накрыли метель и штормовой ветер. Без электроснабжения остались 96 населённых пунктов, в Павлодаре, Экибастузе, Аксу и Баянаульском районе был введён режим чрезвычайной ситуации местного масштаба. В официальных сообщениях говорилось о круглосуточной работе служб, оперативном восстановлении электроснабжения и координации действий всех задействованных ведомств. Казалось, что спустя несколько недель останется лишь подвести финансовые итоги ликвидации последствий стихии. Однако, именно на этом этапе история неожиданно превратилась в бюрократический квест.
Когда редакция направила в акимат области запрос с вопросами о размере ущерба, объёме бюджетных расходов, количестве пострадавших объектов и использовании резервного фонда, вместо цифр пришли ссылки на нормативные акты. Чиновники подробно рассказали о существовании приказа Министерства по чрезвычайным ситуациям, о порядке подготовки смет, о правилах выделения средств из резервов и механизмах рассмотрения документов. Другими словами, госслужащие детально объяснили, как определяется ущерб, но так и не сообщили, каким он оказался.
Впрочем, определённые подробности всё же удалось узнать. Наиболее серьёзные повреждения получила система образования. В Аксу ветер сорвал до 700 квадратных метров кровли с колледжа чёрной металлургии. В Павлодаре пострадали сразу несколько детских садов, где площадь повреждённых крыш достигала 765 квадратных метров. Среди жилых домов наиболее серьёзные последствия были зафиксированы на улицах Камзина и Малайсары, где ветер частично сорвал кровлю многоэтажек. При этом чиновники заверили, что на сегодняшний день все повреждённые объекты уже восстановлены.
Однако главная цифра, размер ущерба, продолжала оставаться загадкой.
Тогда редакция направила новый запрос. И здесь ситуация приобрела почти философский характер. На значительную часть вопросов в акимате решили не отвечать вовсе, сославшись на то, что ответы уже были предоставлены ранее. Не имело значения, что речь шла о данных, которые за несколько месяцев могли измениться. Судя по логике чиновников, если однажды было сказано, что информация уточняется, значит этот ответ можно считать актуальным бесконечно долго.
Особенно примечательно выглядело это в отношении финансовых вопросов. Редакция интересовалась объёмом средств, выделенных на ликвидацию последствий стихии, использованием резервного фонда и итоговой суммой ущерба. В ответ было предложено ознакомиться с предыдущей перепиской. В итоге пришлось подавать жалобу на столь красноречивый ответ.
Лишь после её рассмотрения аппарат акима Павлодарской области сообщил сведения, которые можно считать первой официальной финансовой оценкой последствий мартовской непогоды. Как выяснилось, по состоянию на 25 мая управление образования области уже направило в департамент по чрезвычайным ситуациям пакет документов для выделения средств из чрезвычайного резерва местного исполнительного органа на сумму 136,3 миллиона тенге. Соответствующее ходатайство направлено в областной акимат, а проект постановления о выделении средств находится на стадии согласования.
Любопытно, что одновременно с этим чиновники продолжают утверждать, что конкретные суммы ущерба всё ещё уточняются и продолжается сбор документов и смет. Получается необычная ситуация: размер ущерба ещё окончательно не определён, но деньги на его устранение уже подсчитаны до сотен тысяч тенге.
Впрочем, и сумма в 136,3 миллиона тенге - это далеко не вся цена мартовской метели. Речь идёт исключительно об объектах образования. Между тем последствия стихии затронули десятки населённых пунктов, энергетическую инфраструктуру, жилой фонд и работу аварийных служб. Сколько средств было потрачено на восстановление линий электропередачи, работу спецтехники, ликвидацию последствий чрезвычайной ситуации и другие восстановительные мероприятия, до сих пор остаётся неизвестным.
Не менее загадочной выглядит и история с оперативным штабом. На вопросы о его составе, руководстве, принятых решениях и регламенте работы чиновники предпочли ответить цитатами из Закона «О гражданской защите», подробно разъяснив, что такое оперативный штаб в принципе и какими полномочиями он обладает. Кто конкретно руководил штабом, какие решения принимались в первые часы после ухудшения погоды и каким образом координировалась работа различных служб, из ответа выяснить так и не удалось.
В итоге история мартовской метели оказалась показательна не столько масштабом разрушений, сколько особенностями последующего подсчёта последствий. Сам шторм продолжался недолго. Электроснабжение, по официальным данным, восстановили за сутки. Повреждённые объекты отремонтировали за несколько недель. А вот путь к ответу на вопрос о том, сколько всё это стоило бюджету, растянулся на месяцы.
Сегодня можно уверенно говорить лишь об одной сумме - 136,3 миллиона тенге. Именно столько потребуется на восстановление пострадавших объектов образования. Сколько же в действительности стоила Павлодарской области мартовская метель, в акимате Павлодарской области, похоже, продолжают выяснять до сих пор. Или, что также вероятно, не знаю, как именно об этом рассказать налогоплательщикам.
Станислав Манаков, Обозрение Недели