Славко почесал заживающую и оттого невыносимо зудящую рану — и получил от жреца Ульвстейна второй за сегодня подзатыльник.
— Сколько раз тебе, олуху, говорено?! Не колупай!!
— Так чешется же! — Хамар скорчил донельзя страдальческую гримасу, но монаха не проняло.
— Вот скажу Торгейру, чтобы он тебя связал!
— Я не буду больше, — пробурчал словенин, по опыту зная, что толстяк свою угрозу выполнит — а хëвдинг к нему прислушается.
— Смотри мне! — отец Вульфстан погрозил непутëвому пациенту кулаком и вернулся к своему занятию: перетиранию в небольшой ступке трав, сопровождаемому бурчанием о том, что на этих нехристей языческих ну никаких снадобий же не напасëшься!!
Хродгейр, которого в той битве тоже зацепили копьëм, сочуственно вздохнул.
***
У Ательстана уже зуб на зуб не попадал — и от холода, и от воображения, разыгравшегося, когда звуки боевых рогов отдались во всëм теле. Послушник начал было шептать молитву трясущимися губами, но вдруг обнаружил, что ни словечка не помнит.
«Pater Noster qui es in caelis... San...san...»
Позади что-то зашуршало, плеснуло...
Закочневший парень неловко приподнялся и обернулся, испугавшись, что это злобные северяне явились по его душу — и с изумлением и некоторым облегчением узрел настоятеля, прижимавшего к груди какой-то узелок и беспрестанно озиравшегося.
«Удрал! Бросил, значит, остальных на растерзание...» — сообразил послушник, уставившись на аббата со смесью испуга и сомнений — как поступить?
Отец Кутред воззрился на парня с удивлением и некоторой растерянностью.
— Сын мой! — радостно воскликнул он сдавленным шëпотом, расплываясь в обычной своей гаденькой улыбочке. — Какое счастье, что тебе тоже удалось избежать рук этих нечестивых псов!
Настоятель распахнул объятия, и Ательстана передëрнуло от омерзения.
— Идëм скорее со мной! — аббат нетерпеливо попытался ухватить послушника за рукав или хоть за что-нибудь.
— Нет!! — в полный голос почти выкрикнул Ательстан, отшатываясь. — Отправляйся ты в ад!!
Настоятель вытаращил на него глаза, замер на несколько мгновений, а затем взвизгнул и кинулся прочь.
Послушник и сам не знал, что его заставило броситься следом за удирающим поганцем и вцепиться ему в рясу. Наверное — мысль о том, что эта сволочь останется жива-здорова-невредима, в то время, как остальная братия подвергнется мучениям и пыткам. И дело было не в жалости, а в несправедливости.
— Пусти-и!! — взвыл отец Кутред, тщетно пытаясь отцепить от себя парня. — Будь ты проклят! Гореть тебе в геенне!..
Силëнок у голодного и замëрзшего Ательстана было мало. Но на его счастье перепуганный аббат по бóльшей части лишь бестолково махал руками — одна из которых была к тому же занята очень ценным позвякивающим узелком. Так что парень, изловчившись (не иначе Господь помог!), повалил-таки гнусного мерзавца в воняющую тиной воду. Сам, правда, тоже на ногах не устоял... Ну и ладно! Всё равно промок раньше, пока сидел тут.
А вот и северяне, привлечëнные шумом, явились.
***
Обоим пленникам, не разбираясь, связали руки и велели сидеть тихо. Ательстана, покосившись на его плачевный вид, пихнули ближе к костру, а настоятеля оставили чуть в стороне, ближе к воде, пообещав если что — тут же и притопить и под вон тем камушком закопать. Аббат внимательно посмотрел на здоровенный валун — и негромко, но проникновенно затянул псалом «Dominus regit me...». Разбойничий монах на него глянул — и неодобрительно покачал головой.
Туман начал рассеиваться. Бледное пятно солнца постепенно становилось ярче, обещая жаркий день.
Быстрый топот — уверенные шаги — заставил норманнов вскочить и схватиться за оружие. К сожалению послушника, это оказались их товарищи — с пленниками и монастырским добром.
Вожак обменялся несколькими словами с одним из караульных — а затем подошëл к настоятелю и уставился на него пронизывающим взглядом.
Аббат затрясся, как молодая осинка под ветром.
— Халли! — давешняя... как её там?.. разбойница, в общем!.. обратилась к одному из своих приятелей, которые Ательстана с настоятелем и схватили. — При нëм должно было что-то быть. Сундучок или мешочек...
— Свëрток какой-то был, — принахмурился тот. — А куда он делся?.. Наверное — там выпал, — он качнул головой в сторону бывшего Ательстанова убежища.
— Давай сходим, поищем, а?!
***
Спустя полчаса или чуть больше узелок с монетами и украшениями был нащупан в тине, выловлен и почти торжественно вручен хëвдингу.
— Молодец, Валькирия! — покивал Торгейр, довольно улыбаясь.
Мьëлль ответила ему тем же: а то, мол! Если б была не «молодец» — ты бы меня хольдом не поставил.
«Хм, а вот интересно — как бы этот хольд в женском роде звучал??» — ненадолго проснулся в ней филолог.
Ответа на этот вопрос Майя до сих пор не знала, ибо заниматься лингвистическими изысканиями ей было попросту некогда: то набеги, то переход по морю (хоть бы в шторм не попасть!!), то сбывание «перераспределëнных ценностей», то опять в море, то осенне-зимние тренировки и пиры, то опять набеги, набеги и... ну да, набеги.
«Ай, да ладно! Пусть хоть веслом зовут — лишь бы подчинялись!..»
Личный Майин большой десяток подчинялся ей без вопросов и нехороших мыслей. Прочие хирдманны, большинство из которых знало её давным-давно, тоже не обидели бы ни словом, ни делом во-первых — товарища по оружию и хольда, а во вторых названную сестру Хельги Скьëльда.
— Валькирия! — нетерпеливый голос Эйнара Подкидыша (впору уже парня в Везучего переименовывать) выдернул Мьëлль из размышлений. — Валькирия! Ты же обещала!
Ох... Ну, да, обещала.
— Иду! — Майя на ходу потянула из ножен меч. — А Рейди и Бьëрн где?
Оба возникли — как будто из-под земли. Ну, или если совсем уж точно — из-под песка и тины.
Вокруг немедленно собрались болельщики. Кажется, даже ставки делали.
— Двое на двое! — громко объявила Валькирия. — Бьëрн, иди сюда. Рейди, ты — с Эйнаром.
Вообще-то, следовало бы наоборот. Со Спасëнным Мьëлль давно уже сработалась — с полувзгляда друг друга понимают. А Подкидыш — с Яриком так же. Оно и хорошо с одной стороны... А, с другой — мало ли что случиться может. Или в бою раскидает, или... друзья, увы, не бессмертные...
«Ладно, сейчас так, а потом...»
Валькирия приглашающе усмехнулась, отведя меч в сторону.
Рейди с улыбкой до ушей сделал то же самое.
«Ах, так?! Ну хорошо!»
Мьëлль шагнула вперëд, но не к Ярику, а к Эйнару, инстинктивно отскочившему вбок, чтобы и от замаха Валькирии уйти, и самому удобнее размахнуться. Но Мьëлль тут же, крутанувшись на пятке, развернулась к Рейди.
Дзынь! Звяк!
Яромир тоже пеньком не стоял, угадав, куда Валькирия постарается ударить, и, подставив свой клинок, откинул им «вражеский».
Тем временем, Спасëнный и Подкидыш бодро отмахивались друг от друга. Эйнар, несмотря на свою молодость и небольшой пока ещё опыт, противостоял Бьëрну (и старше, и сильнее) вполне достойно.
«Однако, жрать охота... Пожалуй, хватит пока...»
Как раз на этой мысли от костра потянуло варëным мясом.
Мьëлль снова отскочила в сторону, вынуждая Рейди в очередной раз повернуться. Теперь он стоял вполоборота к Эйнару, почти у него за спиной.
Валькирия атаковала резко и мощно, как названный брат учил. Подшагнула к Яромиру почти вплотную...
Рейди снова попятился, разрывая слишком близкую, неудобную дистанцию — и наткнулся спиной на Эйнара, сбив ему замáх.
— Убит! — весело объявил Спасëнный, хлопая Подкидыша по рëбрам плоскостью меча.
— Ранен! — клинок Мьëлль проехался по бедру Рейди сверху вниз, до колена.
А если бы Ярик не успел подставить свой — неловко и слабо, из почти невозможного положения — быть бы ему тоже «убитым».
Торгейр и Хельги, внимательно наблюдавшие за боем, обменялись довольными взглядами.
***
За схваткой, пусть и невсамделишной, Ательстан следил с нескрываемым азартом. И был очень рад, что светловолосого парня в зелëной рубахе объявили раненым, а не убитым, как его товарища. Даже собственные невзгоды в сторону отошли.
Впрочем, они почти тут же вернулись — после недолгой трапезы северяне принялись делить неправедно награбленное и высчитывать, где и за сколько можно продать рабов.
Тот разбойник в синей рубахе, что только что сражался плечом к плечу с ихней воительницей (то ли родственник он ей, то ли полюбовник... свят-свят!..), отошëл от спорящих, глянул искоса на Ательстана — и подпихнул к нему котëл с остатками ещё тëплой каши.
— Ешь.
Светловолосый великан, одним своим видом напугавший послушника несколько часов назад, вопросительно посмотрел на товарища, безмолвно интересуясь причиной такой доброты.
— Худой да бледный, — дëрнул плечом тот. — Как бы не помер до Бирки.
***
Объяснение Спасëнного устроило всех. Кроме Мьëлль... и Торгейра. Но выводить Бьëрна на чистую воду ни та, ни другой не стали. Каши не жалко, а парнишка и в самом деле выглядит несчастным — в отличие от толстопузых и круглорожих «святых» братьев, на которых даже жрец Ульвстейн плеваться готов.
«Ммм... А Халльдор же сказал...»
— Мьëлль? — негромко окликнул Сигвальдссон.
Вот... дали же боги хëвдинга! Ну как Один свят — будто мысли читает!!
— Халльдор сказал, что он, — Валькирия кивнула на послушника, жадно выскребающего еду прямо связанными руками. — Что он дрался с их главным жрецом...
Торгейр задумчиво сощурился, помолчал, а затем кивнул, приняв какое-то решение.
Мьëлль вот прямо всей... спиной почувствовала, что тощего парня, тщательно вытирающего руки о влажную траву, ждут о-очень большие перемены в жизни.
***
— Поговори-ка с ним, жрец Ульвстейн.
— Я-а?! — отец Вульфстан едва плошку с целебной мазью из рук не выронил. — А почему не ты сам? Или ещё кто? — монах перевëл озадаченный взгляд с Торгейра на послушника, так и сидевшего отдельно от других пленников, и обратно на хëвдинга.
— Ты одной с ним веры. Тебе он расскажет больше, чем мне. И охотнее.
— Не думаю, — покачал головой отец Вульфстан, разглядывая парня с бóльшим вниманием. — Он боится нас всех. И твоих людей — и меня.
— Это я вижу, — отмахнулся Сигвальдссон. — Но ты сумеешь его расспросить, я знаю.
И, развернувшись, ушëл, оставив монаха сердито и недоумëнно разводить руками.
Примечания:
«Pater Noster qui es in caelis...» — начало молитвы «Отче Наш» на латыни.
«Dominus regit me...» — «Господь — пастырь мой...», псалом 22.
Большой десяток — около 15 человек.
Бирка — поселение в Швеции, один из крупнейших торговых центров того времени.
Внимание! Все текстовые материалы канала «Helgi Skjöld и его истории» являются объектом авторского права. Копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем ЗАПРЕЩЕНО. Коммерческое использование запрещено.
Не забывайте поставить лайк! Ну, и подписаться неплохо бы.
Желающие поддержать вдохновение автора могут закинуть, сколько не жалко, вот сюда:
2202 2056 4123 0385 (Сбер)