Есть у меня одна традиция — веду канал на Дзене. И время от времени участвую в конкурсах. В этот раз тема оказалась близкой — хотя бы не про шахматы!
Участвую в конкурсе ко Дню русского языка
Будет забавно, если в конкурсе ко Дню русского языка я в тексте наделаю ошибок. Моя любимая учительница русского и литературы однажды процитировала мне у доски поговорку: «Ох, ох, ох, что ж я маленький не…» — дальше продолжать не буду, не хочу порочить имя педагога. Но учеником я и правда был непростым: понять что-то с первого раза — это не про меня. А вот литературу я любил. Может, всё дело в преподавателе — ребёнка ведь нужно заинтересовать.
И вот я — юноша, наверняка ещё с нелепыми юношескими усами, — и на уроке литературы мы начинаем проходить «Героя нашего времени» М. Ю. Лермонтова. Эту книгу я готов перечитывать бесконечно, ведь с возрастом мировоззрение меняется. Тогда меня поразило поведение Печорина: его холодность, его остроумие и порой совсем непонятные душевные терзания, которые он сам себе и придумывал. Он вёл дневник — а я завёл «Живой журнал», да ещё какой-то блог. Всё давно потеряно, и слава богу: перечитывать и краснеть от стыда совсем не хочется, интернет ведь помнит всё!
Тогда хотелось быть похожим на Печорина — хотя я фильтровал, не все его поступки разделял. Хотелось гарцевать на лихом коне, а под ногами был только велосипед — за неимением лучшего, как говорится. Больше всего увлекала его манера держать себя с женщинами: в 14–16 лет ведь никто толком не расскажет, как себя вести ) А тут ещё и сериал с Игорем Петренко — читал книгу, смотрел сериал, образы складывались сами собой. Перечитываю время от времени, и каждый раз Печорин будто другой человек: в юности казался кумиром, а теперь вижу скорее уставшего, холодного эгоиста, которому и самому от себя тошно. Вот что значит — одна книга, а с годами говорит с тобой по-разному.
Но самый большой отпечаток оставила глава «Фаталист». Если коротко: офицеры заспорили, написана ли судьба человека наперёд. Поручик Вулич решает проверить на себе — приставляет пистолет к виску и спускает курок. Осечка! А следующий выстрел, уже в сторону, — есть, заряжен был. Вроде судьба пощадила, ан нет. Печорин ещё до выстрела разглядел на его лице печать смерти — и той же ночью Вулича насмерть зарубил пьяный казак. Вот тебе и случайность.
Если суждено — значит суждено, и ничего тут не поделаешь. Может, потому мне и живётся проще, учитывая мою профессию . С этой мыслью легко откинуть лишние переживания и ненужные думы.
Девчонки и мальчишки - читайте книжки!