– Мам, ну пожалуйста! Ну все едут!
Оксана отложила телефон и посмотрела на дочь. Катя стояла посреди кухни, сжимая в руках смятую распечатку с программой тура.
Пятнадцать лет, глаза горят - хочет в Прагу с классом на осенние каникулы.
– Катюш, мы уже обсуждали. Сорок пять тысяч - это много.
– Но можно же как-то! Ты всегда так говоришь!
Оксана вздохнула. Можно. Если не покупать себе новые ботинки - старые ещё поносятся. Если отложить ремонт в ванной. Если не ездить к маме в деревню на выходные - бензин дорогой.
– Я подумаю, - сказала она.
Катя бросилась её обнимать.
А вечером позвонила мама.
– Оксана, ты как? Давно не приезжала.
– Мам, работа, ты же знаешь. У нас аврал сейчас.
– Понимаю. Слушай, а не могла бы ты Ритку взять на неделю?
Рита - младшая сестра Оксаны. Двадцать два года, учится заочно, живет с мамой в деревне, работает в местном магазине.
– Взять куда?
– К себе. Она в Москву хочет съездить. Говорит, там ярмарка вакансий какая-то, она б поискала работу получше. И вообще отдохнуть хочет - город посмотреть, по магазинам пройтись. А мне не с руки сейчас - корову только купила, за ней глаз да глаз нужен.
Оксана представила: неделя с Ритой. Кормить, возить по городу, показывать достопримечательности. Рита никогда надолго в Москве не оставалась - заблудится сразу.
– Мам, у меня Катька дома, работа.
– Ну Катя уже большая. А Ритке всего неделя нужна. Ты же сестру не выгонишь?
– Не выгоню, конечно.
– Вот и хорошо. Я ей скажу, приедет послезавтра.
Оксана убрала телефон и прикрыла глаза.
Рита приехала в субботу утром - с огромной сумкой, в джинсах и яркой куртке. Обняла сестру на пороге, зашла в квартиру, огляделась.
– Ого, у тебя тут как в музее, - сказала она. - Чисто так.
– Ну стараемся, - улыбнулась Оксана.
Катя вышла из комнаты - посмотрела на тётю настороженно. Рита была ей почти чужая, виделись редко.
– Привет, Катюх, - сказала Рита. - Надо же, как выросла.
Катя кивнула, ушла обратно.
Рита устроилась в маленькой комнате, которую Оксана называла кабинетом - диван, стол, книжные полки. Рита сразу разложила вещи, повесила на стул мокрое полотенце, оставила открытую косметичку на столе.
– Слушай, а можно мне ключи? - спросила она вечером. - Я завтра в центр съезжу, погуляю. Вечером вернусь сама.
– Конечно. Держи, - Оксана дала запасные ключи и объяснила, как добраться до метро.
Рита ушла утром - вернулась в одиннадцать вечера. Весёлая, с пакетами.
– Я такие классные туфли купила! - показывала она Оксане. - Скидка была, представляешь, всего три с половиной тысячи вместо пяти!
Оксана смотрела на красные туфли на высоком каблуке и думала: три с половиной - почти десятая часть Катиной поездки.
– Красивые, - сказала она.
Рита обнимала сестру.
– Ты представляешь, как я рада, что приехала! В деревне вообще ничего такого не купишь. Там одна старушечья лавка.
Неделя шла быстро - слишком быстро.
Рита вставала поздно, завтракала тем, что Оксана оставляла на столе, и уходила на целый день. Вечером возвращалась с новыми покупками или рассказами о местах.
ВДНХ.
Красная площадь.
Арбат.
Парк Горького.
– Слушай, а у тебя случайно три тысячи не найдётся? - спросила она на пятый день. - Я такую сумочку видела, прям в тон туфлям. До зарплаты не хватает.
Оксана посмотрела на сестру.
– Рита, а на что ты живёшь эту неделю?
– Как на что? На свои. Поэтому и накопила: приехала, отдыхаю.
Оксана молча достала кошелёк, отсчитала три тысячи.
– Спасибо, Оксан. Я отдам, честно.
Вечером Оксана сидела на кухне одна - считала.
Продукты за неделю - около четырёх тысяч сверх обычного. Коммунальные - минимум тысяча прибавка. Три тысячи в долг, которые вряд ли вернут.
И ещё - время и силы, но их деньгами не посчитаешь.
Катя зашла на кухню, открыла холодильник.
– Мам, а йогурта нет?
– Нет. Забыла купить.
– Я хотела...
Оксана наклонилась, почти шепотом:
– Прости.
Катя пожала плечами и ушла.
В среду позвонила мама.
– Оксаночка, как там Ритка?
– Нормально. Гуляет по городу.
– А на ярмарку-то сходила? Она же за этим ехала.
Оксана замерла.
– Какую ярмарку?
– Вакансий. Она же говорила, в Москве будет. Там, кажется, во вторник уже всё прошло.
Оксана вспомнила все разговоры с Ритой за неделю - ни слова про работу. Только магазины, прогулки, покупки.
Оксана положила трубку, посмотрела в одну точку и, не выдержав, соврала:
– Ездила, мам.
Когда Рита вернулась вечером, Оксана спросила:
– Как ярмарка?
Рита на секунду замерла. Потом улыбнулась.
– Нормально. Анкету оставила в нескольких местах.
– Где именно?
– Да... разных. Там много компаний. Ой, ты чего? Я же съездила.
Оксана поняла: враньё, даже не очень старается делать его аккуратным.
В пятницу Рита собиралась уезжать.
Оксана приготовила ей в дорогу бутерброды, налила чай в термос. Рита запихивала в сумку новые вещи - еле застегнулась.
– Слушай, Оксан, - сказала она, - спасибо большое. Ты меня прям спасла. Я так классно отдохнула.
– Не за что.
– Правда. Я уже забыла, когда последний раз так отрывалась. В деревне скукота.
Оксана кивнула.
– Рит, а три тысячи когда вернёшь?
Рита замерла с сумкой в руках.
– Ну... как получу зарплату. В конце месяца.
– Хорошо.
Рита обняла сестру на прощание - быстро, формально.
– Пока. Передавай Катьке привет.
Дверь закрылась.
Оксана прошла в комнату, где жила Рита. Диван не заправлен, на столе - открытая косметичка, использованные ватные диски, обёртки от конфет. На полу - мокрое полотенце.
Она начала убирать. Заправила диван, собрала мусор, вытерла стол.
Подняла полотенце - и на месте оказалось то, что вчера могло просто лежать незаметно. Кассовый чек из обувного магазина, на котором были указаны туфли.
Оксана увидела сумму и сжала чек в руке.
Красные туфли стоили не три с половиной. Меньше. И никакой скидки не было.
Вечером Катя зашла на кухню.
– Мам, ну как с Прагой?
Оксана посмотрела на дочь.
Вспомнила красные туфли, сумочку в тон, враньё про ярмарку вакансий, невозвращённые три тысячи. Вспомнила неделю готовки, стирки, уборки за сестрой, которая приехала не искать работу, а отдыхать за чужой счёт.
– Не получится, Кать.
– Почему?
– Денег нет.
Катя стояла молча. Потом развернулась и ушла - не хлопнув дверью, не крича. Просто ушла. В комнате тихо включилась музыка, чтобы не мешать.
Оксана достала телефон, открыла калькулятор.
Неделя с Ритой: продукты - около четырех тысяч сверх обычного. Коммунальные - минимум тысяча. Три тысячи в долг. Итого восемь тысяч чистых расходов, не считая времени и сил.
Рита уехала отдохнувшая, с покупками.
А Катя не поедет в Прагу, потому что у мамы нет денег.
Но осенние каникулы всё равно приближались, и это ощущалось особенно остро.
Через неделю позвонила мама.
– Оксаночка, Ритка так тебе благодарна. Говорит, ты её просто спасла. Она так хорошо отдохнула.
– Рада.
– Слушай, а ты не могла бы ещё раз её взять? Она говорит, в Москве столько всего интересного, она и половину не посмотрела.
Оксана смотрела в окно. За окном шёл дождь, серый, осенний.
– Не смогу, мам.
– Почему? У тебя же есть где её разместить.
– Мам, я работаю. У меня дочь. Мне некогда.
– Ну неделя всего. Рита сама о себе позаботится, ты же видела.
Оксана выдохнула:
– Мам, проблема не в комнате и не в хлопотах. Проблема в том, что это не бесплатно.
– Что?
– Неделя с Ритой - это еда, вода, электричество, моё время. Это деньги.
Мама замолчала. Потом голос изменился - стал холодным.
– Ты считаешь деньги с родной сестры?
– Да.
– Оксана, я не ожидала от тебя такого. Рита же не чужая.
– Знаю. Но дело не в том, кто она мне. А в том, что она не приехала работать и не готова компенсировать затраты.
Мама повесила трубку.
Оксана сидела с телефоном. Через стену играла музыка - та же, что неделю назад. Тихая, чтобы не мешать.
Пришло сообщение от Риты:
'Ну ты даешь, сестрёнка. Думала, на тебя можно рассчитывать.'
Оксана прочитала, удалила, заблокировала.
Открыла калькулятор и прикинула: если откладывать понемногу, до Праги не хватит, но хватит на Казань. Там тоже есть экскурсионные программы на осенние каникулы, и даты как раз попадают в тот же промежуток, что и школьная поездка.
К вечеру Оксана пришла в комнату дочери.
Катя сидела над учебником и не поднимала голову, будто боялась, что разговор сорвёт концентрацию.
– Кать, у меня есть идея.
Катя подняла глаза:
– Прага так и не будет?
– Прага не выйдет. Но есть Казань - старинный город, Кремль, мечети, история. И главное - мы потянем по деньгам и по датам.
Катя смотрела молча, а потом тихо кивнула.
– Ладно. Казань так Казань.
Оксана обняла дочь.
Катя прижалась крепко, благодарно.
А вечером, когда дочь уснула, Оксана сидела на кухне и думала: правильно ли она сделала. Отказала сестре, поссорилась с мамой. Стоило ли оно того?
Вспомнила взгляд Кати, когда та узнала, что всё-таки будет поездка.
Вспомнила, как дочь сказала 'спасибо, мам' - тихо, искренне.
Стоило.