Александр Борисов – выдающаяся личность в истории русской культуры, чья жизнь и творчество тесно переплелись с суровой красотой Арктики. Происходя из крестьянской семьи, он прошел путь от послушника Соловецкого монастыря до всемирно известного художника, став первым живописцем, отважившимся работать за Полярным кругом.
Детство на Русском Севере
Александр Борисов появился на свет 2 (14) ноября 1866 года в крестьянской семье в небольшой деревне Глубокий Ручей на Северной Двине. Казалось, его судьба была предопределена, но случай, который художник позже считал божественным провидением, изменил его жизнь. В десятилетнем возрасте, получив серьезную травму коленей, он оказался прикован к постели. Родители, будучи глубоко верующими, пообещали отдать сына на год в Соловецкий монастырь для бесплатной работы, если он поправится. Мальчик выздоровел, и семья сдержала слово.
В 1881 году пятнадцатилетний Борисов прибыл на Соловки, где был определен на послушание на рыболовную тоню. Суровая беломорская природа пробудила в нем интерес к Северу. Он писал: «…наибольшее впечатление произвели на меня льды и белые ночи Соловецкие, и, может быть, по этой причине меня всегда тянуло на Север…». Рассказы монахов-мореходов о поморских плаваниях и подвигах первопроходцев зажгли в юноше «тоску по Северу», ставшую лейтмотивом его дальнейшей жизни. Вернувшись домой, он твердо решил посвятить себя живописи.
![Великий князь Владимир Александрович со свитой, выходящий из вокзала в Бресте. Фотография. [1886]. Бумага на картоне, серебряно-желатиновый отпечаток, ретушь.](https://avatars.dzeninfra.ru/get-zen_doc/271828/pub_6a21d64adbd1b65a7307ea3f_6a21d86dd65f52769f9447a4/scale_1200)
В восемнадцать лет Борисов вновь оказался на Соловках, поступив в иконописную мастерскую. В 1885 году, во время визита Великого князя Владимира Александровича и генерала Андрея Боголюбова, его карандашные рисунки поразили гостей своей искренностью. Оценили талант Борисова, и ему была выделена стипендия для обучения в Петербурге.
20 сентября 1886 года Борисов прибыл в Петербург и поступил в Рисовальную школу Общества поощрения художеств, где за год освоил трехлетний курс. 19 июля 1888 года он был зачислен вольнослушателем в Императорскую Академию художеств, получив две малые и одну большую серебряные медали.
Становление мастера
Настоящее формирование Борисова как художника-реалиста произошло в пейзажных мастерских. В 1893 году он попал в класс Ивана Шишкина, который привил ему любовь к точности рисунка и изучению натуры. Борисов вспоминал: «…И.И. Шишкин поставил меня на твердую дорогу…». После ухода Шишкина в 1895 году Борисов перешел в мастерскую Архипа Куинджи. Если Шишкин научил его рисунку, то Куинджи – передаче сложных живописных эффектов, что впоследствии помогло Борисову изобразить красоту северного сияния и низкого арктического солнца.
Борисов писал: «Советы второго моего учителя, дорогого А.И. Куинджи, раскрыли передо мной новые горизонты в смысле колорита, и я еще больше потянулся к тем необычайным красотам, которые только и могут дать летние северные ночи: то грозное, то ласкающее небо и вечные странники Ледовитого океана — могучие полярные льды».
Встреча с Павлом Третьяковым
После первых поездок на Кольский полуостров и Новую Землю в 1896-1897 годах Борисов представил свои работы на Весенней академической выставке. Картины «Полуночное солнце в Ледовитом океане» и «Весенняя полярная ночь» произвели фурор. Павел Третьяков, великий коллекционер русского искусства, высоко оценил талант Борисова и приобрел для своей галереи 65 этюдов и картин.
В сентябре 1897 года Третьяков лично посетил мастерскую и купил два больших полотна: «В области вечного льда. Лето» и «Весенняя полярная ночь».
Художник поделился с меценатом дерзким планом: отправиться в Большеземельскую тундру и на остров Вайгач для длительной экспедиции. В черновике письма Борисова сохранились слова: «Павел Михайлович убедительно просил меня, когда возвращусь из поездки с о. Вайгача, чтобы я никому не показывал мои картины, а прямо ехал к нему, и что непременно приобретет все мои картины. Но не суждено было». Павел Михайлович скончался в конце 1898 года, так и не увидев новых работ Борисова.
Экспедиция на Новую Землю
Ключевым событием в жизни Александра Борисова стала его художественно-полярная экспедиция, предпринятая в 1900–1901 годах. Художник несколько лет готовился к этому путешествию, создав специально оборудованный дом-мастерскую и уникальную яхту "Мечта" с яйцеобразным корпусом, призванную выдерживать давление льдов. Целью экспедиции была длительная зимовка на Новой Земле с намерением запечатлеть этот архипелаг в живописных произведениях. Однако, уже на начальном этапе, экспедиция столкнулась с трагедией. Яхта "Мечта" была зажата льдами в Карском море и дрейфовала вместе с полем более чем на 200 километров к югу. Борисов и его команда были вынуждены покинуть судно и искать спасения на плавучих льдинах. Художник писал в своей книге "В стране холода и смерти" об отчаянном положении, когда "почва разверзается и исчезает под нашими ногами", и им, "полуживым и промокшим до последней нитки, грозит закоченеть в первую же ночь". Избежать неминуемой гибели им помогли ненцы, которые сняли их со льдин.
Добравшись до своего дома-мастерской в проливе Маточкин Шар, Борисов организовал зимовку. Весной он отправился в стошестидневный санный поход на север архипелага. Исследуя побережье, художник проявил себя как географ-первооткрыватель. В знак признательности своим учителям и коллегам, он присвоил имена безымянным ледникам и мысам. На карте Новой Земли появились мысы Шишкина, Куинджи, Крамского, Васнецова, Верещагина и Репина, а также ледник Третьякова. Открыв и описав около 35 географических объектов, Борисов привез с собой более 250 этюдов, послуживших основой для монументальных полотен, продемонстрировавших миру величие Арктики.
Работа в экстремальных условиях
Самые суровые испытания ждали художника во время стошестидневного санного перехода на Карскую сторону Новой Земли. В своих воспоминаниях он подробно описал трудности, с которыми сталкивался живописец на Крайнем Севере. В очерке, опубликованном журналом "Нива" в 1902 году, он делился своими ощущениями: "Кисть трещит, ломается, коченеющие руки отказываются служить. Но рисуешь, весь охваченный одной жаждой занести на полотно эти причудливые, мрачные, полные своеобразной красоты картины нашего Крайнего Севера". Краски на морозе густели до состояния теста, скипидар кристаллизовался, а палитру засыпало снегом.
Борисов разработал особую технику письма, чтобы адаптироваться к суровым климатическим условиям. Он укорачивал кисти, делая щетину более жесткой, что позволяло наносить густую краску. Работа велась по принципу "алла прима", то есть этюд создавался за один сеанс. Художник заготавливал небольшие холсты и добавлял в краски смолы, сохранявшие пластичность даже при низких температурах. Несмотря на экстремальные условия, Борисов сумел сохранить высокое качество живописи, мастерски передавая сложнейшие световоздушные эффекты, тонкие цветовые переливы, фактуру снега и льда, а также гладь воды. Он считал, что "главная красота рефлексов — в тех необыкновенно нежных переливах тонов, которые только и можно сравнить с драгоценными камнями".
Васнецов, Репин и Рерих о Борисове
Александр Борисов занял особое место в истории русского и мирового искусства как пионер, который не только посетил Заполярье, но и сделал Арктику центральной темой своего творчества, работая в местах, где до него не бывал ни один художник. До Борисова Арктику изображали, опираясь на описания путешественников или с борта корабля, не высаживаясь на берег. Он же погрузился в этот суровый край, чтобы запечатлеть его с натуры. Современники-художники высоко ценили его вклад.
Виктор Васнецов, увидев этюды Борисова, отмечал: "Среди его этюдов, писанных при адских условиях, есть чрезвычайно талантливые, рисующие ярко-холодный ужас Севера, и могущие послужить прекрасным материалом для картин".
Илья Репин дал блестящую характеристику работам "русского Нансена", назвав их "превосходными и верными, как зеркало, картинками, строго нарисованные и необыкновенно правдиво написанные". Он подчеркивал любовь художника к "черной воде океана с белыми льдинами", свежесть и глубину северных тонов, а также мастерскую передачу "живой правды" северной природы.
Николай Рерих присоединился к этим оценкам, подчеркивая новаторство Борисова: "Ему удалось найти новый ручей, никем не затоптанный, на дне которого ничьих тюбиков красочных не валяется". Эта метафора точно отражает открытие Борисова – он первым из художников исследовал землю вечных льдов и создал подлинный образ Арктики.
Мировое Признание Художника Севера
В начале двадцатого столетия слава Александра Борисова вышла за пределы Российской империи. Его арктические пейзажи стали откровением для европейской публики, привыкшей к иным мотивам. Так началось то, что газеты окрестили «триумфальным шествием Борисова по Европе». Выставки художника с оглушительным успехом прошли в крупнейших городах: Вене, Праге, Берлине, Гамбурге, Дюссельдорфе и Кёльне.
Парижская экспозиция 1906 года имела колоссальный успех. Французы были покорены мощью и самобытностью картин Борисова. В знак признания его вклада в искусство и популяризацию полярных исследований, правительство Франции наградило художника орденом Почетного легиона. В 1907 году выставка переехала в Лондон, где состоялась знаковая встреча: легендарный полярник Фритьоф Нансен лично посетил вернисаж. Восхищенный тем, как тонко и поэтично Борисов передал дух Арктики, Нансен ходатайствовал о награждении художника. Правительства Швеции и Норвегии удостоили Борисова ордена Святого Олафа II степени, а британское правительство вручило ему орден Бани.
Именно в этот период за художником закрепилось прозвище «русский Нансен».
В 1908 году Борисов покорил и Америку. Его выставка в Вашингтоне, проходившая в Белом доме, прошла на высочайшем уровне. Александр Борисов стал первым русским живописцем, удостоенным личной аудиенции президента США Теодора Рузвельта.
Литературное Наследие
Александр Борисов проявил себя и как талантливый писатель, оставивший ценные свидетельства о жизни коренных народов Севера и своих экспедициях. Результатом его скрупулезной работы стали книги путевых очерков, основанные на дневниковых записях, сделанных в самых суровых условиях.
В 1907 году была опубликована книга «У самоедов. От Пинеги до Карского моря», ныне являющаяся библиографической редкостью. В ней Борисов с большой теплотой и детализацией описал быт, обычаи и верования ненцев (самоедов). Художник рассказывал о своем опыте жизни среди них во время экспедиции на Вайгач, о том, как смог завоевать доверие и даже получить доступ к священному капищу. Он отмечал уникальные особенности их культуры, например, отсутствие песен в привычном понимании: «Песен у самоедов нет; когда он едет на оленях, он часто просто мурлыкает на однообразный мотив свою импровизацию… мурлыкает о том, что у него есть жена, есть много собак и оленей…».
В 1909 году вышла вторая книга – «В стране холода и смерти», посвященная трагической, но героической экспедиции на Новую Землю. Борисов подробно описал драму с яхтой «Мечта», скитания по льдам и триумф преодоления. Чтобы сделать свои произведения доступными широкой публике, он устраивал народные чтения с использованием «волшебного фонаря» и своих теневых картин, знакомя простых людей с красотой полярного мира и обычаями северян.
Проекты развития Севера
Александр Борисов внес значительный вклад в идею музеефикации русского Севера. Он убежденно отстаивал необходимость сохранения и представления уникальной природы и культуры арктических регионов в государственных собраниях. Эту мысль он изложил в письме к П.П. Семенову-Тян-Шанскому, вице-председателю Русского географического общества.
Художник предложил создать специальный северный отдел в Русском музее, где были бы представлены не только произведения искусства, но и этнографические материалы, предметы быта коренных народов, образцы флоры и фауны, создавая целостную экспозицию о жизни за Полярным кругом. Эта инициатива, хотя и не была реализована в то время, привлекла внимание к необходимости изучения и сохранения культурного наследия Севера.
Борисов также являлся автором значимых научно-экономических проектов. В брошюрах «Великий Северо-Восточный путь» (1910) и «Обь-Мурманская железная дорога» (1915) он обосновывал перспективность строительства транспортной магистрали, соединяющей Сибирь с Европой. Он предложил создать непрерывный водный путь, соединив сибирские и северные реки каналами. Этот проект, одобренный и царским правительством, и Совнаркомом, был воплощен лишь спустя десятилетия. После революции он продолжал работать над развитием края, а в 1922 году основал курорт «Солониха», которым руководил до конца жизни.
Память
Последние годы жизни Александр Борисов провел в своем доме, расположенном неподалеку от Красноборска. Он пережил бурное время гражданской войны, революционных потрясений и смены эпох, оставаясь верным Русскому Северу. Несмотря на уговоры жены и приемной дочери эмигрировать в Берлин, художник категорически отказался покидать родную землю. В 1922 году, когда последние пароходы начали уходить за границу, он остался один в своем фамильном гнезде. Борисов продолжал творить, работая над новыми живописными полотнами, а также активно занимался развитием курорта «Солониха». Его жизненный путь завершился 17 августа 1934 года в его доме, и он нашел последний приют на местном кладбище.
При жизни Александра Борисова его творчество пользовалось значительным признанием, однако создать единое государственное собрание его работ так и не удалось. Павел Третьяков приобрел более полусотни его произведений, выделив для них отдельный зал в своей галерее. Однако в начале XX века руководство Третьяковской галереи сочло эту коллекцию избыточной, и монографический зал был упразднен. Попытка приобрести восемьдесят работ для Русского музея также оказалась безуспешной.
В 1930-е годы значительная часть этюдов из собрания Третьякова была передана в региональные музеи, охватывающие территорию от Мурманска до Владивостока, а некоторые полотна были утрачены во время Великой Отечественной войны. Личное собрание художника, хранившееся в его доме в Красноборске, также столкнулось с трудностями после революции. Тем не менее, со временем большая часть этого собрания была передана в Архангельский музей изобразительных искусств.
Сам Борисов с горечью отмечал, что его арктические пейзажи могли бы служить ценным пособием для моряков, изучающих ледовую обстановку. Он писал, что ни в одном государстве мира до сих пор не организовывались художественные экспедиции в полярные регионы, и не было ни одного художника, кто бы так полно и точно изобразил в своих картинах арктический лед.
Сегодня память об «художнике вечных льдов» бережно сохраняется. Его произведения представлены в ведущих музеях России: Третьяковской галерее, Русском музее, Музее Арктики и Антарктики, Вологодской картинной галерее и Ненецком краеведческом музее. В Красноборске, в его усадьбе, действует музей «Дом-усадьба художника А.А. Борисова». В Архангельске открыт Музей художественного освоения Арктики имени А.А. Борисова. Именем художника названы улицы в северных городах, а на карте Новой Земли, среди суровых льдов, которые он так любил, и по сей день существует полуостров Борисова.
Информация взята из открытых источников.
Ставьте реакции и пишите в комментариях, какая картина Борисова произвела на Вас неизгладимое впеатление!