Старая Ладога, Санкт-Петербург, Рускеала, Долина водопадов, Валаам - всё это осталось позади и навсегда поселилось в нашей памяти. Но Карелия - дама щедрая, и у неё в рукаве было припасено ещё немало козырей. Сегодня нас ждало путешествие к Ладожским шхерам - месту, которое на карте выглядит как чья-то небрежная россыпь изумрудных крошек по синему шёлку.
В порту Сортавалы мы дождались своего судна. Назвать эту посудину катером язык не поворачивался - она была немногим больше, но и до гордого звания «пароходик» явно не дотягивала. Этакий ручной «Титаник» местного разлива, но без айсбергов и с гарантированным возвращением. Мы погрузились в организованную группу туристов, и судёнышко, мягко урча мотором, взяло курс вдоль изрезанных бухт Ладожского озера.
Берег проплывал мимо, как декорации к дорогому историческому фильму. В одной из бухт, уютно устроившись среди сосен, показался загородный отель «Дача Винтера». Место с историей, достойной отдельного романа. Густав Винтер - финский хирург, доктор медицины и просто человек с золотыми руками — в начале XX века служил главным врачом Сортавальской больницы. Он сделал для карельского здравоохранения столько, что местные жители до сих пор вспоминают его с благоговением: открыл первую в Финляндии сельскую амбулаторию, внедрил передовые методы хирургии, боролся с туберкулёзом. А в свободное от спасения жизней время Густав построил себе дачу на скалистом берегу Ладоги - ту самую, что сейчас превращена в отель. Говорят, место для строительства он выбирал лично, забраковав десятки вариантов, пока не нашёл этот: с видом на озеро, в окружении скал и сосен. Врачебная интуиция не подвела - место оказалось целебным во всех смыслах.
Медленно оставляя «Дачу Винтера» позади, мы помахали Густаву рукой - мысленно, конечно, - и устремились к главной цели.
Ладожские шхеры - это геологическая поэма, написанная ледником. Представьте себе: около десяти тысяч лет назад огромный ледяной панцирь отступил и процарапал в граните узкие, вытянутые заливы, а между ними оставил сотни скалистых островков. Всего в Ладоге насчитывается около 650 шхер, и с воды они выглядят как спины гигантских каменных китов. Есть легенда, что шхеры - это осколки зеркала древней колдуньи, которая так засмотрелась в своё отражение, что уронила его и разбила о Ладогу. Другая легенда гласит, что по ночам между шхерами бродят духи древних саамов, охраняя эти места от дурного глаза. Не знаю, как насчёт духов, но энергетика здесь действительно особая - тихая, суровая и величественная.
Покружив между скалистыми островами, наша посудина мягко ткнулась носом в причал одной из шхер. Мы сошли на берег и отправились бродить по земле - или, точнее, по тому, что её олицетворяло на этом клочке суши: мхи, лишайники, редкие сосны, каким-то чудом держащиеся корнями за гранит. Подъём был недолгим, но энергичным, и вот мы уже на вершине. Перед нами распахнулось оно - Ладожское озеро. Его называют морем не ради красного словца: в длину оно более двухсот километров, глубина достигает двухсот тридцати метров, а про шторма местные рыбаки рассказывают такое, что учебники по навигации нервно курят в сторонке. Вода уходила за горизонт, сливаясь с небом в серо-голубой акварели, и только россыпь шхер напоминала, что это всё-таки озеро.
Мы сделали огромное количество фотографий - место было до неприличия инстаграмным, - но главное, что мы увезли с собой, это ощущение простора и покоя. Вдохновившись красотой природы, мы отправились в обратный путь. Наш Тоби уже скучал по нам в домике «Рауты» и, судя по всему, мысленно составлял список претензий к задержавшемуся ужину.
Впереди был крайний день пребывания на карельской земле - но не последний в нашем путешествии. Ведь впереди нас ещё ждал Великий Новгород. Но это уже совсем другая история.