«Украинский флаг, развевающийся над Севастополем, — единственный способ окончательно выбить имперский дух [из русских]».
Гарри Каспаров. Цитирую по гугл-поиску — нас почему-то тщательно оберегают от этого высказывания. То ли по скудоумию, то ли... надеюсь, что первое. В урезанном виде цитата дается в Дзене
Но красота сохраняется. Украинский флаг в любом случае должен «развеваться». А Каспаровы при этом — утирать глаза платочками. Ну так ведь? Когда флаг просто висит — это никого не колышет (в том числе, и сам флаг). А когда «развевается» — тут уже без платочка никак.
Но есть вопросы. А с чего это вдруг? Когда возникла эта безрассудная, чуть ли не материнская любовь еврейства к украинству? Точно не во времена Богдана Хмельницкого. Богдан Хмельницкий произвел на евреев неизгладимое впечатление — "С некоторых евреев сдирали кожу и бросали их собакам. Некоторым отрубали руки и ноги и бросали их на дорогу, где их растаптывали лошади и по ним проезжали повозки. Кому-то наносили раны и бросали на улицу умирать медленной смертью; они корчились в крови до последнего издыхания. Других хоронили заживо. Младенцев на руках у матерей разрубали на куски как рыбу. Беременным женщинам вспарывали животы, вынимали зародыши и бросали их женщинам в лицо. Другим женщинам во вспоротые животы засовывали живых кошек, после чего животы зашивали. А чтобы эти женщины не могли как-то избавиться от этих кошек, им отрубали руки. Детей пронзали пиками, поджаривали и заставляли их матерей их съесть. По телам еврейских детей ездили как по мостам..." Натан бен Мозес Ханновер, "Бездна отчаяния", глава 4.
Как-то не похоже это на признание влюбленного Ромео. Но может Богдан Хмельницкий просто попал под влияние плохих московских ребят? Ничуть. Описанные события происходили в 1648 году. А Переяславская рада имела место в 1654-м. 1648-й — это химически чистое украинство без каких-либо посторонних влияний. Если птицу выпустить из клетки, она полетит. А что будет делать украинец, если его не ограничивать? Тоже полетит. Вот, пожалуйста, украинец в полете
Почти триста лет прошло после богдановских развлечений. Львов, 1941-й. Если все естественное прекрасно, то этот украинец, реально парящий в воздухе, конечно прекрасен. Но там же что-то (или даже кто-то) есть и на переднем плане. И вообще это важный элемент композиции. Там, где пинают, неизбежно должен быть и пинаемый. Кто же это? Еврей-везунчик. Ну по крайней мере, на фотке. Не понимаете? А мы не знаем дальнейшей судьбы этого еврея. Львов, 1941-й... Не очень много евреев там физически уцелело. Кто-то умер быстро (тоже везение своего рода), а кто-то и не быстро. И Каспаров все равно Украину любит? Ну хорошо, запишем. В графу «не быстро». «Каспаров — не быстро».
Но конечно же, взбаламутить душевную безмятежность великого гроссмейстера у нас таким образом не получится. На самом деле (открою вам страшную тайну) мессира не очень-то заботит развеваемость украинского флага. Ну разве что в таком варианте
Ну да, это мы не знаем, а Каспаровы-то прекрасно знают, что в украинской элите украинцев — нет. Все свои. И между прочим, купаются в бабле. Да какое купаются. Сморкаются в бабло. Блюют в бабло. Подтираются баблом. Конечно, и Каспарову могут скинуть да хоть десяток вонючих бумажек. Вымазанных в крови его предков. Проблема еврейства (очень серьезная проблема) в том, что Каспаров (коллективный Каспаров) эти бумажки возьмет. Бумажки не пахнут — давно это стало лозунгом еврейства. И между прочим это вызов. Всему остальному человечеству. А Богдан Хмельницкий? Никуда он не делся. Он просто ждет своего часа. Чтобы высунуть свою усатую морду: «А вы думали, что с этими можно как-то по-другому? Всегда знал, что погубят они Украину. Вот они и губят». Уйди, Богдан, просто уйди. Не знаю что тебе ответить. Просто заткну уши.