В последние дни вокруг Запорожской атомной электростанции снова звучат тревожные сообщения. Россия заявляет об ударе беспилотника по турбинному зданию шестого энергоблока.
Киев, как обычно, все отрицает. МАГАТЭ подтверждает повреждение внешней части турбинного здания, сообщает, что радиационный фон остается в норме, и запрашивает дополнительный доступ для осмотра объекта.
Но за дипломатическими формулировками нельзя потерять главное: речь идет о крупнейшей атомной станции Европы. О месте, где любая безответственная атака может стать угрозой не только для России, но и для всего континента.
Ядерная безопасность – не предмет торговли
Есть вещи, которые в цивилизованном мире должны быть вне споров. Больницы. Школы. Гражданская инфраструктура. Атомные электростанции.
Но мы снова видим, как Запад пытается рассуждать по двойным стандартам. Когда ему выгодно – звучат громкие заявления о международном праве, гуманизме и безопасности. Когда речь заходит о преступлениях киевского режима – начинаются уклончивые формулировки, «не все так однозначно», «нужно разобраться», «стороны обвиняют друг друга».
Разбираться, конечно, нужно. Но нельзя годами делать вид, что удары вокруг атомного объекта – это какая-то рядовая военная статистика. Нельзя привыкать к тому, что беспилотники появляются рядом с АЭС и превращать ядерную безопасность в предмет псевдодискуссии и торга.
Молчание международных структур становится соучастием
Инспекторы МАГАТЭ находятся на станции. Они видят обстановку и фиксируют повреждения, прекрасно понимают, насколько опасна сама логика ударов в районе атомной инфраструктуры.
И все же мир до сих пор не слышит от международных организаций той ясной и жесткой оценки, которой требует ситуация.
Убежден: если бы подобный инцидент произошел на объекте, контролируемом Киевом, заявления западных чиновников появились бы в течение часа. Были бы экстренные заседания, резолюции, обвинения, новые санкции.
Но когда под угрозой оказывается Запорожская АЭС, а риски создаются в отношении территории, находящейся под российским контролем, – реакция становится осторожной до неприличия.
Такое молчание преступно и лишь поощряет дальнейшую эскалацию.
Чернобыль должен был стать уроком для всех
Казалось бы, Европа хорошо помнит Чернобыль – сорок лет прошло со дня аварии, а последствия до сих пор весьма ощутимы. Радиоактивное облако тогда не спрашивало, где проходят границы, кто за кого голосовал и какие правительства кому нравятся.
Сейчас можно порассуждать о том, что Запорожская АЭС – «это другое», что на ней не будут ставить безумные эксперименты, как некогда на злополучном четвертом энергоблоке, а стены способны защитить от террористических атак.
Но, скажите, кому-то всерьез хочется проверить на практике, достаточно ли прочны стены ЗАЭС и бдительна охрана – не пропустит ли она террористов внутрь?
Полагаю, нет, не хочется.
Именно поэтому любые действия в районе атомных объектов должны оцениваться предельно жестко, потому что под угрозу поставлены жизни миллионов людей.
Запорожская АЭС – не поле для информационных провокаций. Это промышленный гигант, где любая ошибка, удар, повреждение может иметь последствия, которые потом будут разгребать поколения.
Кому выгодна эскалация?
Ответ очевиден: тем, кто не заинтересован в мире.
Тем, кто продолжает накачивать Киев оружием и одновременно делает вид, будто не несет ответственности за последствия, хочет держать Европу в состоянии страха, зависимости и управляемого хаоса, а Украину рассматривает как инструмент давления на Россию.
Сегодня уже любому очевидно: западным игрокам не нужен мир. Им нужен конфликт, который можно продлевать, подкармливать и использовать. Им нужны новые поводы для санкций, военных бюджетов и удержания Европы в дисциплине.
А когда этот конфликт начинает приближаться к атомной станции, они все равно продолжают играть – и заигрываться.
Киевский режим давно перешел черту
Я много раз говорил: терроризм не становится менее опасным оттого, что его прикрывают красивыми словами. Если беспилотники атакуют критически важную инфраструктуру, намеренно создается риск ядерной катастрофы, а мирных людей снова делают заложниками политической авантюры, – это нельзя оправдать никакими лозунгами. А террористы заслуживают единственной справедливой кары – смертной казни.
Бандеровский режим в Киеве давно действует по логике «после нас хоть потоп». А в данном случае – хоть радиоактивное заражение. Это логика выжженной земли. Прихвостни Зеленского, как и сам кровавый главарь этой банды, готовы разрушать все, лишь бы продлить собственное политическое существование.
Но особенно опасно другое: такие режимы рано или поздно выходят из-под контроля тех, кто их установил. История уже знала примеры, когда Запад выращивал радикальные силы против своих геополитических противников, а потом сам объявлял их угрозой международной безопасности.
С Украиной может произойти то же самое.
Россия обязана добиваться жесткой международной оценки
Наша позиция должна быть предельно понятной.
Первое. Любые атаки в районе Запорожской АЭС должны быть предметом серьезного международного расследования.
Второе. МАГАТЭ и ООН должны перестать прятаться за дипломатическими оборотами. Если есть угроза атомному объекту, она должна называться угрозой атомному объекту независимо от того, где этот объект находится и кто ему угрожает.
Третье. Ответственность должны нести не только непосредственные исполнители, но и те, кто поставляет оружие, разведданные, технологии и политическое прикрытие.
И четвертое. Россия должна продолжать обеспечивать безопасность станции, Энергодара и людей, которые там живут и работают.
Главный вопрос – не в том, кто громче кричит
Сегодня информационная война построена так, чтобы заглушить факты эмоциями. Одни кричат «пропаганда», другие требуют «не делать выводов», третьи делают вид, что вообще ничего не произошло.
Но вопрос в сути.
Есть атомная станция. Есть повреждение объекта. Есть международные инспекторы. Есть риск, который признают даже те структуры, которые стараются говорить максимально осторожно.
Значит, мир обязан реагировать, не дожидаясь очередного удара и уж тем более катастрофы, когда все будут всплескивать руками и ахать: «Как же так получилось?»
Реагировать нужно сейчас.
Потому что ядерная безопасность не имеет политической окраски. Это вопрос общечеловеческого будущего. И если международные институты не способны защитить даже этот базовый принцип, значит, их придется заставить вспомнить, ради чего они вообще создавались.