Почему именно формулировка вопросов, а не выбор эксперта
Когда возникает спор о качестве товара, стороны, как правило, сосредотачиваются на выборе экспертной организации. Репутация, аккредитация, опыт эксперта — всё это важно. Но в судебной практике Москвы и Санкт-Петербурга за последние годы отчётливо сложился другой «узкий» момент: не кто проводит экспертизу, а какие именно вопросы перед ней поставлены.
Плохо сформулированный вопрос — и заключение авторитетного эксперта превращается в бесполезный документ. Или хуже: суд трактует размытый вывод против той стороны, которая экспертизу и инициировала.
Эту ошибку совершают и потребители, и продавцы, и иногда сами судьи. Разберём, как именно она выглядит, к чему приводит и как её избежать.
Правовая природа вопроса эксперту
Товароведческая экспертиза в спорах о качестве товара назначается по правилам ст. 79–80 ГПК РФ (в делах судов общей юрисдикции) или ст. 82–83 АПК РФ (в арбитраже). ФЗ-73 «О государственной судебно-экспертной деятельности» устанавливает, что эксперт даёт заключение в пределах своей специальности и отвечает только на вопросы факта, но не права.
Это ключевое разграничение. Эксперт-товаровед устанавливает свойства и состояние товара — он не квалифицирует нарушения, не определяет вину и не делает правовых выводов о том, кто должен нести ответственность.
На практике же суды регулярно сталкиваются с вопросами вроде:
- «Нарушены ли права потребителя?»
- «Виновен ли продавец в возникновении дефекта?»
- «Подлежит ли товар возврату?»
Эксперт либо отказывается отвечать на такой вопрос (и правильно делает), либо — что хуже — даёт ответ в правовых терминах, который суд затем не может использовать без оговорок. В обоих случаях ценность заключения падает.
Что именно идёт не так: разбор типичного сценария
Представим типовую ситуацию: потребитель купил дорогостоящий бытовой прибор, через три месяца перестал работать нагревательный элемент. Продавец отказывает в возврате, ссылаясь на неправильную эксплуатацию. Дело попадает в суд.
Сторона потребителя ходатайствует о назначении товароведческой экспертизы. В числе предложенных вопросов — «Имеется ли в товаре производственный брак?» и «Является ли дефект следствием нарушения потребителем правил эксплуатации?». Оба вопроса, на первый взгляд, технические. Но первый слишком широк: «производственный брак» — это юридический ярлык, который суд навешивает сам на основании установленных фактов. Эксперту же нужно поставить вопрос иначе.
Правильная редакция: «Возникло ли повреждение нагревательного элемента в результате нарушения технологии производства или используемых материалов, либо оно является следствием механического воздействия, нарушения режимов эксплуатации, указанных в инструкции?»
Разница существенная. Первый вариант предлагает эксперту дать правовую оценку. Второй — описать факты, из которых суд сделает правовой вывод самостоятельно.
Если вопрос поставлен некорректно, возможны два неприятных исхода. Либо эксперт ответит уклончиво — «дефект носит производственный характер» без конкретики — и суд не поймёт, на каком основании сделан такой вывод. Либо эксперт перейдёт в правовую плоскость, и суд будет вынужден указать, что «вопрос о вине — не предмет экспертного исследования», фактически обесценив заключение.
Последствия ошибки для каждой из сторон
Для потребителя ошибка в вопросах может означать отказ в иске даже при наличии реального производственного дефекта. Если заключение не отвечает чётко на вопрос о природе дефекта, суд вправе прийти к выводу, что истец не доказал свою позицию. По нашей практике, именно такие дела чаще всего уходят на повторную экспертизу — с потерей времени и денег.
Для продавца ситуация зеркальная: если он не участвовал в формировании вопросов и экспертиза прошла «по умолчанию», размытый вывод эксперта суд нередко трактует в пользу потребителя — просто потому что продавец ничего не опроверг.
Показательна позиция Верховного суда по делу А56-4294/2024 (Определение ВС РФ от 19.12.2025 № 307-ЭС25-7553): суды нижестоящих инстанций получили отмену в том числе за то, что не обеспечили надлежащего использования специальных знаний — ни через назначение экспертизы, ни через анализ заключения специалиста. ВС прямо указал: если спор зависит от специальных знаний, суд обязан либо назначить экспертизу, либо мотивированно оценить уже представленные заключения. Игнорирование ведёт к отмене.
Это означает, что пассивное отношение к экспертизе — не нейтральная позиция. Это риск.
Вопросы о стоимости: отдельная зона ошибок
В спорах, где речь идёт не только о дефекте, но и о компенсации — уменьшении цены, возврате с учётом износа, взыскании убытков за утраченный товар — часто возникает необходимость оценочного вопроса: какова рыночная стоимость товара с учётом его состояния и степени износа?
Здесь другая типичная ошибка: стороны либо вовсе не включают этот вопрос (и суд потом самостоятельно, без экспертной поддержки, пытается оценить стоимость), либо формулируют его слишком широко — «какова стоимость товара?» — без указания на дату оценки, состояние, методологию.
По делу А56-78229/2022 (решение от 17.07.2025) суд смог обойтись без экспертизы именно потому, что стороны представили непротиворечивые расчёты с документальным подтверждением. Когда такой консенсус отсутствует, а вопрос о стоимости поставлен расплывчато, заключение рискует оказаться неприменимым — эксперт даст «вилку» цен, и суд окажется в ситуации произвольного выбора.
Правильная формулировка в таких случаях: «Какова рыночная стоимость товара [наименование, характеристики] на дату [указать] с учётом его фактического технического состояния и степени износа, установленных при осмотре?»
Как правильно готовить вопросы: рабочая логика
Практика, в том числе сложившаяся при производстве товароведческих экспертиз по методике Института Технологических Стандартов (JBSI), исходит из простого принципа: каждый вопрос эксперту должен предполагать ответ в форме факта, а не оценки. Проверочный тест — можно ли на этот вопрос ответить словами «да/нет» с конкретным техническим обоснованием, либо числом, либо описанием характеристики?
Перед тем как подать ходатайство о назначении экспертизы, стоит пройтись по каждому вопросу:
- Нет ли в нём правовых терминов («нарушение», «ответственность», «вина»)?
- Конкретизирован ли объект исследования — не просто «товар», а с указанием модели, серийного номера, даты приобретения?
- Указана ли дата, на которую нужно установить те или иные характеристики (особенно важно для оценочных вопросов)?
- Не перекрывается ли вопрос с другим — то есть не задаёт ли эксперту одно и то же дважды разными словами?
Если сторона не уверена в формулировках, лучшее решение — заранее проконсультироваться с профильной экспертной организацией или заказать досудебное товароведческое исследование в JBSI, которое одновременно станет доказательством и образцом корректных вопросов для суда.
Что делать, если заключение уже получено и оно «размытое»
Если экспертиза уже проведена, а заключение не даёт чётких ответов — это не тупик, но требует активных действий.
Первый инструмент — ходатайство о дополнительной экспертизе по ст. 87 ГПК РФ (ст. 87 АПК РФ), если заключение неполно или выводы неясны. Второй — заключение специалиста как альтернативный источник: Верховный суд последовательно подтверждает, что заключение, подготовленное по инициативе стороны, не является ненадлежащим доказательством только по этому основанию. Если оппонент хочет его опровергнуть — он должен представить контрзаключение или добиваться судебной экспертизы, а не просто заявлять о «заказном характере».
Одновременно стоит помнить: нотариальная фиксация состояния товара и нотариальная экспертиза, проведённая до суда, в московской и петербургской практике всё активнее используются как превентивный инструмент — особенно в спорах по дорогостоящим товарам. Если состояние товара зафиксировано нотариально до передачи или сразу после возврата, у суда появляется точка отсчёта, не зависящая ни от одной из сторон.
Подписывайтесь на канал JBSI, где мы разбираем экспертные ошибки на конкретных делах — в формате без воды и с практическими выводами.
Короткий итог
Товароведческая экспертиза в споре о качестве товара — мощный инструмент, но только при условии, что вопросы поставлены корректно. Правовые формулировки, размытые категории, отсутствие конкретики по объекту и дате — всё это делает даже качественно проведённое исследование уязвимым.
Проверьте вопросы до подачи ходатайства. Убедитесь, что каждый из них требует ответа о факте, а не о праве. И если дело сложное — не пренебрегайте досудебным заключением: оно задаёт стандарт для всей последующей дискуссии в суде.