«Картинки с выставки» Мусоргского: послушайте сегодня

В целом это была музыкальная картина прогулки из одного зала галереи в другой. Он назвал сюиту «Картинки с выставки». Это уникальное произведение, входящее в фортепианный репертуар, не похоже ни на что другое, когда-либо написанное для фортепиано. Будучи вундеркиндом-пианистом в юности, Мусоргский не стал профессиональным музыкантом. Вместо этого он посвятил свою жизнь исключительно сочинению музыки, работая государственным служащим. Создавая «Картинки с выставки», Мусоргский словно переосмыслил фортепиано как инструмент. Хотя привычный для него словарь гамм и арпеджио присутствует, он использовал его огромный диапазон. Включены меняющиеся тембры бесчисленных регистров клавиатуры и текстурные контрасты хрупкой, перкуссионной артикуляции вместо продолжительных, хоровых созвучий. При этом Мусоргский часто пренебрегал традиционными правилами. В этой сюите примеры для музыкально образованных слушателей включают такие «нарушения», как параллельные квинты и неразрешённые диссонансы. Посвящение другу Другом Мусоргского был художник и архитектор Виктор Гартман (1834–1873), видная фигура в русском искусстве. Внезапная смерть Гартмана в августе 1873 года в возрасте всего 39 лет побудила Императорскую академию художеств в Санкт-Петербурге организовать мемориальную выставку более чем 400 его работ с февраля по март 1874 года. Мусоргский выбрал 10 произведений с выставки для переложения на музыку, некоторые из них впоследствии были утеряны. Он создал партитуру очень быстро, всего за три недели июня 1874 года, но она не была опубликована и не исполнялась при жизни композитора. «Картинки с выставки» постепенно стали известны после их публикации в 1886 году после его смерти. К началу XX века произведение вошло в репертуар и привлекло внимание оркестровщиков, которые взялись за аранжировку оригиналов Мусоргского для симфонических оркестров. Самым успешным из последних был француз Морис Равель, чья аранжировка 1922 года настолько широко исполняется, что некоторые слушатели ошибочно считают, что он сам написал сюиту. На самом деле он переработал её для деревянных духовых, медных, струнных и ударных инструментов. Ниже представлен разбор частей сюиты. 10 частей Променад I. Зритель входит в залы Академии, и ему обещают увидеть множество благородных и удивительных произведений. Первая композиция: «Гном». В ней чередуются быстрые музыкальные всплески в темпе Vivo (очень быстро) с «песанте» (тяжеловесно, медленно). Променад II. Переход в новую галерею. Музыка для прогулок стала более интроспективной. Вторая композиция: «Старый замок» (Il Vecchio castello), величественный и безмятежный. Променад III. Целеустремлённый зритель идёт вперёд. Здесь ещё много чего можно увидеть! Третья композиция: «Тюильри, ссора детей после игры». Название отсылает к саду Тюильри в Париже. Четвёртая композиция: «Скот». Соль-диез минор. В письме Стасову Мусоргский назвал эту пьесу «Сандомирский скот». Пьеса изображает, по примечанию Стасова, польскую телегу на огромных колёсах, запряжённую волами. Променад IV. Это медленная, меланхоличная вариация. Пятая композиция: «Балет невылупившихся птенцов». На картине изображён эскиз костюма, созданный Гартманом для балета. Это лёгкое и весёлое скерцино («шутка»), комичный и чуть беспорядочный танец птенчиков, построенный по классическим правилам. Шестая композиция: «Самуэль Гольденберг» и «Шмуйле»(«Два еврея, богатый и бедный»). Мусоргский не только объединил два портрета в один, но и заставил этих персонажей говорить между собой, раскрывая их характеры. Променад V. Последняя прогулка ведёт нас в большой зал. Седьмая композиция: «Рынок в Лиможе». Известно, что Гартман жил в Лиможе и изучал местную архитектуру. Восьмая часть: «Катакомбы. Римская гробница». Си минор. На картине Гартман изобразил себя, В. А. Кенеля и проводника с фонарём в руке в римских катакомбах в Париже. Жутковатая атмосфера побудила Мусоргского посвятить картине вторую часть под названием «С мёртвыми на мёртвом языке». Девятая часть: «Избушка на курьих ножках» (Баба-Яга). У Гартмана был эскиз изящных бронзовых часов в виде избушки на курьих ножках. Однако фантазия Мусоргского изобразила совершенно другое — мощный динамичный образ Бабы-Яги. Десятая часть: «Богатырские ворота». Во стольном городе во Киеве. Ми-бемоль мажор. Финальная часть цикла основана на эскизе Гартмана к его архитектурному проекту киевских городских ворот. «Картинки с выставки» — это не то, что стоит слушать один или два раза. Особая виртуозность исполнения и глубокая выразительность этой сюиты заставят вас возвращаться к ней снова и снова.