---------------------

Часть 4. Сила Корней

Глава 1. Ковчег на пепелище

Новый год разросшийся Речной Посёлок отмечал с истинно сибирским размахом, ничуть не уступающим столичным мегаполисам. Небо над уральской урмой без умолку расцветало свистящими каскадами фейерверков, улицы утопали в неоновом кружеве гирлянд, а на площади перед янтарно сияющим витринами «Сельпо» кипели массовые народные гуляния. В этой праздничной кутерьме кибер-деревня явила всю свою технологическую стать: повсюду снурули, подмигивая разноцветными огоньками, юркие дроиды-доставщики Валентины, а над заснеженными ПГТ-шными коттеджами вовсю гремели аттракционы на расплодившихся «драконах» всех мыслимых марок и мастей, катающих визжащую от восторга детвору. Мужики с приисков и лесорубы, распробовав в праздничные дни первую официальную партию знаменитого «Эля Уральского Таёжного», дружно признали, что под такой нектар никакая цифровая Навь в умы не просочится.

Валентина времени зря не теряла и в самый разгар новогодней ночи выдала своему помолодевшему Пасечнику царский подарок. Прямо под звон бокалов она вручила ему оплаченный заказ на огромный сборный бревенчатый дом из кедра зимней заготовки. Пасечник, разглядывая чертежи, только крякнул и хитро подмигнул Борисычу — в проектных обводах будущего жилья уже сейчас чётко угадывалась монументальная, рубленная копия хозяйского Особняка. Валя обустраивала новый семейный узел консорциума с размахом истинной Хранительницы.

Зима пролетела в плотных, легальных заботах маркетплейсов, и к Масленице, когда Седой Урал окутало первое предвесеннее марево, пришло время строительного штурма. Гул тяжёлой авиации разорвал морозный воздух над хребтом — вереница вертолётов, бережно удерживая на подвесах массивные контейнеры со сборным «домом», один за другим десантировала груз на расчищенную площадку у Пасеки.

Вслед за бортами на кордон прибыли привлечённые специалисты и плотницкие артели из самого Посёлка. Мужики, подкреплённые всеми имеющимися в наличии дроидами для переноски тяжёлых кедровых брёвен, с места в карьер принялись за сборку хором. Работа спорилась: на месте недавнего пепелища стремительно, венец за венцом, вырастал новый дом ...

Пасечник, расхаживая по строительной площадке в новеньком бомбере и ревностно поглядывая на укладку брёвен, то и дело прикладывал руку к карману куртки. Там, надёжно укрытый от мёртвых глаз Нави, в шкатулке чёрного дерева тихо пульсировал Живой Кристалл Эфира. Контур Хранителей Урала возвращал своё законное гнездо, и в воздухе над Пасекой уже явственно пахло озоном, смолой и Живым Словом грядущего великого изыскания.

После обнаружения провала планы плотников пришлось корректировать на ходу. По совету Борисыча каменную кладку фундамента решили поднять повыше, образовав под домом просторную цокольную полость. Сам провал, уходящий вглубь гранитных пластов, обрамили надёжным, мощным косяком и запечатали тяжёлой дверью, вытесанной из цельного куска кедра, чтобы таёжный сквозняк не выстуживал жилые комнаты.

Возведение нового особнячка на полтора этажа закончилось аккурат к моменту, когда мартовское солнце начало по-настоящему прогревать уральские склоны. Строители завершили работу застеклением — дом щеголял современными энергосберегающими стеклопакетами и огромными окнами «в пол», выходившими на заснеженные вершины. Внутри сложили каменную печь - камин, но сам особнячок пока оставался абсолютно пуст от мебели, сохраняя гулкое эхо в просторных комнатах.

Генка, времени зря не теряя, всё-таки выцыганил себе под «мастерскую» просторный угол в цокольной полости. Дроид вовсю планировал переместить туда блок КМР-01 с ульями боевых шмелей, как только плотники покинут кордон.

Все эти два месяца, пока шло возведение дома, Genn-X большей частью времени находился в Особняке Борисыча, ведя пассивный мониторинг ивдельского бетонного узла Palantir. Но устоять перед соблазном он не мог и регулярно устраивал стремительные набеги на строительную площадку Пасеки — просто «поглазеть» на прогресс, а заодно качественно свернуть кровь и нанятым поселковым строителям, и самому Пасечнику своими зумерскими лингвистическими изысками.

— Помилуйте, дядя, но сия укладка углового венца наносит моему эстетическому софту непоправимый кринж! — верещал Генка, прыгая кевларовыми лапами по штабелям кедра под суровые маты плотников. — Мужики, отставим пассивный вайб, ровняем брёвна по фэншую, а то Валя приедет и устроит вам тотальный дефенс!

Пасечник только отмахивался от баламута , но в глубине души радовался — Контур оживал, новое гнездо Пастухов стояло прочно, а запечатанный кедровой дверью провал в цоколе ждал своего часа...