Девушку звали Джоди. Она работала в прачечной три года. Стирала чужие простыни и находила в карманах монеты, засохшие жвачки и записки с признаниями, которые никто никогда не отправлял.
Однажды она увидела объявление: «Отель на острове у западного побережья Ирландии ищет смотрителя. Ни души вокруг. Тишина. Зарплата высокая».
Джоди отправила заявку. Через месяц её пригласили на собеседование. Оно длилось пять минут. «Вам не страшно одной?» — спросил мужчина в очках.
«Я всю жизнь одна», — сказала Джоди.
Она не соврала. Мать умерла, когда ей было двенадцать. Отец уехал в Австралию с новой женой и перестал отвечать на письма. Друзей у Джоди не было. Только кошка по кличке Тоска. Тоска спала двадцать два часа в сутки и идеально подходила своей хозяйке.
Отель стоял на скале. Высокой, чёрной, с которой в шторм срывало куски породы. Здание было построено в 1847 году. Тогда его использовали как карантинную станцию для больных тифом. Потом переделали в гостиницу для охотников на тюленей. Потом забросили.
Джоди приехала на остров в октябре. Ветра срывали с головы капюшон. Тоска орала в переноске. Дождь был не вертикальным, а горизонтальным.
Она открыла дверь ключом, который весил как небольшой молот. Внутри пахло пылью, солью и чем-то сладковатым, похожим на гниющие яблоки.
Джоди включила фонарик. Электричество не работало. Она обошла первый этаж: холл с камином, кухня с чугунной плитой, комната для прислуги с продавленным диваном. На диване кто-то сидел.
Джоди замерла.
Потом подошла ближе. Это было чучело лисы. В старой шляпе. С моноклем на одном глазу. Рядом на полу валялась записка: «Береги её. Она единственная, кто охраняет дверь в подвал».
Джоди не знала, что за дверь. Она вообще не знала, что в отеле есть подвал.
Первую ночь она не спала. Сидела на кухне с молотком в руках. Тоска дремала на плите. Ветер выл в трубах так, будто кто-то пытался пролезть внутрь.
В два часа ночи кто-то постучал в дверь. Три удара. Пауза. Ещё три.
Джоди не открыла. Она взяла молоток, подошла к двери и спросила: «Кто там?»
Никто не ответил.
Она заглянула в глазок. Никого.
На следующее утро она вышла на крыльцо и нашла на ступеньках ракушку. Обычную, бело-розовую. На внутренней стороне было выцарапано слово: «Спасибо».
Я прочитала это место и отложила книгу. Потому что поняла: автор не будет объяснять ничего прямо. Ни кто стучал. Ни почему лиса в шляпе. Ни что в подвале.
Отель оказался не просто заброшенным зданием. У него была память. Стены помнили каждую смерть. Каждого тифозного больного, которого привозили на остров и оставляли умирать. Каждого охотника, который не вернулся из моря. Каждую женщину, которая смотрела в окно и ждала корабль, который так и не пришёл.
Джоди начала слышать шаги по ночам. Не на первом этаже. На втором. Потом на третьем. Потом на чердаке, куда она не решалась заходить даже днём.
Она оставила на лестнице хлеб и соль. По старой ирландской традиции. На утро хлеба не было. Соль рассыпана по ступеням.
Тоска перестала спать. Она сидела на подоконнике и смотрела в одну точку на полу в холле. Иногда шипела. Джоди смотрела туда же. Ничего не видела.
В одну из ночей она решилась спуститься в подвал. Нашла дверь за чучелом лисы. На двери была табличка: «Не открывать до Рождества».
На часах было 3 ноября.
Джоди открыла.
Я не скажу, что она там увидела. Скажу только, что после этого она звонила в полицию трижды. Полиция приезжала, осматривала отель и уезжала. В рапортах писали: «Ничего подозрительного не обнаружено».
Джоди знала, что это неправда.
Она продержалась на острове три месяца. Потом написала заявление об уходе. Мужчина в очках позвонил ей и сказал: «Вы первая, кто продержался так долго. Предыдущая смотрительница уехала на третий день. И не забрала свои вещи».
Джоди спросила: «А где её вещи?»
Мужчина помолчал. Потом сказал: «Они в подвале. Вы же их видели».
Я закрыла книгу и включила свет во всей квартире. Просто потому что могла. И подумала: некоторые двери лучше не открывать. Не потому что страшно. Потому что после того, что там увидишь, уже не захочется жить как раньше.
А Джоди захотела. Она уехала с острова на пароме в шторм. Тоска сидела у неё на коленях и впервые за три месяца заснула. Джоди смотрела на удаляющийся отель и думала: «Я не знаю, что я там видела. Но оно меня не тронуло. Потому что я не боялась. А может, потому что оно узнало во мне своё».
Финальную фразу книги я запомнила дословно: «В этом доме каждый угол помнит, что значит быть одиноким. Но никто не помнит, что значит быть счастливым. Потому что счастливые сюда никогда не приезжали».
Ваш ход: вы бы остались в отеле до Рождества?
Я бы не открыла ту дверь. И умерла бы от любопытства. Что хуже — не знаю.
Что скрывал подвал и почему лиса носила шляпу с моноклем? Узнаете сами. Книга Кэтрин Хьюз «Отель одиноких сердец».
Подпишитесь на канал «Вот это поворот». И поставьте лайк, пожалуйста.