Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Теодор Булкин

Истории реальной жизни, не для рассказов ночью

Лето только началось, а счастливые люди уже ехали к морю. Сотни детей с мамами и бабушками, с родителями, или с тренерами или учителями в группах, встречали летние каникулы в дороге к Черному морю. Поезд из Сибири в Адлер увозил отпускников и детишек на юг – к морю, солнцу, фруктам, каникулам, отдыху и веселью. Навстречу этому поезду в Новосибирск мчался встречный поезд из Адлера для того, чтобы забрать очередную партию сибиряков-отдыхающих и отвезти их в счастливое лето. На одном из перегонов железной дороги эти поезда встречались на миг и мчались дальше по своим маршрутам. В месте встречи поездов не было стрелок или пересечения путей, не было мостов, туннелей, крутых поворотов или спусков. Обычная низинка в тайге, по которой проходили две железнодорожные колеи. Неподалеку от этого места вдоль железной дороги проходил трубопровод для перекачки нефтепродуктов. В те времена по этой трубе качали не только бензин, но и газ. По неизвестной причине в стенке трубы появилась узкая трещина, че

Трещина в трубе, или два встречных поезда, идущих в ад

Лето только началось, а счастливые люди уже ехали к морю. Сотни детей с мамами и бабушками, с родителями, или с тренерами или учителями в группах, встречали летние каникулы в дороге к Черному морю. Поезд из Сибири в Адлер увозил отпускников и детишек на юг – к морю, солнцу, фруктам, каникулам, отдыху и веселью.

Навстречу этому поезду в Новосибирск мчался встречный поезд из Адлера для того, чтобы забрать очередную партию сибиряков-отдыхающих и отвезти их в счастливое лето.

На одном из перегонов железной дороги эти поезда встречались на миг и мчались дальше по своим маршрутам. В месте встречи поездов не было стрелок или пересечения путей, не было мостов, туннелей, крутых поворотов или спусков. Обычная низинка в тайге, по которой проходили две железнодорожные колеи.

Неподалеку от этого места вдоль железной дороги проходил трубопровод для перекачки нефтепродуктов. В те времена по этой трубе качали не только бензин, но и газ. По неизвестной причине в стенке трубы появилась узкая трещина, через которую и выходил перекачиваемый газ.

Газ был плотным, горючим, тяжелее воздуха. Поэтому он не улетал в небо, не сильно развеивался ветром, а струился над землей, растекаясь все дальше и дальше, заполняя ямки, канавы, низины.

Проезжающие в тех местах поездные бригады чувствовали запах газа, сообщали об этом своему руководству. Но ничего серьезного не происходило, поэтому никто ничего не делал. В низинке над железнодорожными путями образовалось невидимое озеро тяжелого горючего газа.

В час ночи по местному времени 4 июня 1989 года два поезда - № 211 «Новосибирск — Адлер» и № 212 «Адлер — Новосибирск» встретились в этой низине. 1370 человек, в том числе 383 ребенка въехали в зону объемного взрыва мощностью около трехсот тонн тротила.

А дальше начинается страшная история.

В этих поездах больше всего повезло тем, кто находился в эпицентре взрыва, в тех одиннадцати вагонах, сдавленных и сплющенных взрывной волной, сброшенных с рельсов огненным валом.

Эти люди погибали мгновенно, даже не проснувшись, ничего не почувствовав, не поняв и не увидев. Возможно, те, кто не спал в это время в тех вагонах, кто смотрел в темное окно, успевали увидеть расширившимися глазами невероятную вспышку, стремительно приближающуюся к вагонам. И за те миллисекунды, пока зрачки еще не успевали рефлекторно сжаться от яркого внезапного цвета пламени, огненная взрывная волна выносила стекла вагонов, прошивая стеклянной шрапнелью зрачки, мозг, черепные коробки неспящих свидетелей… А потом в вагоны врывалось пламя, моментально убивающее людей температурой до тысячи градусов и давлением, прорывающимся в грудные клетки и взрывающее легкие изнутри. Погибших на месте оказалось 258 человек.

Оставшимся в живых после взрыва было гораздо страшнее – они горели заживо. 317 человек умерли в больницах от травм и ожогов. 623 человека стали инвалидами.

Начавшееся лето 1989 года оказалось последним для 181 ребенка.