Режиссер Антон Маслов, снявший сериал "Последний богатырь. Наследие" и фильм "Поехавшая", в интервью ТАСС рассказал о спин-оффе "Последний богатырь. Колобок", спортивной драме "Учитель фехтования", отношении к ремейкам, роли искусственного интеллекта в кино и перспективах российского кинематографа. Также он объяснил, почему считает главным дефицитом отрасли не сценаристов, а хорошие истории
— 13 августа в прокат выходит фильм "Последний богатырь. Колобок". Почему именно Колобок получил отдельную историю?
— Во-первых, он очень смешной. Во-вторых, это один из самых ярких персонажей франшизы. Когда мы показывали зрителям первые серии "Последнего богатыря. Наследие", каждый раз, когда на экране появлялся Колобок, зал начинал смеяться. Мне кажется, это очень хороший показатель зрительской любви.
Кроме того, новая картина будет не просто сказкой. Мы уже немного выходим за рамки привычного жанра, начинаем иронизировать над сказочными законами, над самими персонажами. Получилась довольно острая комедийная история, но при этом она остается семейной и рассчитанной в том числе на детскую аудиторию.
— Колобка вновь озвучил Гарик Харламов. Как работалось с ним?
— Гарик — один из главных комедийных артистов нашего времени. Про него можно услышать разные истории, но все это перестает иметь значение в тот момент, когда он начинает работать. Он невероятно смешной, очень обаятельный и обладает редким качеством — нравится одновременно детям и взрослым. Вообще хороших актеров дубляжа не так много. Озвучивать персонажа по-настоящему сложно: нужно правильно чувствовать ритм, интонацию, юмор. Есть артисты, которые буквально на месте рождают шутки. Харламов относится именно к таким людям.
— На съемках были сложные или запоминающиеся моменты?
— Один из самых непростых дней был на Алтае. Мы нашли потрясающую локацию высоко в горах, но добраться до нее было очень сложно. Всю ночь шел дождь, было холодно, техника работала с перебоями. Условия были максимально спартанскими: одна тепловая пушка на всю группу, проблемы с генератором, постоянная сырость. Артисты буквально грелись вокруг одного источника тепла. В такие моменты многое зависит от настроя команды. И я очень благодарен всем, кто тогда продолжил работать несмотря ни на что.
— Дмитрий Журавлев, сыгравший пекаря, действительно хотел самостоятельно выполнять трюки?
— Да, постоянно. Он вообще настоящий богатырь. Все время предлагал: "Давай я сам попробую". Конечно, многие вещи я ему запрещал делать, потому что существуют требования безопасности. Но иногда все-таки разрешал. Самое удивительное, что некоторые элементы он выполнял не хуже профессиональных каскадеров. К счастью, серьезных травм удалось избежать.
— Сейчас вы работаете над фильмом "Учитель фехтования". Почему выбрали именно эту историю?
— Потому что эта тема меня очень трогает. Мы рассказываем историю о возвращении российских спортсменов на международную арену. Для меня это фильм о людях, которые, несмотря ни на что, продолжают идти вперед. Мы вдохновлялись победой Яны Егорян на чемпионате мира. Когда спортсменов на несколько лет лишают возможности выступать на крупнейших соревнованиях, это огромный удар. Причем не только по ним самим, но и по детям, которые занимаются спортом и мечтают однажды выйти на мировой уровень. Мне хотелось рассказать именно про преодоление и про победу вопреки обстоятельствам.
— Когда зрители увидят картину?
— Планируем выпустить фильм осенью. Сейчас проект находится в активной стадии производства. Мы уже начали монтаж, часть материала отправили на компьютерную графику.
— Вы работаете как режиссер, сценарист и продюсер. Как сейчас обстоят дела со сценаристами в российском кино?
— Сейчас сценаристы нужны буквально везде. Это кино, сериалы, реклама, цифровые проекты. Поэтому спрос огромный. Но я бы не сказал, что проблема исключительно в сценаристах. Мне кажется, сегодня больше не хватает хороших историй. Даже у талантливого автора бывают не самые удачные работы. Поэтому вопрос не только в людях, но и в том, сколько времени дается на создание сценария. Для всего хорошего нужно время. История должна вызреть.
— При этом зрители часто говорят, что оригинальных историй становится меньше, а ремейков больше. Как вы относитесь к этому?
— Честно говоря, я не разделяю эту тревогу. Если посмотреть на общий объем производства, ремейки занимают совсем небольшой процент. Кроме того, меня всегда удивляет само противопоставление. Для меня нет разницы, ремейк это, приквел, сиквел или полностью оригинальная история. Есть только один вопрос: получилось хорошее кино или нет. Если история сильная, зритель ее примет. Если слабая — не поможет никакой известный бренд.
— Пора ли уже снимать фильмы о специальной военной операции?
— Каждый режиссер должен решить это сам для себя. Если человек чувствует эту тему, понимает, зачем он ее берет, тогда нужно снимать. Мне, например, очень понравились "Ландыши". Это непростая история, которая вызывает сильные эмоции. Такие проекты появляются тогда, когда автор действительно хочет о чем-то сказать. Самое опасное — делать подобное кино ради галочки. Зритель очень хорошо чувствует фальшь.
— А у вас самого нет желания обратиться к этой теме?
— Если когда-нибудь возникнет такая история, мы ее обязательно расскажем. Но пока я в основном занимаюсь семейным кино и историями для широкой аудитории. У каждого проекта должно быть внутреннее оправдание.
— Может ли искусственный интеллект заменить режиссеров и сценаристов?
— Пока точно нет. Сейчас искусственный интеллект напоминает мне интернет на заре его появления. Все понимают, что это важная технология, но пока никто до конца не осознает последствия. Конечно, он будет менять нашу жизнь. Но есть очень важная вещь: нельзя переставать развивать собственную голову.
Многие воспринимают ИИ как волшебную палочку. Кажется, что можно нажать кнопку и получить готовый сценарий, фильм или сериал. На самом деле это работает иначе. У кого искусственный интеллект будет работать лучше — у начинающего автора или у человека с 25-летним опытом? Конечно, у профессионала. Потому что именно он способен правильно поставить задачу и оценить результат.
— Вы сами используете ИИ в работе?
— Использую, но пока как вспомогательный инструмент. Например, для презентаций или визуальных референсов. Раньше нужно было долго искать подходящую картинку в интернете. Сейчас можно сформулировать запрос и быстро получить изображение. Но дальше начинается реальное производство, где появляются десятки нюансов. Можно нарисовать идеальный костюм, но потом окажется, что такой ткани не существует или в этом костюме невозможно двигаться. Поэтому между красивой картинкой и реальным фильмом пока сохраняется большая дистанция.
— Онлайн-платформы постепенно вытесняют кинотеатры?
— Я так не думаю. Просто меняется сам смысл похода в кино. Сегодня зритель идет в кинотеатр за событием. Это может быть большой блокбастер, масштабная сказка, историческая картина. Или комедия, которую хочется смотреть вместе с полным залом. Есть еще романтическое кино. Людям по-прежнему хочется вместе переживать эмоции. Мы видим это по успеху фильмов о любви. Поэтому кинотеатры будут жить до тех пор, пока в них будет появляться хорошее кино.
— Российское кино сегодня способно конкурировать с голливудским?
— Абсолютно. Более того, я считаю, что в последние годы качество наших фильмов и сериалов очень сильно выросло. У нас великолепные операторы, одна из лучших актерских школ в мире, серьезная драматургическая традиция. Неслучайно крупнейшие мировые платформы активно покупали российский контент. Кроме того, мы все чаще обращаемся к собственным культурным корням — сказкам, фольклору, национальным сюжетам. Это дает кино дополнительную силу и узнаваемость.
— Как бы вы оценили нынешний этап развития российского кино?
— Мне кажется, мы постепенно начинаем возвращаться к уровню советского кинематографа. При этом я вообще не люблю разделять советское и российское кино. Для меня это одна большая традиция. Сегодня производится огромное количество фильмов и сериалов. Конечно, далеко не все останутся в памяти зрителей. Но так было всегда. Мы помним великие картины Рязанова, Гайдая, Меньшова. Однако в советское время снималось гораздо больше фильмов, чем принято вспоминать сегодня. Время всегда оставляет только лучшее.
— То есть у современного российского кино есть шанс стать классикой?
— Безусловно. Все истории, которые живут десятилетиями, объединяет одно качество — они рассказывают о человеке. Меняются технологии, меняются эпохи, но человек остается тем же самым. Поэтому фильмы, которые говорят о любви, семье, надежде, дружбе, продолжают работать независимо от времени. Я надеюсь, что через много лет о фильмах нашего времени будут говорить так же тепло, как сегодня говорят о классике. Но для этого нам нужно одно — больше хороших историй.