Автор Элина Гареева о своей работе над биографией Вацлава Нижинского "Нижинский. Великий русский Гений. Книга 2":
За годы работы над биографией Вацлава Нижинского мне удалось собрать несколько сотен источников, посвящённых его жизни, творчеству и истории «Русских балетов». В результате была сформирована обширная исследовательская коллекция, включающая книги, периодическую печать, мемуары, редкие издания на разных языках и копии архивных документов, полученные в ходе многолетней работы с архивами и фондами музеев.
В работе над второй книгой биографии было использовано 237 источников, 126 из которых — печатные книги из моей личной коллекции. Некоторые экземпляры содержат исторические владельческие записи, дарственные надписи и автографы. Однако даже этот список не отражает всей полноты собранной за годы работы исследовательской коллекции. Многие из этих изданий отсутствуют в открытом цифровом доступе, а часть из них крайне редко встречается в российских библиотечных собраниях. В библиографию вошли только источники, непосредственно использованные при написании второй книги.
Когда вышла первая книга, меня нередко спрашивали: зачем указывать в библиографии, что источник находится в личном собрании автора? Разве это имеет значение?
Тогда многие считали, что не имеет.
Но сегодня, в эпоху цифровых пересказов, компиляций и текстов, созданных с помощью искусственного интеллекта, всё чаще возникает другой вопрос: работал ли исследователь с источником лично? Видел ли он книгу? Проверял ли цитаты по оригиналу? Или просто повторил чужие ссылки и переводы?
Конечно, наличие книги на полке не делает исследование автоматически лучше. Историческую работу определяют факты, документы и аргументы.
Однако происхождение источников постепенно становится самостоятельной ценностью. Когда исследователь указывает, каким именно экземпляром пользовался, где он хранится, имеются ли на нём владельческие записи, автографы или другие особенности, он сохраняет дополнительный слой исторической информации. Для будущих исследователей это может оказаться не менее важным, чем сама библиографическая ссылка.
Возможно, через несколько лет подобная практика станет обычной. Чем больше вокруг цифровых копий, фрагментов текстов и вторичных пересказов, тем выше будет цениться работа с оригиналами и прозрачность исследовательского процесса. Читателю всё чаще важно знать не только то, какие источники использовал автор, но и как именно он с ними работал.
История Нижинского особенно нуждается в таком подходе. Слишком долго о нём повторяли одни и те же стереотипы, зачастую не сверяя их с первоисточниками. Поэтому для меня важно не только рассказывать о Нижинском, но и максимально подробно показывать документальную основу своих выводов.
История начинается не с мифов, а с источников. А будущее, вероятно, будет требовать ещё большей открытости в работе с ними.
