Продолжим о похождениях влюблённой парочки.
***
Конечно, пилот промахнулся значительно, что не удивительно на таком расстоянии. Это даже не иголку в стоге сена искать. Но Александр не унывал. Всё равно надо было что-то делать, да и Аня была на последнем этапе перед сильнейшей истерикой. Даже не смотря на все предполётные подготовки и всякие психологические тесты.
По мере того, как он понимал, что летит явно мимо, его ответы становились более эмоциональными и совершенно не касающимися текущей ситуации. Он рассказывал какие-то анекдоты, иногда даже пошлые, разные истории, чтобы слышать на том конце что угодно, вплоть даже до ругани, но не истеричные нотки.
Но надо было уже что-то предпринимать. Примерно прикинув на глазок траекторию полёта, Александр на минутку притормозил с болтовнёй.
- Ань, погоди минутку, мне тут надо из баллончика дунуть. Неудобно и говорить, и прицеливаться.
- Так ты всё-таки промахнулся?
- Так ты сама видела, какая станция от модуля видна маленькая.
- Мазила.
- Ну вот так получилось. Ты мне дашь прицелиться или нет?
- Целься. Только сразу сообщи, что получилось.
- Договорились.
Саша взял баллон так, чтобы он был пристёгнут вдоль тела, и попробовал сориентироваться, но получалось плохо. Получало больше беспомощное барахтанье без точки опоры.
Поняв, что одному не справиться, он запросил помощи.
- Ань, не могу сам справиться. Помоги.
- Ну как всегда, мужики ничего не могут без женщины. Что нужно делать?
- Мой фал придержи, чтобы он не разматывался. А когда скажу, отпусти. Только следи, чтобы твой фал был на мертво пристёгнут. Он хоть у тебя и короткий, но приятного мало. И скажи, там ещё много в лебёдке моего фала осталось?
- Точно не скажу, но по виду ещё треть есть.
- Хорошо, может и достанет. Держи?
- Держу. Что значит не достанет?
- Ань, всё, не мешай. Ответственный момент. Но как скажу, отпускай.
Анна Сергеевна что-то недовольное пробурчала, но видимо боялась помешать.
Александр, нащупав точку опоры хоть в таком виде, с ориентировался и скомандовал отпустить. Как только фал легко стал разматываться, он открыл кран.
Кран был не удобный, не предназначенный для плавного регулирования, поэтому струя с силой вырвалась наружу, сразу выдав сильное ускорение и явно немного не в том направлении, куда нужно было.
И хотя станция стала довольно-таки быстро приближаться. Саше никак не удавалось скорректировать полёт.
Видно было только то, что траектория забирает явно перед станцией и Саша надеялся, что он успеет притормозить, когда будет пересекать траекторию полёта станции.
Но всё вышло не так, как он планировал.
В тот момент, когда пилот объяснил подруге, что собирается делать и собрался открыть кран, чтобы с ориентироваться в пространстве и подкорректировать траекторию, фал кончился.
Резкий толчок так дёрнул руку, что кран открылся, и лётчик на баллоне понёсся в неизвестном направлении. Всё произошло так быстро, что Александр не успел даже ничего сообразить. Его понесло мимо станции, но натянутый фал зацепился за что-то на ней и фал начал с невероятной скоростью накручиваться на корпус станции, притягивая пилота за собой.
Сильный удар о корпус отправил Александра в новый нокаут. Видимо во время удара он что-то крикнул или ругнулся, он потом не вспомнит этого, но то, что Анна Сергеевна вдруг истошным голосом начала его звать, означало, что звуки были явно не успокаивающие.
***
Василий сидел у рации и уже насколько часов после потери связи с научным модулем, пытался наладить с ним связь. Но в эфире была тишина. Гробовая.
Во всех диапазонах, известных ему была всё та же тишина. В конце концов, он отчаялся дозваться и поставил компьютер просматривать все частоты, которые могли использоваться для связи.
Но прошло уже больше часа, но даже при таком поиске монитор не показывал признаков сигнала. Они должны были уже давно вернуться, но в эфире стояла гробовая тишина.
Внешнее наблюдение тоже ничего не давало. Просмотреть внимательно весь шар обзора было практически не реально, хотя теперь все, кроме доктора именно этим и занимались.
Потеря научного модуля фактически означала конец экспедиции. Но больше всего огорчала потеря товарищей, которые ушли в неизвестность.
Такие грустные мысли всех просто давили многотонной плитой уныния и депрессии. Не хотелось ничего. Только чтобы улетевшие на Каллисто ответили.
В какой-то момент Василий, находясь в таком подавленном состоянии, даже не понял, что произошло.
Сначала было такое ощущение, что будто кто-то станцию толкнул. Потом послышался, приглушённый изоляцией, скрежет. А ещё через несколько минут послышался сильный удар в корпус. Но какой-то мягкий, будто размазанный.
- Что это было? - Спросил Михаил. - Метеорит?
- Метеорит долбанул бы, мало бы не показалось. А тут будто что-то мягкое в нас ударилось. Да ещё этот скрежет жуткий. Мало на нас уже проблем навалилось.
И тут Василий увидел на экране красный индикатор связи. Почему-то диапазон скафандров. Инженер быстро переключил связь на звук и в пространство станции ворвался истерический крик Анны Сергеевны.
Вася даже опешил от неожиданности. Но командир уже взял микрофон и попытался громким спокойным голосом прервать женскую истерику.
- Анна Сергеевна! Прекратите истерику и доложите обстановку. Анна Сергеевна, вы меня слышите. Поговорите со мной. Я жду информации.
Неизвестно с какого раза, вдруг крик прервался, перейдя в плачь, потом всхлипывания.
- Аня, ответь, что у вас? Аня, Аня!
- Саша не отвечает, - примерно через минуту, сквозь всхлипывания произнесла астронавт.
- Хорошо, Аня, давай успокаивайся и расскажи, что случилось. Чтобы проще было, я буду задавать вопросы, а ты будешь отвечать. Договорились?
- Да.
- Вам нужна помощь?
- Да.
- Где ты сейчас?
- Сижу на модуле.
- Почему ты разговариваешь из скафандра?
- Так я и говорю, что сижу на научном модуле в скафандре. Снаружи.
- Где Александр?
- Улетел.
- На чём он улетел, если ты на научном модуле?
- На баллоне.
Ситуация хоть и была горькая, но в ней начал присутствовать элемент комизма.
- Может на метле, - не удержался Василий.
Тут Анна Сергеевна не выдержала и крикнула.
- Слушай сюда, Вася. Если я доберусь когда-нибудь до станции живой, я тебе все волосы повыдергаю. А то может и ещё чего. Шутник хренов. - Она явно начинала приходить в себя.
- Но я всё-таки не понял, - снова повторил вопрос командир, - так на чём улетел Александр?
- Михаил Николаевич, я же русским языком сказала, на баллоне. Пристегнул к себе баллон с газом, пристегнулся фалом и полетел в вашу сторону. А что ещё оставалось делать? Связи нет, и хоть Саша полёт модуля и выровнял, но до вас ещё далеко.
- Всё понял, Аня. - Хотя пока понятного было очень мало. - Скажи, сколько у тебя кислорода? Сколько показывает датчик?
- Где-то около 20 минут.
- Хорошо, тогда другой вопрос. Фал Саши от скафандра или какой-то другой?
- Нет. Тут прежний лётчик чего-то натворил. Тут какая-то лебёдка с очень длинным тросом. Вот к ней Саша и пристегнулся. И теперь не отвечает. - Анна Сергеевна снова начала подавать признаки беспокойства.
- Ань, погоди. Не нервничай. Лучше помоги.
- Вот и тот тоже сказал не нервничать и помочь. А теперь не отвечает.
- Ань, прекрати. Потрогай лучше, Сашин трос натянут?
- Да, за что-то зацепился.
- А посмотри на той лебёдке, есть какой-нибудь выключатель?
- Да. Целых два. Зелёный и красный.
- Попробуй включить зелёный.
Станция чуть заметно дёрнулась.
- Лебёдка стала крутиться и накручивать трос.
- Хорошо. Судя по дёрганию, трос зацепился за станцию, поэтому ты сейчас притянешься к станции. Тогда ты немного посиди и подожди, пока трос накрутится. Но если не будет хватать кислорода, выключай лебёдку красным выключателем и возвращайся в модуль. Мы пока посмотрим, что на другом конце фала.
- Вы меня опять бросаете одну?
- Никто тебя не бросает. Снежана с тобой поговорит. А мы пока выйдем наружу и посмотрим, что к чему. Договорись?
- Договорились! Я так рада вас слышать.
- А мы то, как рады. Но это потом. Передаю тебя Снежане.