Масштабный внутренний вооружённый конфликт, который вспыхнул в Судане в апреле 2023 года, подобрался к точке бифуркации. Назревает перелом в суданской «третьей гражданской войне», которая три последних года выглядела как попеременный захват территорий и отступление с них двумя главными противостоящими силами. Это — регулярная армия (Вооружённые силы Судана — SAF) под руководством фактического лидера страны генерала Абделя Фаттаха аль-Бурхана и военизированная группировка Силы быстрого реагирования (RSF) под командованием Мухаммада Хамдана Дагло (более известного как Хемедти).
Поступает информация об ослаблении RSF и усилении связей аль-Бурхана с Турцией. Это может изменить течение конфликта, ставшего причиной одной из худших гуманитарных катастроф в мире.
Начнём с Хемедти. Стяжавший славу грозного противника правительства в Хартуме, одно имя которого наводило ужас не только в Судане, но и в соседних странах, куда доносятся отголоски кровавой бойни, Хемедти в последнее время исчез из поля зрения. Главаря боевиков нет в Судане, и журналисты с начала 2026 года пытались выяснить, куда же он запропастился.
На этой неделе международной телекомпании «Аль-Джазира» со штаб-квартирой в Дохе удалось взять интервью у одного из бывших командиров RSF Али Ризкалла, которого иногда называют Аль-Сафана. Да, он дезертировал из RSF, поэтому к его словам нужно относиться осторожно, но некоторые факты, которые он сообщил, журналисты перепроверили, и у них нет оснований сомневаться в ряде высказываний. Всё ж — это информация из первых рук.
Итак, Аль-Сафана описывает движение, на стороне которого он воевал, как расколотое и ослабленное. А его лидера, генерала Хемедти, изображает как деморализованного и оторванного от реальности.
Али Ризкалла был особенно активен в Северном Дарфуре и Западном Кордофане. Он участвовал в нескольких крупных операциях RSF, прежде чем 11 мая этого года бежал с поля боя. Он знает структуру и методы повстанцев изнутри. Он, естественно, пытается оправдаться за преступления, совершенные движением, к которому принадлежал ещё три недели назад, но его заявления дают редкую возможность заглянуть за кулисы деятельности Сил быстрого реагирования.
Хемедти отсутствует в Судане и подавлен войной, утверждает собеседник «Аль-Джазиры». Его совсем нет «на передовой», большую часть времени он проводит в Кении и ОАЭ, изредка совершая поездки в Чад. Его последнее подтверждённое присутствие в Судане датируется 2025 годом в регионе Ньяла в Дарфуре.
Аль-Сафана говорит, что не так давно встречался с ним в Найроби. Но, в отличие от образа военачальника, руководящего своими операциями из-за границы, он описывает человека, глубоко ослабленного психологически, деморализованного и подавленного войной, которая больше не находится под его контролем: «Он ясно дал мне понять, что эта война больше не в наших руках. Если бы она была в наших руках, её бы остановили».
«Война вышла из-под нашего контроля, — признал бывший командир. — Теперь, если Хемедти будет настаивать на прекращении войны или переговорах, они его могут застрелить или убить ракетой».
Кто стоит за этим «они», сказано не было, но становится понятно, что война больше не находится под контролем лидера RSF. По крайней мере, под таким же жёстким контролем этого человека. Но кому-то выгодно, чтобы она не прекращалась.
В то время как Хемедти предстаёт ослабленным человеком и странствующим лидером, его брат Абдельрахим Дагало представлен как истинный оперативный руководитель RSF и как сторонник жёсткой линии.
«Все зверства и катастрофы исходят от этого человека», — утверждает Аль-Сафана.
Он прямо обвиняет брата Хемедти в причастности к внесудебным казням, насилию в отношении мирного населения, мародёрству и нападениям на больницы, совершенным в Дарфуре, особенно в Эль-Генеине и Эль-Фахере. В отношении RSF и раньше уже выдвигались многочисленные обвинения в массовых преступлениях и этническом насилии в Дарфуре.
Аль-Сафана в заключение описывает RSF как полностью дестабилизированную организацию. По его словам, массовый набор новобранцев коренным образом изменил характер движения.
«Они вербовали целые племена, от самых старых до самых молодых, даже детей», — утверждает он.
Он особенно подчёркивает отсутствие дисциплины и внутренней сплочённости. Многие бойцы являются не постоянными солдатами RSF, а новобранцами, привлечёнными деньгами.
Показания Аль-Сафаны не следует рассматривать как единичное явление. Дезертирство из RSF носит массовый характер, и группировку недавно покинули другие важные лидеры: Аль-Нура Аль-Кубба и Башар аль-Хувейра. А победившую команду не покидают.
Чем может закончиться «третья гражданская» в Судане — очередным расколом на две страны некогда самого крупного по территории государства Африки? RSF стремится установить свой контроль над Дарфуром и Кордофаном. Группировка пытается создать свои, независимые от властей в Хартуме, государственные органы, преобразоваться в регулярную армию, ввести собственную банковскую систему. Точь-в-точь как мятежное движение «23 марта» (М23) в Демократической Республике Конго.
Дарфур — это обширный географический и исторический регион на западе Судана, который в переводе с арабского означает «земля народа фур». Его площадь около 500 тысяч квадратных километров. В феврале 2026 года миссия ООН официально заявила об обнаружении признаков геноцида, совершённого силами RSF против неарабских этнических групп в Эль-Фашере. Задокументированы массовые убийства мирных жителей, пытки и этнические чистки. В Дарфуре проживает около 80 племён и этнических групп. Они условно делятся на оседлых чернокожих земледельцев (народы фур, масалит, загава) и кочевых арабских скотоводов.
В 2011 году «большой Судан» уже разделялся надвое — как раз по расовому признаку. Ближе к экватору образовалось государство Южный Судан. Большинство его населения принадлежит к негроидной расе. Основную группу жителей составляют представители нилотских народов — динка, нуэр, азанде, бари, шиллук.
Северная половинка того Судана сохранила название страны, где большинство населения исповедует ислам суннитского толка (95%) и говорит на арабском языке. Как отмечают некоторые обозреватели, в 2011 году «Судан не доделили, так как межрасовые противоречия остались».
На фоне всех этих новостей 2 июня президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган приветствовал в Анкаре командующего армией Судана генерала Абдель Фаттаха аль-Бурхана. Анкара позиционирует себя как сторонник суверенитета Судана, вот только турецкие беспилотники и другая военная техника уже давно стали центральным элементом операций суданской армии.
Турецкий президент высказался за сохранение территориальной целостности Судана. После визита не было объявлено о заключении нового оборонного соглашения, но в марте 2025 года Washington Post писала, как турецкая оборонная компания Baykar тайно переправила Хартуму оружие на сумму 120 млн долларов. Аналитики утверждают, что эти системы сыграли решающую роль в вытеснении армией частей RSF из ключевых районов столицы и других стратегических центров в 2025 году, изменив баланс сил на нескольких фронтах.
Переговоры Эрдогана с Бурханом прошли в то время, когда RSF объявила о создании «Совета безопасности и обороны» для параллельного правительства, так называемого «Суданского учредительного альянса» (TASIS). «Совет» будет отвечать за разработку неких «стратегических планов» в области национальной безопасности и обороны, составление общей политики роли Судана в международном мире и безопасности.
Война в Судане тем временем продолжается, крупнейший гуманитарный кризис этого столетия нарастает. Его масштабы до сих пор трудно установить. По различным оценкам, в результате конфликта погибло от 150 000 до 400 000 человек. 14 миллионов человек были вынуждены покинуть свои дома, в основном внутри Судана. Двадцать миллионов суданцев сталкиваются с острой нехваткой продовольствия, и 135 000 человек угрожает смерть от голодания.
Обозреватель Аналитического центра ТАСС Олег ОСИПОВ