Конец весны 2026 года запомнится надолго. Пока правительство
отчитывается о борьбе с кадрами, чиновники и бизнес тихо свернули шею
остаткам трудовых прав россиян. Вслед за «оборонкой» сверхурочные
легализовали для всех, а Минздрав готовит революцию: после четвертого
больничного за полгода вас, скорее всего, выгонят на работу с
температурой.
Разбираемся, почему это не случайность, а системное наступление на работников, и что будет с теми, кто попытается возразить.
240 часов ада: почему сверхурочные больше не предел
В конце мая президент подписал закон, увеличивший годовую норму
сверхурочной работы с 120 до 240 часов. Формально — чтобы поддержать
экономику и дать людям больше зарабатывать. Неформально — сняли
последние предохранители.
При этом еще до поправок в ТК правительство разрешило бесконечные переработки на оборонных заводах, что было прямым нарушением кодекса. А теперь нарушения легализовали.
Бизнес давно мечтал об этом. Вспомните: Прохоров предлагал 60-часовую неделю, Дерипаска — 12-часовой день шесть дней подряд. Это симптом болезни российского капитализма: не умеют повышать производительность, зато умеют сажать людей на шестидневку.
Ирония в том, что переработки уже давно не оплачиваются как положено. По данным Росстата, долг по зарплатам в России за год вырос почти вдвое — до 2,88 млрд рублей. 19 тысяч человек не получили свои деньги. А вы говорите
«сверхурочные».
Больничный после третьего раза: приговор хроническим больным
Но это только цветочки. Минздрав предложил ягодки пострашнее. Идея такая:
если вы брали больничный четыре и более раз за полгода, то новый листок
вам дадут всего на три дня. Дальше — только врачебная комиссия.
С одной стороны — борьба с «прогульщиками под видом гриппа». С другой — пыточная для людей с реальными болячками.
Для значительной части работников больничный и так оплачивается не
полностью, человек теряет в доходе. Никакого особого интереса сидеть на
бюллетене нет. А если сотрудник часто болеет, это значит, что он
нездоров. И причина — в перегрузках, стрессах на работе, сквозняках.
В образовании, например, преподаватели массово страдают ларингитами и
проблемами с суставами. Но профзаболеванием это не считается. В торговле
и транспорте люди носятся на ногах, пока не свалятся. А теперь им еще
скажут: «Ты уже четыре раза болел, дальше терпи».
Логичнее было бы усилить контроль над врачами, которые продают справки. Но у нас в ходу другой принцип: наказать того, кто слабее.
Профсоюзов больше нет? Как уничтожили последнюю защиту
Вы думаете, это отдельные решения? Нет, это тренд.
Нынешний Трудовой кодекс уже тогда жестко скрутил права профсоюзов и право на забастовку обставили такой бюрократией, что провести ее практически нельзя.
А в 2021 году Конституционный суд добил последний бастион. Раньше уволить выборного профсоюзного работника было почти невозможно без согласия вышестоящей организации. Теперь вышестоящий орган может лишь выразить несогласие. А работодатель оспорит это в суде — и почти всегда выиграет. Профсоюзных активистов сегодня просто выкидывают на улицу за попытку защитить коллег.
Независимые профсоюзы (не из официальной ФНПР) вообще существуют как партизанский отряд. Крупные же, «карманные» объединения, по словам Кудюкина, занимают «соглашательскую позицию» с начальством. Робота, способного возразить, просто нет.
Россия — не Китай и не Швеция. Но работнику от этого не легче
Как ни парадоксально, наш Трудовой кодекс по букве закона жесткий. По
методике ОЭСР он сравним с Францией, Италией или Мексикой. Проблема в
правоприменении.
В России вы можете быть защищены на бумаге, но на деле:
- вас оформят по ГПХ (и вы — никто, и звать вас никак);
- заставят перерабатывать без оплаты (жаловаться некуда — профсоюза нет, инспекция по труду перегружена);
- уволят, как только чихнете не в ту сторону.
Мы наблюдаем чудовищный разрыв между «формальной жесткостью» и «реальной гибкостью» — гибкостью, которая всегда против работника.
Что делать простому человеку?
Пока политики спорят о геополитике, вы остаетесь один на один с системой,
которая считает ваше здоровье и время ресурсом безграничным.
Если вы работаете официально, знайте:
- любые переработки сверх 240 часов в год незаконны (пока не примут следующий закон);
- требовать оплаты больничного — ваше право, даже если берете его в пятый раз.
Если вы работаете по ГПХ или самозанятый — молитесь, чтобы не заболеть. Трудовой кодекс на вас уже не распространяется.
Мы живем в мире, где 240 часов сверхурочных — не предел, а только начало. И
когда бизнес добьется отмены восьмичасового дня (а он добьется — спросите у Дерипаски), вспомните этот май 2026-го.
Это была точка невозврата.
Сколько часов в неделю работаете вы? И сколько раз за последние полгода брали больничный? Расскажите в комментариях.