Когда Саша сообщила, что беременна, я искренне обрадовалась. Мы сидели в нашем любимом кафе — за окном кружил первый октябрьский снег, в кружках дымился имбирный чай, а Саша, слегка дрожащими руками поправив прядь волос, произнесла:
— Я беременна. Срок — четыре недели.
— Саша! — я вскочила, обняла её, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы радости. — Это же чудесно! Вы так этого хотели!
— Да, — она улыбнулась, и в её глазах заблестели слёзы. — Мы с Максимом так счастливы…
Мы с мужем порадовались за них: Саша и её муж давно мечтали о ребёнке, и вот наконец свершилось. В тот вечер мы смеялись, строили планы, обсуждали, как будем навещать их в роддоме.
— Ну а вы не отставайте, — подмигнула Саша, когда мы уже собирались расходиться. — Тоже усиленно работайте над прибавлением в семействе!
— О, мы подумаем над этим, — рассмеялся мой муж.
Мы обменялись шутливыми репликами и разошлись по домам. Тогда это казалось просто милой шуткой — одной из тех, что часто звучат между подругами.
Но вскоре шутка перестала быть шуткой.
С каждым новым месяцем беременности Саши её идея фикс крепла, словно сорняк, который никто не вырывает. Она начала строить грандиозные планы: как мы будем вместе гулять с колясками, как наши дети будут дружить, ходить в один садик, потом в одну школу, вместе делать уроки, поддерживать друг друга…
Она расписала всё до мелочей — кроме одного: я не беременна. И пока не планирую.
Наша следующая встреча состоялась в парке. Саша, уже заметно округлившаяся, сидела на скамейке, куталась в шарф и мечтательно смотрела вдаль.
— Представляешь, — заговорила она, едва я подошла, — мы будем вместе ходить гулять с колясками, сидеть с детьми в парке, ездить отдыхать! Это же так здорово! Я уже всё придумала, поэтому не огорчай меня — бери мужа и шуруйте делать детей.
Я невольно сжала кулаки под тёплым рукавом пальто.
— Саш, мы с мужем хотим детей, — осторожно начала я. — Но не сейчас. У нас сейчас другая приоритетная задача — купить своё жильё.
Саша махнула рукой:
— Да брось, это всё отговорки! Жильё — оно всегда будет проблемой. Зато представь, как здорово будет, если наши дети будут почти ровесниками! Они же станут лучшими друзьями!
— Но у нас пока съёмная квартира, — попыталась объяснить я. — Мы копим на первоначальный взнос по ипотеке.
— Ой, да что вы всё про деньги да про деньги! — перебила Саша. — Дети — это же счастье! Всё как-нибудь устроится.
Я вздохнула. Саша не знала — или не хотела знать — всех деталей. Ей с мужем повезло: от бабушки досталась трёхкомнатная квартира, где они теперь счастливо обустраивали детскую. А мы с мужем пока снимали жильё. И не просто снимали — мы отчаянно копили на первоначальный взнос.
В прошлом году мы почти собрали нужную сумму. Но тут заболела мама — понадобилось дорогое лекарство. А следом за ней — свекровь: ей требовалась операция. Конечно, мы не могли остаться в стороне. Все накопления ушли на лечение родных, и теперь мы начинали копить заново.
— Саша, — я постаралась говорить мягко, но твёрдо. — Мы с мужем хотим ребёнка. Но хотим, чтобы у него были нормальные условия. Чтобы мы могли обеспечить его всем необходимым. А если сейчас родится малыш, о накоплениях можно будет забыть.
— Да ладно тебе, — отмахнулась она. — Всё как-нибудь устроится. Главное — дети!
Через пару недель мы встретились снова — на этот раз у Саши дома. Она с гордостью показывала мне детскую комнату: голубые стены, новая кроватка, шкафчик для вещей.
— Вот здесь будет пеленальный столик, — рассказывала она, водя меня по комнате. — А тут — комод для одежды. Максим вчера повесил мобиль над кроваткой, такой красивый, с зверюшками…
— Очень мило, — улыбнулась я. — Вы хорошо всё продумали.
— Конечно! — она повернулась ко мне. — И ты тоже должна начать готовиться. Давай, рассказывай, какие тесты лучше покупать? Или сразу к врачу идти?
Я замерла:
— Саша, я не готова сейчас обсуждать беременность.
— Но почему? — её голос стал настойчивее. — Ты же хочешь детей?
— Хочу. Но не сейчас.
— А когда? Через пять лет? Десять? Часики-то тикают, знаешь ли. Мне скоро рожать, а ты ещё даже не в положении!
Я почувствовала, как внутри закипает раздражение:
— Саша, это моя жизнь. Я сама решу, когда и как мне заводить детей.
— Ты на меня кричишь… — её глаза наполнились слезами. — А я же беременна, мне нельзя нервничать…
Я закрыла лицо руками. Вот и всё. Я стала плохой подругой — та, что «обижает беременную».
Вечером я поделилась переживаниями с мужем. Он обнял меня за плечи:
— Может, дать ей время? — тихо спросил он. — Гормоны, мечты, страхи — всё это сейчас в ней бурлит. Возможно, после родов она придёт в себя.
— Надеюсь, — вздохнула я. — Просто мне обидно. Раньше она никогда не была такой… навязчивой.
— Она сейчас в особом состоянии, — муж погладил меня по спине. — Давай просто немного отдалимся. Не рвать отношения, а просто дать ей и нам время.
На следующий день Саша прислала сообщение:
«Прости, если была слишком настойчива. Просто я так мечтаю, чтобы наши дети росли вместе… Но я понимаю, что у вас свои планы. Давай просто будем дружить, как раньше?»
Я посмотрела на экран телефона, потом на мужа. Он улыбнулся и кивнул.
— Ответь ей, — сказал он.
Я набрала:
«Спасибо, что поняла. И поздравляю ещё раз с беременностью — это действительно чудесное событие!»
За окном всё так же падал снег — такой же чистый и нетронутый, каким когда‑то было наше общение с Сашей. Может быть, мы и правда сможем вернуть ту лёгкость и взаимопонимание. Шаг за шагом.
А пока я знала одно: дружба — это не навязывание своих планов, а поддержка, понимание и уважение. И, кажется, мы обе только что сделали важный шаг к тому, чтобы это вспомнить.