Ильинова Елена Александровна, научный сотрудник Северокавказского филиала ФГБУК «Государственный музей искусства народов Востока». "Творческая династия Пшизовых в контексте художественной эволюции поколений".
Аннотация: В данной статье рассматривается творчество художественной династии Николая Сергеевича (Ахмедовича) (1941-1991 гг.) и Сергея Николаевича (1966 г. р.) Пшизовых, на примере работ, хранящихся в фондах Северокавказского филиала Государственного музея Востока. Используя искусствоведческий, аналитический, сравнительный методы исследования, были изучены произведения художников, прослежены индивидуальные художественные и жанровые предпочтения в работе, а также наследственная преемственность в творческом наследии. Проанализированы причины выбора творческого языка и метода, используемый при создании художественного произведения.
В процессе исследования было выявлено, что у художников разное видение окружающего мира и способы его выражения. У Николая Сергеевича – живопись свободная, светлая, успокаивающая, ностальгирующая, статичная, в то же время экспрессивная, суровая. У Сергея Николаевича сложная – динамичная, многослойная, дробная, призывающая к активной мыслительной работе. Но объединяет произведения авторов эмоционально-этническая преемственность, творческая свобода, благородство сдержанного колорита и композиционного решения, духовно-нравственная искренность, профессиональная грамотность и смысловая продуманность в работах, желание открыто говорить со зрителем. Оба мастера стремились к единению со своим этническим народом, находясь от него вдалеке.
В истории искусства встречается немало примеров творческих династий: Маковский, Верне, Манизер, Бруни, Брюлов, Клодт, Васнецов и многие другие, представляющие уникальное явление, по многолетнему накоплению культурных ценностей, объединенные «с профессиональной идентичностью ее представителей» [16]. В них совершенно естественно передается понимание и любовь к искусству от поколения к поколению. Это способствовало накоплению социальной памяти эпохи, созданию генетического фонда художественной наследственности [11]. Формировалось закономерное и очень важное культурное наследие с точки зрения исследователей в области искусствоведения и культурологии.
В фондах Северокавказского филиала Государственного музея искусства народов Востока хранятся работы: Хамида и Асият Савкуевых, Александра, Тиграна и Давида Манакьян, Якуба и Имары Акизовых, Георгия, Ольги, Сергея, Юлии и Лилии Лиховид, привлекающие и с точки зрения творческого разнообразия, и с позиции генетического кодового набора так или иначе выявляющего самобытную идентичность династий.
В статье рассматривается творчество Николая и Сергея Пшизовых – отличных по своему мировоззрению, живописному темпераменту, стилистическому подходу. Их художественный мир был сформирован историко-политическим периодом, современными художественными течениями, а также этнической принадлежностью, проявляющейся больше на подсознательном уровне, ведь о родной земле и людях на ней проживающих, они только слышали. Осмысление своей идентичности, через бережное сохранение памяти и выплескивание ее на холсты, но средствами не этнокультуры, а языком современных художественных течений и вызывает особый интерес для исследования.
Род Пшизовых уходит корнями в древний адыгский княжеский род проживавший в ауле Пшизов (Пщыжъхьабл). Ахмед Исламович Пшизов – отец и дед был крайне замкнутым и неразговорчивым человеком, с очень сложной судьбой. Однако, по воспоминаниям Сергея Николаевича: «в детстве он постоянно мастерил мне игрушки. В основном оружие. И еще он рисовал мне ишаков. Как Пикассо, не отрывая руки от бумаги целую вереницу ишаков, ну и конечно наше родовое тамге» [17]. Поэтому, можно сказать, что тяга к искусству у мастеров проявилась на интуитивном уровне.
Большое влияние на развитие современного искусства г. Костромы оказало творчество отца, Николая Сергеевича (Ахмедовича) Пшизова[1]. Влекомый искусством с детских лет, в 1960 году он поступил на художественно-графический факультет Костромского государственного педагогического института имени Некрасова (после окончания которого, в начале 70-х гг., преподавал рисунок и живопись в г. Майкопе в Адыгейском педагогическом училище [8]). Тогда «в советском искусстве наметилась тенденция к ослаблению запретов» [24] и студенты получили возможность знакомиться как с русским авангардом начала ХХ столетия, так и творчеством импрессионистов и постимпрессионистов [24].
В поиске новых пластических решений на Николая Пшизова в студенческие годы значительную роль оказал педагог Владимир Ильич Лытнев [23] (ученик Б. В. Иогансона, «одного из основоположников искусства социалистического реализма» [9], развивавший «в своем творчестве традиции русской реалистической живописи 2-й половины 19 в.» [9]), заинтересовавший своих студентов идеями постимпрессионистов, прежде всего Поля Сезанна и его последователей, объединения «Бубновый валет». Относясь к художникам-шестидесятникам, большое влияние на него оказало творчество Поля Сезанна, который, по словам Веры Арямновой[2], для Николая Сергеевича «много значил как коллега, с которым имел родственное художественное мироощущение» [1, с. 7]. Но родственное, не значит подражательное, живописец сумел переработать его, внести свою поэтическую ноту, позволившую его произведениям «звучать» [1, с. 7], уходя все дальше, ища свой путь. Избегая повторения формальных приемов, Николай Пшизов «постигал пластический язык, подход к передаче отдельных элементов реальности как части мироздания. Это послужило основой для осознания устойчивых закономерностей цветовых сочетаний и форм, ощущения материальной предметности пространства и формирования собственного творческого подхода к изображению» [23].
Входя в особую группу костромских мастеров постимпрессионистов, он не пытался угодить запросам времени, не шел на компромиссы, не ломал себя, сказалась природная горделивость и чувство собственного достоинства. Возможно поэтому Николай Сергеевич мало участвовал в выставках[3], на него не обращали внимание местные искусствоведы и при жизни он не получил официального признания[4]. Разве что к концу жизни студенты жадно изучали его работы и напрасно искали встречи с автором. По словам сына, отец, будучи по жизни догматиком, живя жесткими правилами поведения, привитыми его отцом, по-настоящему свободным был только в творчестве [7]. Отдавая предпочтение пейзажному, натюрмортному и портретному жанрам, он работал искренне, «энергично, без слащавости…по Пшизовски» [12, с. 7], упорно идя своим путем – нес свое «революционное» для того времени и г. Костромы искусство. И сегодня произведения мастера хранятся в Костромском государственном историко-архитектурном, художественном музее-заповеднике, Северокавказском филиале Государственного музея искусства народов Востока, Ярославском художественном музее, Центре русского художественного искусства, а также в частных собраниях России. Его работы говорят о профессионализме, творческих исканиях, независимости и возможности достойно «занять свое место в истории художественной жизни города» [6, с. 4]. Колорит работ по-адыгски сдержан, суров, благороден, тонок и продуман, построен на полутонах и тонком сочетании оттенков. В них много воздуха, а белесый свет стал главной действующей основой, обволакивающей все элементы в произведении («Цветы в интерьере», 1980-е гг.; «Уголок старины», 1986 г.; «Первый снег» 1990-у гг.; «Натюрморт сподсвечником», 1980-у гг.; «Вид из мастерской», середина 1980-х гг.; «Баня», 1980-е гг.; «Зимнее окно», 1985 г.; «Зима», начало 1960-х гг.; «Сельское подворье», 1970-у гг.; «Зеркало», 1988 г. и многие другие). От этого живопись наполнена одухотворенностью, спокойствием и меланхолией, и, как отметил журналист Николай Галаганов в «Костромские ведомости» 21 октября 1995 года: «Живопись Николая Пшизова не просто успокаивает. Она обезболивающе действует на душу» [4, с. 28].Его сюжеты – стоп-кадры из забытого прошлого. Они настолько статичны, что и зритель замирает, остановившись в своем торопливом, будничном движении. И не важно, на самом деле, что перед тобой – натюрморт, пейзаж, портрет, жанровая сцена – все они одинаково душевно воспринимаются, как далекое, милое сердцу, прошлое. В них форма лепится быстрыми, уверенными мазками внахлест, в разном направлении, а светотеневая моделировка строится тонкими цветовыми градациями [2].
Таково произведение «Оттепель» (ил. 1). Художник изобразил зимний городской пейзаж. Небольшое пространство двора, с лепящими снеговика детьми, окружено низкими темными сооружениями, за которыми виднеются двухэтажные здания розового цвета. Вдалеке, в левой половине холста возвышаются церковные купола. Хмурое небо передает вечернее время суток, хотя последние лучи солнца еще играют на лежащем снеге на крышах строений, фрагменте розовой стены. Панорамный вид работы с одной стороны позволяет широко взглянуть и рассмотреть старый советский дворик, с другой – исключает необходимость в детализации, что, впрочем, было близко духу и стилистике мастера.
Легкой кистью формируется объем, пространство и глубина в произведении, выявляется фактура материала, из которого сделан гараж и одноэтажные постройки, отштукатуренные и покрашенные двухэтажные здания, тяжелый влажный снег. Белизна последнего в вечерних сумерках передана богатой палитрой, включающей в себя оттенки синего, грязно-сиреневого, розового, коричневого, охристого, желтого. Скоро наступит ночь, но жизнь продолжается, что видно и по играющим детям, и по желто-зеленому свету, струящемуся из открытой двери гаража.
[1] Внук Ислама Пшизова – представитель княжеского рода.
[2] Вера Арямнова - поэтесса, писатель, журналист.
[3] Художник принимал участие только в областных выставках. [2]
[4] В последние годы жизни художника молодое поколение изучало его творчество, искало с ним встречи, которые, по причине тяжелой болезни, так и не состоялись. [18]