36-летняя модель и блогер, бывшая супруга 66-летнего телеведущего Дмитрия Диброва на этот раз оказалась на премьере второго сезона психологического реалити «Мастер игры» на ТНТ. Съемки проходят на роскошной вилле в Марокко. И там Полина решила воспользоваться присутствием победителя «Битвы экстрасенсов» Влада Череватого, чтобы задать ему сакраментальный вопрос: как ей, белой и пушистой, смыть с себя грязь, которой ее поливает общество?
Диброва призналась, что после развода столкнулась с критикой, хейтом и слухами.
«Я чищусь постоянно. Я только из монастыря вернулась. Исповедовалась. И отливки делала, и сейчас мне делают. Сколько бы я ни делала — всё равно. У меня с одной стороны икона лежит, с другой стороны — змеиная шкурка, которую мне сказали носить с собой», — поделилась знаменитость.
Она всерьез опасается порчи со стороны Елены Товстик — бывшей жены своего нынешнего возлюбленного Романа. Полина рассказала о фотографиях, перечеркнутых разноцветными ручками с кро.....ми пятнами: «Там ужас ужасный, я такое увидела впервые!».
Влад Череватый — эзотерик, служитель «темных сил», по его собственным заявлениям, человек, который «продал душу дьяв.лу» и прокл.л собственных родствен....в, — выносит ей диагноз, от которого у нормального человека волосы встали бы дыбом, если бы не абсурдность происходящего: «Вас воспринимают как гнил.го человека, хотя это не так. Это прям считывается, вы пытаетесь закрыть себя настоящую. Вам бы со мной поработать, и всё было бы хорошо». Он намекнул, что на Полину могли навести порчу. Саму Полина этот факт уже не удивил.
Полина Диброва пришла к темному магу за индульгенцией. Она, женщина, поступки которой разрушили по меньшей мере две семьи — ее собственную и семью ее ближайших друзей Товстиков, — утверждает, что «никогда бы в жизни не взяла на себя ответственность разрушать чужое счастье».
Ее логика проста: мужчину нельзя увести, если он сам не хочет уходить. Выбирая любовь, выбираешь правду. Искренняя любовь невозможна без честности — перед собой и перед другим. Но разве честность — это когда ты, будучи замужем и имея статус крестной матери детей подруги, снимаешь особняк, как пишут сми, для встреч с ее мужем в пятистах метрах от собственного дома? Когда семьи Дибровых и Товстик дружили домами, а Полина была крёстной матерью одного из детей Романа и Елены и встречала подругу из роддома, разве это не было предательством высшей пробы? Или общество ошибается и такое делается исключительно из благородных мотивов?
Однако Полина предпочитает говорить не о моральной стороне вопроса, а о «порче» и «змеиных шкурках». Она буквально материализует свое внутреннее состояние: с одной стороны, святость (икона), с другой — обман и предательство (змеиная шкурка). Ведь именно так и выглядит современный публичный человек: одна часть лица обращена к иконе, другая — к любовнику в арендованном особняке.
Почему Диброва не пошла к психологу или священнику? Потому что психолог сказал бы правду о ее травмах и ответственности, а священник призвал бы к покаянию. Но Череватый дает ей то, что она хочет: версию о внешнем зле, о магическом воздействии, о «гнилом» восприятии обществом того, что на самом деле является результатом ее собственного выбора. И она готова за это платить — не деньгами, а своей репутацией, которая и так уже трещит по швам.
Влад Череватый отметил, что проблема связана с тем, как Диброва преподносит себя людям. Для изменения общественного восприятия необходимо стать более открытой и чаще показывать себя настоящую.
Но что значит «показывать себя настоящую»? Полина — идеальный продукт «эпохи отмены ответственности», где любой проступок можно списать на тяжелое детство, гормональный сбой или, на худой конец, проклятие бывшей жены любовника. Она готова отчитываться перед экстрасенсом о походах в монастырь и обрядах отливки, но не готова ответить на простые вопросы: как она смотрит в глаза бывшему мужу, 16 лет называвшему ее «самым прекрасным, что было в его жизни»? Как она объяснит своим сыновьям, почему рухнула их семья?
Дмитрий Дибров, по слухам, до сих пор не может оправиться. Психологи утверждают, что измена жены с другом семьи убила его самооценку, ведь 30-летняя разница в возрасте предполагала негласную формулу «Я даю стабильность, опыт, статус». Но Полина опровергает: она ушла «ни с чем», якобы не претендуя на имущество и отказываясь от дележки многомиллионного состояния мужа. Даже если это правда, сделка с совестью уже совершена.