С Государственной инспекцией по маломерным судам МЧС России Якова Васильевича Митрофанова связывают уже почти 20 лет. А с работой на судах, не только маломерных, так еще больше. В спасательное ведомство он пришел из Амурского пароходства. И о сделанном когда-то выборе не жалеет. Накануне профессионального праздника о своей работе и отношению к безопасности на воде государственный инспектор отделения ГИМС по г. Хабаровску ГУ МЧС России по Хабаровскому краю Яков Митрофанов рассказал в интервью.
– Всякая работа сложная. Как и везде есть свои трудности. За то время, пока я работаю в МЧС России, отношение людей к маломерному флоту изменилось. Раньше многие жители края, если спускаться от Хабаровска ниже по Амуру, даже не знали, что такое Государственная инспекция по маломерным судам и откуда она взялась. А сейчас уже и на Нижнем Амуре судоводители знакомы тесно с нами. Да и дисциплинированнее стал народ. С пьянками и гулянками уже не так часто встречаются на воде, как раньше. Сейчас уже понимают, если выпил, значит не садись за руль. Хотя некоторые, конечно, пытаются нарушить это правило, но вода сразу наказывает за это. Жизненные примеры наглядно показали, и многие поняли, что пьяному нечего в лодке делать. Хочешь выпить – вышел на берег и пей там сколько угодно.
– Яков Васильевич, проще всё-таки профилактировать или наказывать за нарушения? Как эффективнее получается?
– Профилактика, кстати, более эффективная. Наказание, конечно, тоже имеет место быть, но в большинстве случаев люди понимают со слов. Штрафы – это уже карательные меры, они как-то стопорят нарушителей, если больше ничего не работает. Да и сейчас меры наказания чувствительны, если раньше ты за незарегистрированный катер 500 рублей отдавал, то сейчас 15 тысяч. Разница есть. Смекалка в работе тоже помогает, в том числе в борьбе с нарушителями. Гидроциклисты у нас были головной болью, они никогда не регистрировались, пытались «закосить» на свою скорость, что могут всегда убежать. Они недопонимали, что мы не будем за ними гоняться, мы их возьмём там, где они спускаются и поднимаются. И всё. Когда они это поняли, то уже и «шалить» прекратили. Как говорится в поговорке: «Если не хочешь работать головой, будешь работать руками». А здесь обратный эффект. Не хочешь бегать за ними по реке, включай мозги и работай по-другому.
– Люди всё-таки грамотнее стали, юридически подкованные. Проще с ними стало работать или всё-таки сложнее?
– Сейчас время реформ, и судоводители не успевают за ними. Особенно за переходом на цифровые форматы. Некоторых это шокирует: «Вот раньше было хорошо. Раньше пришёл, на бумажке написали и ты пошёл». Даже некоторые сейчас приходят и говорят: «А поставьте мне штампик техосмотра». Так же было и когда ввели права в электронном виде. Человек не мог поверить, что эти права действительны. Все привыкли к книжечкам, заламинированным бланкам. Многие из тех, кто имеет лодки, не работают с компьютерами и для них запись через «Госуслуги» порой темный лес. Поэтому кому-то подсказываем, кому-то показываем на примере, как это делается, куда заходить и что смотреть. Много людей солидного возраста, и тех, кто по своей специфике работы не связаны с компьютерами, допустим, тракторист, бульдозерист. Кроме того, программы постоянно дорабатываются, поэтому приходится самим тоже подстраиваться.
– Тяжело быть дипломатом в таких случаях и вообще в работе с людьми?
– Народ всякий бывает. Но они нервничают же не из-за того, что злые, а просто не понимают чего-то. А когда по полочкам разложишь всё внимательно, смотришь, и человек уже начинает понимать и воспринимать адекватно.
–У госинспекторов есть сложное время года в работе?
– Тяжёлое время – апрель-май. Люди просыпаются и вспоминают: «Ой, а у меня техосмотр закончился ещё два года назад. Ой, у меня удостоверение просроченное». При чем заглядываешь, а там уже 5 лет назад как дата истекла. То есть за 10 лет действия удостоверения и потом ещё 5 лет он не заглядывал в документы. И начинаются в аварийном режиме попытки решить все эти задачи. Таких судоводителей достаточно. Поэтому в начале навигации большой поток людей. Хотя мы всегда объясняем, что не надо откладывать на завтра, что можно сделать сегодня. Лучше без всяких нервов и очередей прийти весной, осенью, да даже зимой, и всё спокойно поменять.
– Но меняются не только программы, но и суда. В хабаровские отделения ГИМС МЧС России за последние несколько лет пришли новые катера.
– По сравнению с «Амурами», конечно, техника стала более надёжная, более приятная в управлении, скажем так.
– А на воде сейчас какие суда преобладают, если говорить о Хабаровске?
– Ну, 70% флота – это довольно-таки старые катера – «Амуры», «Казанки». Много стало резиновых лодок. Они удобны: свернул, на машине подъехал, развернул, накачал и поехал. То есть не надо тебе ни лодочную станцию, ни какие-то дополнительные мощности, чтобы её хранить, обслуживать и так далее. Свернул аккуратно и положил в гараж, а на речку приехал, накачал и поехал.
– А проблем больше с кем? С таким вот ПВХ-флотом или с катерами посолиднее?
– Конечно, многие, покупая резиновую лодку, как правило, переводят сразу двигатель под девять и девять, то есть не попадают под обязанность регистрироваться в ГИМС. На такие лодки не нужны права, не надо проходить техосмотр. Но даже эти владельцы маломерных судов должны соблюдать правила плавания и безопасности. То есть, надевать спасательные жилеты. Борта низкие, вероятность того, что тебя выкинет из лодки, велика.
– Сейчас многие увлекаются разными водными средствами. Не редко можно увидеть сапы на Амуре. Такие участники движения доставляют хлопот?
– Они больше, наверное, судоходству мешают, чем нам. Маломерные суда могут успеть отреагировать на них, а вот большим судам не так быстро можно поменять курс, остановиться, если на фарватере сап какой-то или ещё что-то. Те, кто катаются на крыле или лыжах, ещё могут как-то увернуться, у них скорость. А на сапе скорости нет, только физическая сила человека. Поэтому проводим профилактическую работу с организаторами таких сплавов, объясняем, чтобы они не находились на судовом ходу. Встречая на воде одиночных любителей, тоже разъясняем им правила движения по реке. То есть плавать вне мест организации судоходства, пересечение судового хода максимально под прямым углом и при очень хорошей видимости, чтобы убедиться, что судов, идущих поблизости, нет. Люди даже иногда не подразумевают, какая опасность может быть на реке и с чем они могут столкнуться. О печальном никто не думает, когда садятся на сап.
– А учиться водить катер и получать удостоверение всё-таки нужно?
– Надо понимать, что этот документ больше нужен самому судоводителю. Тут как на дороге, когда купил права и ездишь. На воде, если ты купил права, то можешь оказаться на мели или перевернуться на воде и долго ждать помощи, или же бесследно утонуть. И всё из-за незнания реки и особенностей вождения. Сначала надо нарабатывать опыт управления судном, а потом уже выходить на акваторию. Кажется, смотри вперед и двигайся как хочешь, знаков и разметки нет. А потом оказывается, что есть нюансы, есть какие-то буи, волнение, ветер, мели.
Амур – это не такая уж простая речка для судоводителя. Перед выходом, во-первых, ты должен уточнить прогноз. Собрался куда-то выходить, посмотри, какой ветер, какой уровень, будет дождь, не будет дождя. А то ты зайдёшь в какое-нибудь озеро, а вода резко упала, и ты уже не едешь на лодке, а тащишь её на себе. Или при низком уровне Амура у нас могут появляться мели или опасные под водой конструкции, которые до этого не видны. И когда ты несёшься на скорости, то остаёшься, ну, без двигателя, скажем так. Бдительность терять не надо ни в каких ситуациях.
– Были случаи, когда приходилось выручать кого-то на воде?
– Мы же не только карающий орган, мы и помогающий, спасающий. Поэтому приходилось помогать. Бывало, в непогоду забирали людей с другого берега. Уехали накануне в хорошую погоду, а на следующий день шторм, и они боятся вернуться. Кого-то на буксир брали или сопровождали, когда поломка случалась, мотор глох. Ты же как госинспектор, да и как человек, не пройдёшь, если люди просят о помощи.
Но не только жителям края требуется наша поддержка. В пожароопасный сезон и во время паводка также оказываем помощь в доставке групп спасателей и пожарных к местам возгораний или подтоплений на островные территории Хабаровска, специалистов беспилотной авиации. Приходится реагировать и при транспортировке людей, кому требуется медицинская помощь. Участвуем в осмотре акватории при поисках людей.
– Сейчас наступает лето. Достаточно «горячий» сезон. Что самое тревожное в работе государственного инспектора ГИМС?
– Естественно, что вся тревога заключается в патрулировании. Большую часть рабочего времени инспекторы на воде проводят. И здесь внимание не только к судоводителям, но и к детям на берегу, кто без надзора взрослых купается. Профилактические выезды проводим совместно с инспекторами по делам несовершеннолетних, администрацией города, общественниками. Встретил таких ребятишек, вызвал родителей, чтобы думали, где у них дети, чем занимаются. Но, к сожалению, дети гибнут и когда взрослые рядом. Семья приехала, папа с мамой сидят, выпивают, ребятишки сами по себе купаются. И даже могут не понять, что у них ребёнок утонул. Любая смерть - ничего хорошего, но, когда гибнут дети, особо горестно. На каждом углу инспектора не поставишь, а ты только ушёл в другой район, они опять вышли на берег и продолжают купаться. Мы на протяжении всего года проводим уроки безопасности в школах, на пришкольных площадках, в летних оздоровительных лагерях, детских садах. Но важно, чтобы и родители постоянно с детьми разговаривали, объясняли и пример подавали правильный. На воде нельзя быть без присмотра.
– Чего бы пожелали в праздник?
– Коллегам, конечно, здоровья, счастья и успехов на воде. А людям, чтобы не теряли голову, когда идут на водоемы.
15 июня отмечается День образования Государственной инспекции по маломерным судам МЧС России.
Беседу записала Екатерина Потворова,
пресс-служба ГУ МЧС России по Хабаровскому краю.
#ГИМС #МЧСРоссии #спасатели #профессия