Утром сотрудники Муниципального приюта обнаружили Ваню мёртвым. Полная пасть досок, вольер почти разобран.
Сердце не выдержало, досок наелся? Мы не знаем, но пса убивала его ситуация: он очень нервничал массовом приюте. Каждый день становилось хуже. Реакция на всё была одна — истерика.
Знаете, что самое мерзкое — он ушёл никому не нужный. Мы нашли заводчицу (Ваня был не стаффордом, а булли), забрать его она не смогла — у самой сидят отказники. Мы нашли человека, которому Ваня был продан в возрасте 4,5 месяцев. Она сейчас живёт в другом регионе и, кстати, тоже стала заводчиком собак этой породы. Она дала контакты мужчины, которому перепродала пса. Номер не доступен, в соцсетях глухо. Известно только, что мужчина был военный.
Это страшно, когда ты никому не нужен. Озаботились судьбой Вани волонтёры. Искали заводчиков, искали варианты, распространяли информацию. Заводчики тоже участвовали. Из других регионов готовы были принять собаку. Но как транспортировать её в таком состоянии? И главное, как потом отследить судьбу, если снова пойдёт что-то не так?
На завтра к нему записана была семья, у которых свои собаки этой же породы. Мы не знаем получилось бы что-то из этого или нет. И уже не узнаем.
Больно, очень больно.
Хочется кричать, чтобы до людей дошло — прежде чем завести собаку, думайте!
Занимайтесь воспитанием — и собаки, и своим!
Задайте себе вопрос: «Я при любых обстоятельствах не брошу питомца?»
Зачем плодить животных, если адекватных хозяев для них намного меньше, чем самих животных?
Пса звали Арни, но для нас он навсегда останется Ваней.