«Мистер Планктон» - очень теплая, хорошая история. К тому же в этом проекте вы раскрылись с совершенно новой стороны.
Мне невероятно приятно встречать людей, которые его посмотрели. Я безумно люблю эту работу и постарался вложить в нее максимум сил. Сейчас на телевидении много «дофаминовых» дорам, но этот проект был совсем другим. Пожалуй, это первый случай в моей карьере, когда я пришел в агентство и твердо сказал: «Я обязан сняться в этом проекте, чего бы мне это ни стоило».
Да и проектов, где главный герой в итоге погибает, сейчас не так много, верно?
Да, мой персонаж умер. И передать это состояние было морально тяжело. Сложно играть жизнь, когда твой герой постоянно помнит о близкой смерти (смеется). Но у сериала появились преданные фанаты, так что я доволен. Из всех моих знакомых, кто его видел, равнодушным не остался никто.
И после этого вы снова вернулись в проект «Охотничьи псы», где буквально много крови, пота и слез.
Вообще-то я планировал сняться в романтической истории, но мне предложили роль в сериале «Сделано в Корее». И я подумал: если не соглашусь сейчас, то когда еще мне выпадет шанс поработать в масштабном проекте бок о бок с такими легендарными актерами старшего поколения? Я понял, что эти съемки станут для меня колоссальным опытом, поэтому романтику пришлось снова отложить.
Вы работали на износ, но в прошлом году на экраны не вышло ни одной картины с вашим участием. Вас, должно быть, замучили вопросами в духе: «Куда ты пропал?»
Я работал без остановки, просто зрители этого еще не видели. Зато в этом году проекты выходят один за другим. Когда снимался первый сезон «СВК», параллельно шли съемки вторых «Охотничьих псов», и я тогда был очень плотным, крупным. А вот во время съемок второго сезона «СВК» я, наоборот, сильно похудел. Сейчас я вешу на 13 килограммов меньше.
Во вторых «Охотничьих псах» у вашего героя постоянно глаза на мокром месте. Как думаете, почему ему пришлось так много плакать?
У него действительно сложная судьба, а взгляд должен оставаться чистым, почти детским. Но в новом сезоне он много рефлексирует. Для меня это история о том, как парень взрослеет через внутренние конфликты и душевные муки. Мне очень хотелось показать это превращение мальчика в мужчину. Правда, ловить этот чистый взгляд мне теперь гораздо труднее, чем раньше. Все-таки в глазах человека всегда отражается его жизненный опыт. Разрез глаз можно скорректировать у хирурга, а вот взгляд изменить невозможно. Поэтому сейчас я стараюсь жить так, чтобы сохранять внутренний покой.
Никогда ведь не знаешь, в какой роли этот чистый взгляд пригодится снова. Выработали какой-то свой секрет?
Конечно, этот навык нужно всегда держать при себе. Думаю, у меня начинает получаться. Секрет в том, чтобы заставлять себя смотреть на мир светлее. Без осознанных усилий тут не обойтись.
Финал второго сезона «Охотничьих псов» явно намекает на третий. Наверняка вас постоянно об этом спрашивают?
Иногда кажется, что мы этим финалом прямым текстом выпрашиваем у Netflix продолжение (смеется). Зато есть стойкое ощущение, что «все зрители на нашей стороне». Моего героя пока нельзя назвать зрелым, и, чтобы завершить его историю, проекту просто необходимы новые сезоны. Я не знаю, где предел его развития и куда это его приведет, но пока он все еще продолжает расти. Если на этом придется поставить точку - что ж, пусть так, но лично я очень хочу продолжать.
Съемки, должно быть, изматывали. Чего стоит одна сцена, где вы бежите босиком, не говоря уже о постоянных жестких тренировках. Высокие рейтинги ощущаются как награда за эти мучения?
Ради реалистичности в кадре я сам настоял на том, чтобы бежать босиком, но на деле это оказалось адски трудно (смеется). Но даже помимо рейтингов, меня безумно радует то, что люди впервые начали массово делать пародии на мою работу. Именно сейчас я по-настоящему прочувствовал, что такое связь со зрителями по всему миру. Никогда бы не подумал, что люди в соцсетях будут повторять даже мои кувырки (смеется).
В интервью перед выходом первого сезона вы говорили, что мечтаете услышать от зрителей: «Такого экшена мы еще точно не видели». Когда вы приступали к сиквелу после обрушившейся похвалы, груз ответственности сильно давил?
Ответственность была огромной. Я ставил перед собой цель сделать хотя бы наполовину так же хорошо, как в первый раз. Снять сиквел, который превзойдет оригинал, невероятно сложно. Я рассуждал так: «Ладно, прыгнуть выше головы трудно, но давайте выдадим максимум из возможного». И когда теперь я слышу отзывы вроде: «Первый сезон был крутым, но второй просто пушка», я чувствую себя по-настоящему счастливым.
Получается, цель достигнута?
Думаю, мы перевыполнили план. По крайней мере, это точно не тот случай, когда начали за здравие, а кончили за упокой. Мне многие говорят: «Представляем, как тяжело тебе пришлось» (смеется). От такой отдачи получаешь мощный дофаминовый всплеск. Из-за этого я, кстати, в последнее время забросил спортзал - стараюсь лишний раз не перенапрягаться. Мне теперь даже немного страшно соглашаться на экшен в других проектах. Похожая история случилась на съемках фильма «Тропическая ночь»*. Я пришел туда сразу после «Охотничьих псов», а мне режиссеры говорят: «До Хван, мы ставим такие сложные трюки только потому, что верим в тебя». И мне оставалось только ответить: «Конечно, без проблем, сделаем!» (смеется). Это очень льстит, но в то же время планку опускать нельзя. Так что в следующих боевиках надо бы мне взять в руки какое-нибудь оружие - пистолет или нож, чтобы было полегче (смеется).
И тем не менее, вы все равно думаете о боевиках. У вас какая-то особая любовь к этому жанру?
Есть такое. Дорамы других жанров зрители часто включают фоном, пока занимаются домашними делами. Но если вы хотите заставить человека намертво прильнуть к экрану, нужно показать ему настоящее зрелище. Сомневаюсь, что кто-то отвлекается на телефон во время динамичных сцен драк. В «Адвокате из Чосона» мне приходилось говорить без умолку, и если выбирать между «словесным экшеном» и физическим, я однозначно выберу драки.
Ха-ха, то есть экшен - это ваша долгосрочная специализация?
Именно. Глядя на это, я иногда шучу: «Ну, с голоду я точно не умру». Этот жанр стал моей визитной карточкой, а после «Охотничьих псов» я делом доказал, на что способен. Так что, пока здоровье позволяет, я буду продолжать.
Да ладно вам, с чего бы вдруг вообще думать о голодной смерти?
Ха-ха, это я, конечно, утрирую, но мне действительно не хочется выпускать эту нить из рук. Зрителям нравится то, что я делаю. И становиться лучше, продолжать показывать класс - это мой способ оправдать их ожидания.
Съемки продолжения «Сделано в Корее» завершились в марте, чувствуете облегчение?
Да, мы закончили в марте. Команда говорит, что материал получился отличный, режиссер тоже остался доволен, так что я спокоен. Я очень давно хотел поработать с режиссером У Мин Хо. Как минимум потому, что мы однофамильцы! (смеется). Помню, когда я еще снимался в фильме «Мастер», режиссер У приходил на площадку к Ли Бён Хону. Я тогда смотрел на него и думал: «Вот вырасту, стану успешным актером, подойду к нему и скажу: «Знаете, а я ведь тоже из рода У».
Ха-ха, и как, сказали в итоге?
Когда мы впервые встретились, режиссер У Мин Хо сам заговорил об этом первым! Мне было безумно приятно. В Корее у нашей фамилии действительно один корень, так что я, можно сказать, удачно примазался к его авторитету (смеется). У нас вообще тесная связь: сценарий к фильму «Тропическая ночь» изначально писали режиссер У вместе с Ким Пан Су, и, насколько я знаю, именно У Мин Хо порекомендовал меня на роль. Находиться на площадке и наблюдать за игрой таких мастеров - это чистое удовольствие.
В «Сделано в Корее» вы сыграли элитного офицера, выпускника военной академии и младшего брата, который напрочь отвергает заботу старшего брата в исполнении Хён Бина.
Я видел комментарий, где наши отношения назвали «подростковым бунтом» (смеется). Это классический образ: отцы того поколения воспитывали сыновей в строгости и эмоциональной холодности, считая, что так куются сильные характеры. Парня заперли в жесткие рамки и твердили: «Ты мой брат, ты обязан соответствовать». Представляете, как ему было душно в этой атмосфере? Но лично я считаю так: если разобраться, мой персонаж там самый добрый и единственный нормальный человек во всей истории (смеется).
Каково было снова надеть военную форму? Вы ведь сами не так давно вернулись из армии.
Это сложная задача. Рамки устава лишают тебя свободы самовыражения, ты обязан постоянно держать выправку и уже внутри этой жесткой структуры пытаться раскрыть характер персонажа. К тому же в первом сезоне мой герой - совсем зеленый парень, который только получил звание младшего лейтенанта, так что выправка у него должна была быть прямо-таки звенящей. А вот в «Мистере Планктоне» я, наоборот, полностью расслабился. Был собой, плыл по течению, как планктон. Какая разница, как ты выглядишь, если твой герой знает, что завтра может умереть?
Эта роль как-то изменила ваши личные взгляды на жизнь?
И очень сильно. Я четко осознал: нужно жить сегодняшним днем и ценить счастье в моменте. Я и сам не знаю, куда меня завтра занесет жизнь. Поэтому сейчас я смотрю в будущее скорее с предвкушением, чем с тревогой. Это приятное волнение.
Был ли в вашей карьере проект, который разделил жизнь на «до» и «после»?
Не скажу, что все изменилось в один миг, но отправной точкой стал фильм «Мастер». Он оказал на мою судьбу колоссальное влияние. Благодаря ему люди вообще узнали обо мне, начали гуглить мое имя, а сразу за ним последовал «Спаси меня». Пожалуй, именно тогда все и закрутилось.
Сейчас, когда съемки позади, планируете устроить себе полноценный отпуск?
Думаю отдохнуть месяц-два. Хотя для меня это слишком долгий срок. Знаете, бывает так: вкалываешь целый год без продыху, а на экраны за это время не выходит вообще ничего (смеется). И в такие моменты думаешь: «Может, мне вообще нельзя отдыхать?». К тому же сейчас на улице потрясающая погода. В такие дни нужно быть на съемочной площадке - и я там нахожусь.
Вы, кажется, вообще ни о чем, кроме работы, думать не можете.
Просто когда съемки идут на улице, в хороший солнечный день... сидеть в кресле и спокойно ждать своей сцены - это для меня и есть абсолютное счастье. Легкий ветерок, который дует в этот момент, уносит меня мыслями в школьные годы, когда точно так же на закате я возвращался домой.
[по материалам Allure]
*******************************************
* «Тропическая ночь» (열대야) - это полнометражный криминальный боевик, который позиционируется как жесткое, бескомпромиссное «нуарное» кино. Сюжет фильма разворачивается в Бангкоке - городе, в котором жарко даже глубокой ночью. У До Хван играет главного героя - бывшего профессионального боксера, который волею судеб оказался в Таиланде и теперь работает коллектором на крупнейшую местную наркомафию. Именно для этой роли актеру и пригодилась его невероятная физическая подготовка из «Охотничьих псов». Его партнерами по экрану стали Чан Дон Гон («Хроники Асдаля»), который сыграет корейского детектива, прибывшего в Бангкок с миссией по разгрому наркосиндиката, Ли Хе Ри («Ответ в 1988») и Пак Сон Хун («Слава»).
Съемки фильма стартовали в январе 2024 года в Таиланде и уже завершены. Ждем дату премьеры.