Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Оценка и право

Можно ли наказать за порочащие сведения в судебном процессе?

В судебном процессе стороны, доказывая свою точку зрения или опровергая аргументы другой стороны, часто переходят границы и не подбирают слов, поэтому на судебном заседании можно услышать оскорбления, неправду и другие обидные высказывания. Многих интересует: Можно ли взыскать компенсацию за клевету или порочащие сведения в рамках гражданского процесса? Почему ложь и порочащие сведения в суде почти всегда безнаказанны? Учитывая подобную ситуацию, недавнее разъяснение Верховного суда РФ о выборе слов в судебном процессе (Определении ВС РФ № 16-КГ26-1-К4) очень актуально.
СУТЬ ДЕЛА
Ситуация, которая стала объектом рассмотрения Верховного суда: был подан иск о защите чести и достоинства. Причиной стала словесная перепалка между соседями, в которой ответчик  публично "нелестно" высказывался об истце, распространяя порочащие сведения. Суд рассмотрев иск взыскал с него за это компенсацию морального вреда. Но этим дело не закончилось. Позднее истец, вспомнил, что и в зале суда ответчик якобы

В судебном процессе стороны, доказывая свою точку зрения или опровергая аргументы другой стороны, часто переходят границы и не подбирают слов, поэтому на судебном заседании можно услышать оскорбления, неправду и другие обидные высказывания. Многих интересует: Можно ли взыскать компенсацию за клевету или порочащие сведения в рамках гражданского процесса? Почему ложь и порочащие сведения в суде почти всегда безнаказанны?

Учитывая подобную ситуацию, недавнее разъяснение Верховного суда РФ о выборе слов в судебном процессе (Определении ВС РФ № 16-КГ26-1-К4) очень актуально.

СУТЬ ДЕЛА
Ситуация, которая стала объектом рассмотрения Верховного суда: был подан иск о защите чести и достоинства. Причиной стала словесная перепалка между соседями, в которой ответчик  публично "нелестно" высказывался об истце, распространяя порочащие сведения. Суд рассмотрев иск взыскал с него за это компенсацию морального вреда.

Но этим дело не закончилось. Позднее истец, вспомнил, что и в зале суда ответчик якобы распространил о нем порочащие и не соответствующие действительности сведения. Поэтому он подал новый иск и потребовал признать эти заявления порочащими честь и достоинство и просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

КАК РАЗВИВАЛИСЬ СОБЫТИЯ

Первая инстанция и апелляция отклонили такой иск. По их мнению, оспариваемые сведения — это суждение ответчика, они носят субъективный и оценочный характер. Пояснения участников спора на судебном заседании — одно из доказательств по делу, а потому они не могут быть предметом судебной защиты. Кроме того, из содержания и общего смысла показаний следует, что ответчик не пытался опорочить честь и достоинство истца, указали они.

Истец решил оспорить решение, так кассационная инстанция отправила дело на новое рассмотрение. По мнению кассации, предыдущие инстанции не разъяснили участникам спора, что у них есть право ходатайствовать о проведении лингвистической экспертизы. Но в итоге при повторном рассмотрении в иске снова отказали. В результате спор дошел до Верховного суда.

ЧТО ПОСТАНОВИЛ ВС

Судебная коллегия по гражданским делам ВС указала на ошибки кассации, которая решила, что объяснения стороны по гражданскому делу можно проверить в ходе отдельного судебного процесса.

ВС обратил внимание на  п. 11 Постановления Пленума (от 24.02.2005 N 3). В нем говорится, что сведения, распространенные участниками другого дела и исследованные судом в качестве доказательств, нельзя оспорить в порядке ст. 152 ГК (это статья о защите чести, достоинства и деловой репутации). Такое требование трактуется как требование повторной судебной оценки этих сведений, включая переоценку доказательств по ранее рассмотренным делам, напомнил ВС.

Такая позиция Верховного суда соответствует устоявшейся практике. Так, дача пояснений по делу в суде видится, как реализация человеком права на судебную защиту. Он дает объяснения непосредственно суду, органу правосудия, поэтому их нельзя оспорить по ст. 152 ГК. Решения по таким делам публикуют на сайте суда в обезличенной форме, что исключает доведение сведений до широкого круга лиц. На это указывала апелляционная инстанция в определении по похожему делу № 33-4061/2025. Ключевой вывод: "иммунитет" распространяется только на то, что происходит непосредственно в рамках судебного процесса. Как только информация вышла за пределы зала суда (или за пределы процессуальных документов), общие правила статьи 152 ГК РФ вступают в силу.

Если говорить простым языком суть в том, что с точки зрения суда участники процесса должны иметь возможность высказаться свободно, так как считают необходимым для донесения информации и не опасаться привлечения к ответственности. Иной подход затруднял бы установление обстоятельств дела и снижал бы эффективность разбирательства. В ходе судебного заседания истец и ответчик якобы обозначают "свою правду". В рамках судебного заседания — это принято называть правовой позицией, сведения сообщаются в присутствии второй стороны и они подлежат проверке и оценке судом. Суд обязан не только выслушать объяснения сторон, но и в совокупности изучить иные доказательства по делу. Если лишить одну из сторон возможности отстаивать свою позицию, то процесс может потерять состязательность. Вы также можете изложить доводы и опровергнуть сказанное оппонентом  в судебном заседании, когда суд предоставит вам возможность дать свои пояснения по существу дела.

Здесь возникает логичный вопрос: значит в суде можно безнаказанно врать? За лжесвидетельство участников можно привлечь к уголовной ответственности. Если противоположная сторона зайдёт слишком далеко, сопровождая ложь подложными документами, то за заведомо подложные доказательства сторона будет нести ответственность перед законом. Но именно диффамационной, то есть гражданско-правовой, ответственности, по мнению суда, здесь нет.