Я знаю, за что ругали Прокофьева!
И вы, если разоритесь на вот такой буклет, тоже будете знать.
А что, могу себе позволить - мне "пенсионерский" билет дешевле вышел, чем буклет с программкой. Про кофе уже не говорю...
Правда, видно оттуда, если не лежать на бортике, как-то так... И это мне еще повезло, купила одно из центральных мест!
Ну да ладно, оперу можно и послушать, для того по обе стороны сцены большие плазменные экраны поставлены.
А вот с организацией незадача:
- Капельдинерам раздали программки на следующий день. Вы заметили? Увеличьте фото вверху, там будет видна дата: 14 июня, в 12 часов. А премьера, как вы помните - 13 июня, счастливое число. Хорошо, я пришла ровно за час и тут же подняла тревогу - автор вообще большой любитель замечать разные подробности, мимо которых хладнокровно проходит большинство сограждан. А то бы так все и не знали, кто, собственно, пел премьеру.
- Двери в зал открыли без 5 минут семь, хотя обычно - за четверть часа, или еще раньше. А вы говорите, зачем кофе... Ну и что бы я делала - стояла в толпе, стены подпирая?
- Начали на 25 минут позже. Что ж вы хотите? Дирижировал САМ!
- Антракт один, его задержали тоже.
- После спектакля вышла из здания около 11 вечера. Кому далеко ехать, примите к сведению.
При всем этом общее впечатление от спектакля - лучше ожиданий.
Декорации и костюмы
В первом действии особо не разгуляешься: лес, партизанская деревня, потом госпиталь, краски либо маскировочные серо-зеленые, либо постиранные белые.
После антракта дело пошло веселее: приятного вида здание у левой кулисы, внутри как бы лечебница, окна можно открыть и закрыть. В середине - что-то похожее на ворота старинной усадьбы, отданной под санаторий, за ними - буйная растительность, кусты сирени, наверное. Обстановка вполне элегическая и даже романтическая.
Я не фотографировала, хотя возможность такая была, капельдинеры за порядком уже совсем не смотрят. Да и кто бросит в них камень, при таких-то обстоятельствах?
Костюмы - кто помнит, когда погоны вернули? Алексей с товарищами должны лететь в Сталинград, это 1943 год, правильно? Кстати, нигде в либретто Сталинград не называется по имени, только "город на Волге".
Для смены декораций имеется поворотный круг - удивительно, почему он так редко работает на Исторической сцене.
Ну и гвоздь программы - вернее, сразу два: самолеты на сцене, в натуральную величину. (Вы их увидите в записи ниже, когда все участники выходят на поклоны)
Думаю, постановщики немного просчитались, если ждали оглушительных оваций. Это же Большой, тут колесные тракторы по сцене ездят, людей из-под потолка в костер бросают - так что зритель и не такое видывал...
Кстати!
А вы всё спрашиваете, почему в новой "Золушке" Фея одевается, как на рынке Садовод... Понятно же, Боливар (бюджет) не выдержит двоих.
Музыка
К моему крайнему удивлению, все оказалось не так плохо, никакого особенного формализма, символизма или абстракционизма. Нет, не то, чтобы я завтра же купила диск и слушала перед обедом. Но один раз - пойдет.
Оркестр пересадили. Я специально взяла билет слева, чтобы от меди не оглохнуть - так посмотрите, с моей стороны все ударные и духовые оказались. А виолончели задвинули ближе к служебным ложам.
Кстати, в репетиторской ложе - по-видимому, вся постановочная группа, два ряда полностью заняты. В директорской - всего один гражданин, активно хлопавший на поклонах. Кто - не разберу на таком расстоянии, но думаю, начальник Молодежной оперной программы.
И тут мы плавно переходим к составу:
Премьера в некотором роде стала бенефисом Молодежной программы. Особенно для тех ее участников, кто тем или иным боком связан с городом на Неве...
Действующие лица и исполнители
Начну с тех, кто лучше запомнился - и это не совсем уж зеленая молодежь.
Алина Черташ - невероятно красивое меццо, будущая, а может, уже и настоящая оперная звезда, из тех голосов, что могут петь телефонную книгу. Мне даже не надо было следить за сюжетом, лень свешиваться с бортика - я не видела персонажа на сцене, но точно знала, что это именно она. У нее есть индивидуальность, что теперь нечасто встретишь, и воспитание, что бывает еще реже - после спектакля она вышла на авансцену, поприветствовала зрителей и быстренько вернулась в общий строй, не пытаясь привлечь к себе внимание.
Для меня она - молодая и начинающая, хотя на самом деле в театре уже лет десять. Я ее запомнила в бестолковой постановке на Камерной сцене несколько лет назад, уже тогда будучи уверена, что эту певицу ждет большое будущее. Если я когда-нибудь соберусь на "Кармен", которую в Большом не очень хвалят, то исключительно ради голоса Алины Черташ.
Роман Муравицкий. Никогда не слышала в главных партиях. Наверное, его тенор по-научному называется "характерным". В кино он был бы "мастером эпизода", его Шуйский и Бомелий - такие запоминающиеся вкрадчивые мерзавцы!
Собственно, и дед Михайло - вовсе не партия первого ряда, там вообще нет таких, кроме главного героя. Но в первом акте он со сцены не уходит чуть ли не целый час! При этом и поет, и отменно играет, на этот раз сугубо положительного и даже политически сознательного сельского гражданина. Рада за него!
И это всё.
Про совсем маленькие партии что говорить, на то они и совсем маленькие.
Нет, конечно, есть Полина Шабунина - невеста главного героя. Мне очень нравится ее нежное лирическое сопрано, когда она Джильда или Иоланта. В воспоминаниях Алексея о мирной жизни - да, тоже хорошо, трогательное платьице с рюшечками, белые носочки... Но военврач с орденом Красной Звезды?
Еще две барышни, Анастасия Сорокина и София Федорова, не очень отличались друг от друга, даром что одна - городская студентка и сопрано, а другая - меццо и молодая крестьянка. Нет, ничего плохого не могу сказать, но при таком числе разных персонажей без особых ярких характеристик запутаться немудрено.
Михаил Казаков - главный врач госпиталя. С одной стороны, ожидала большей внушительности. С другой стороны, он же тут профессор - не царь, не хан и даже не король, ему не пристало греметь под сводами.
С остальными мужчинами совсем неважно дело
Из двух пациентов-теноров более выигрышная партия у Руслана Бабаева. Его летчик Кукушкин - госпитальный балагур, где не поет, там пляшет.
У танкиста Гвоздева с обожженным лицом и текста меньше, и характер одноплановый, такое либретто, потому и впечатления скромные. Хотя Захара Ковалева я точно слышала в Камерном театре еще до их переливания в Большой, а туда людей без актерского дарования не брали.
Андрей Дегтяренко, друг Алексея - Александр Бородин. Не знаю, что и сказать... Друг на сцене почти столько же времени проводит, сколько и главный герой, мало того, он еще должен исполнить гопак от радости, найдя друга живым. И вообще вся партия требует значительного актерского дарования, которого я никак не могу обнаружить. Про вокал уж не буду говорить, я не специалист.
Комиссар - Алексей Кулагин. Предсказуемое недоразумение. Партия совсем небольшая, но очень важная: зритель должен поверить, что именно этот человек, сам будучи при смерти, сумел перевернуть всю жизнь главного героя. Здесь требуется значительность и голоса, и самого присутствия на сцене, нужна заметная личность, от которой нельзя отмахнуться, которую нельзя забыть.
Если бы я этого молодого артиста не видела / слышала на днях в "Евгении Онегине", у меня бы еще какая-то надежда теплилась. Но так... Нет, это несерьезно.
И, наконец, сам Алексей Маресьев - Аркадий Чайкин. Тут я и вовсе не знаю, что и думать... Даже не могу определенно утверждать, что он баритон, а не драматический тенор без верха.
Вот, у кого есть слух и/или музыкальное образование - что скажете?
Не поймите меня превратно, внезапно главная партия, да еще премьера - до того были сплошь "второй корабельщик" / "первый сверстник" - это серьезное испытание для кого угодно, а он еще совсем молодой артист и старается, как может. Но можно со временем расширить диапазон и отточить технику, а что делать, когда тембр дается от рождения, и тут уже ничего не попишешь?
Несмотря на такие критические соображения, почти вывихнутую шею и позднюю ночь - антракт только начался в девять вечера (!) - автор встретил второе действие в самом благодушном настроении.
Оформительская идиллия - сельский пейзаж, цветущий сад, изящные скамейки немало этому способствовали.
А уж когда пошли танцы! Вальс, румба и не помню, что еще... Минут десять, если не больше, миманс героически развлекал публику, давая отдохнуть солистам оперы.
Увидев танцующего, как ни в чем не бывало, Маресьева, по воле авторов либретто медкомиссия сразу же дает ему лётный допуск, и вместе с боевыми товарищами он направляется в Сталинград.
Под черно-белую хронику звучит мощный хор в стиле "гром победы, раздавайся, веселися, храбрый Росс!"
Тут, казалось бы, самое время поставить точку? Или даже большой восклицательный знак!
Ан нет...
Вместо уже наметившегося воодушевляющего финала идет будничная картина "в лесу прифронтовом", сбивая темп постановки и полностью разрушая минуту назад созданное приподнятое настроение. Много слов, много движений, много видео и натуральных декораций. Ну да, надо же дорогостоящую технику куда-то пристроить... После чудесного спасения Алексея и его товарища, а также лихой посадки "Лавочкина" на сцену - ну теперь-то уже всё?
Как бы не так!
Около четверти часа нам показывают хронику Нюрнбергского процесса с последовательным переводом слов Геринга о загадочной русской душе. И потом, в конце концов, фронтовой корреспондент, невеста главного героя, его друг и он сам сообщают зрителям / слушателям, что это - повесть о настоящем человеке. А то мы не знали!
Еще больше десяти минут - поклоны и вручение цветов.
Что вам скажу в сухом остатке:
За 600 руб. премьера - отчего же нет, интереса ради.
Но я не знаю, кто будет ходить на эту оперу оперу дальше.
Вот вы пойдете?