После драматического подсчёта голосов - в какой-то момент левый Роберто Санчес опережал правую Кейко Фухимори всего на 650 из почти 20 млн. избирателей - Фухимори всё-таки вырвала победу. Но победа эта крайне неубедительна: её преимущество составило всего 0,05%.
Проблема в том, что, даже если Санчес и лидеры левого движения признают победу Фухимори, их электорат этого точно не сделает. Слишком велик разрыв между двумя Перу - прибрежным, испаноязычным, более грамотным и благополучным (электорат Фухимори), и горным, индейско-метисным, малограмотным, нищим и исключённым из современной экономики и жизни. У индейской Сьерры - свои харизматичные вожди (сидящий в тюрьме экс-президент Педро Кастильо и глашатаи индейского национализма - Исаак Умала и его брутальные сыновья Ольянта и Антауро), собственная идеология - этнокасеризм («всё взять и поделить», причём взять у «белых» и «жёлтых», и поделить между индейцами).
На посту президента Фухимори предстоит столкнуться с Конгрессом, расколотым на левые, правые и центристские блоки. Незначительный разрыв в результатах президентских выборов говорит о слабом мандате победителя, что вкупе с разделённым Конгрессом делает страну трудноуправляемой, невзирая на личную твёрдость и административные способности самой Кейко.
Когда разрыв между кандидатами велик, эти системные недостатки могут показаться несущественными. Однако на выборах, отмеченных сильной политической поляризацией и крайне малым разрывом, такие недостатки могут поставить под угрозу легитимность демократической системы.
В последние два десятилетия экономика Перу развивалась успешно, но развитие приносило выгоду лишь жителям Косты, минимально затрагивая Сьерру. Другими словами, в Перу наблюдается разрыв между относительно устойчивой экономикой и всё более неэффективными политической и социальной системами.
Острая поляризация, свойственная Перу, имеет несколько причин. Одна из них - неспособность экономики поглотить рабочую силу, которую страна создаёт каждый год. В результате примерно 72% экономически активного населения занято в неформальном секторе. Тем не менее, этот сектор составляет около 43% экономической активности и сыграл решающую роль в расширении сельскохозяйственного экспорта.
Вторая причина - это кризис в сфере образования. Образование в Перу характеризуется серьёзными структурными проблемами, глубокими различиями между городскими и сельскими районами и тревожными пробелами в знаниях. К этому добавляются низкое качество государственных услуг и плохое состояние инфраструктуры.
Всё это приводит к выводу, что перуанская демократия несёт в себе слишком много недостатков, чтобы преодолеть поляризацию, противопоставляющую представителей неформального сектора представителям формальной, организованной и динамичной экономики. Обе группы представляют примерно половину населения страны и не могут (по крайней мере, пока) найти общего языка.
Двум противостоящим общественным лагерям будет трудно найти стимулы для сотрудничества. Для этого необходимы инвестиции в инфраструктуру, здравоохранение и образование, причём огромные. В стране, где президенты в течении десятилетия менялись каждый год, было практически невозможно развить инфраструктуру, необходимую для обеспечения роста. Аэропорты, автомагистрали, мосты и плотины требуют долгосрочного планирования, многолетней подготовки, строительства и финансирования. В отсутствие стабильности инвесторы готовы вкладываться только в проекты, приносящие быструю прибыль - нефтегазовый и горнодобывающий сектора, торговлю, строительство (только в благополучной Косте), но в долгосрочные проекты они вкладываться не будут.
Конечно, это не значит, что Перу фатально обречена на стагнацию и политическую конфронтацию. В стране есть стабильно развивающиеся сектора, инвесторы, несмотря ни на что, всё же приходят, хотя и только в некоторые отрасли экономики. И появился сильный лидер, хотя опереться он (точнее, она) сможет лишь на половину страны.
Поэтому стоит опасаться, что победа Фухимори может оказаться пирровой.