Несостоявшийся Новый год
(из жизни судового механика)
Моё судно пришло в Находку двадцать девятого декабря. Его сразу поставили на лесной причал на мысе Астафьева. Капитан сказал мне, что наше судно является для пароходства плановым в этом году, поэтому нас должны быстро загрузить и выгнать в рейс до Нового года.
Поэтому я отпросился у капитана, чтобы сообщить жене столь пренеприятнейшую новость. Для этого пришлось сойти на берег и выйти за проходную, чтобы с почты позвонить домой.
Почтовое отделение находилось в одной из пятиэтажек, расположенных рядом с проходной. Я шёл к переговорному пункту, а сердце защемило, так хотелось услышать родные голоса, чтобы сказать, что я наконец пришёл и что скоро мы увидимся.
Ждать разговора пришлось недолго. Я с трепетом вошёл в телефонную кабину и поднял трубку телефона.
— Алло, дорогой! — послышался из неё знакомый голос жены. Он звучал чуть устало, но тепло.
— Привет, — вырвалось у меня в ответ и бодро начал рапортовать. - Я уже в порту. Всё идёт по плану. – но жена тут же сбила мой бравурный тон рапорта, с тревогой поинтересовавшись:
— Как ты? — заботливо прозвучало в её голосе.
— Устал немного, — честно признался я, — но к весне меня могут отпустить в отпуск, тогда уже и отдохну, - также бодро продолжил говорить я, но понял, что несу чушь и начал говорить о том, что меня больше всего интересовало: - А скоро Новый год и так хотелось бы быть с вами в этот праздник вместе.
— Мы тоже этого очень хотим, — послышалось тихо в ответ. — Но я только не уверена, что это у нас получится, - с грустью предположила она.
— Да, скорее всего, так и произойдёт, что не получится, - нашёл в себе силы сказать я, от чего в груди что-то сжалось.
- А почему? – не поняла меня Нина.
- Да потому что это долбанное пароходство захотело выполнить и перевыполнить план, поэтому они решили нашим судном закрыть год и заставлял нас уйти из порта не позже полуночи тридцать первого, - я понимал, что праздник накрывается поэтому, жалея жену, сообщил ей это мягким тоном, на который только способен, чтобы сильно не огорчить её.
Трубка на несколько мгновений замолчала, но потом из неё я услышал:
- Не получится у них это сделать, мы их всех обманем, и я к тебе обязательно приеду. Так что жди нас завтра утром. Мы приедем на поезде. Я сейчас съезжу на вокзал и куплю билет. Если сможешь, то позвони через несколько часов и я скажу тебе, в каком выгоне мы приедем.
От такого спокойствия с каким жена восприняла эту новость, я поразился. Думал, что она расстроится. Но, как истинная морячка, Нина восприняла эту новость спокойно и тут же приняла единственно верное решение.
Когда вечером я вновь позвонил домой, то Нина сказала, что билеты она купила и едут они в шестом вагоне.
Тридцатого декабря утром в четыре часа я подорвался, помылся, побрился и вышел через проходную из порта. Заранее заказанное такси уже стояло и ждало меня.
Я сел в тёплую разогретую, жёлтую «Волгу» и таксист быстро довёз меня по пустым улицам Находки до железнодорожного вокзала.
Узнав в справочном, что поезд приходит вовремя, я ещё с полчаса подождал его прибытия, а когда услышал объявление, что поезд прибывает на первый путь, то вышел на перрон.
Увидев медленно приближающийся поезд, я подошёл к центру перрона и принялся высматривать, где же остановится вагон номер шесть.
После остановки я подошёл к уже открытой двери вагона и увидел жену с детьми. От увиденного, сердце радостно ёкнуло, а, увидевший меня сын, громко прокричал:
— Мам, смотри! А вон папа! – хорошо, что его крепко за руку держала жена, а то бы он так самостоятельно и сиганул бы на перрон.
Но, зная необузданный характер своего сынишки, Нина крепко его держала.
А когда я протянул к нему руки, то он точно в них мне и вывалился.
Крепко обняв и расцеловав своего возбуждённого пятилетнего сынишки, я поставил его на асфальт перрона и протянул руки жене, чтобы помочь ей сойти вниз на платформу. Но она вначале протянула мне пару огромных сумок, предупредив:
- Только осторожно, там стекло.
— А где же ёлка с подарками? – в шутку поинтересовался я.
Но что Нина улыбнулась и показала на ветку, завернутую в большой чёрный пакет, который держала в руках дочь.
— Мы не забыли традиции. Новый год у нас будет по всем правилам, - весело рассмеялась она. Я смотрел на неё и слушал её смех. Так задорно и весело может смеяться только одна единственная женщина во всём мире – это моя жена.
Но тут ко мне в объятия кинулась дочь:
- А вот она ёлочка наша, пусть маленькая, но мы её нарядим, и она у нас будет стоять на столе, - от радости встречи, глаза Нины сияли от счастья.
Я наклонился и расцеловал её, а потом сгробастал в объятья и крепко прижал к себе.
- Я так тебя ждал, - шепнул я ей на ушко, прикрытое локоном волос.
- И я тоже, - услышал я в ответ.
Подхватив тяжёлые сумки, мы прошли по перрону, вышли на небольшую привокзальную площадь и, дождавшись такси, поехали к проходной на Астафьева.
Зная наши советские правила, я заранее внёс Нину с детьми в судовую роль, которая лежала на проходной, поэтому нас без проблем пропустили в порт.
Придя на судно, я оставил семью переодеваться, а сам пошёл забрать из кладовой телевизор с видеомагнитофоном. Помполит их на стоянке всегда запирал там.
«А мало ли что», - приговаривал он, когда в советских портах совершал подобную процедуру.
Конечно, телевизор «Сони» с таким же японским магнитофоном есть не в каждой семье, а тут наше судно за успехи в полярке, наградили таким богатством, поэтому он берёг его от непредвиденных случаев.
Я принёс всю технику, а пока настраивал её, то жена украшала каюту.
— Ты представляешь, я нашла старые игрушки у мамы, — приговаривала она, вешая гирлянды и смешных мишек и клоунов. — Дети будут счастливы.
— А давай сразу включим им мультики. Пусть смотрят, — предложил я и показал на скачущего на диване сына. – Всё в каюте спокойнее будет.
— Отличная идея! — улыбнулась Нина.
Дети уставились на экран и перестали носиться по каюте.
Она у меня большая. Зал с рабочим столом и приёмной с банкетным столиком в ней, где под окнами располагались широкие и мягкие диваны. Спальня и санузел с душевой. Каюта хорошо освещалась из больших квадратных окон и прогревалась большим количеством электрических грелок, так что наружных морозов в ней не ощущалось.
В 23:30 мы собрались и уселись вокруг стола, который Ниночка уставила блюдами с привезёнными из дома различными салатами. А я в отдельной вазе поставил на стол фрукты вместе с «Кока-Колой», купленные в Японии. Открыли шампанское.
— За то, чтобы несмотря ни на что, мы всегда были вместе, — поднял я бокал.
Жена посмотрела мне в глаза и дополнила:
— За нашу семью... и за любовь, которой нет преград, несмотря на все расстояния.
Сын захлопал в ладоши и радостно прокричал:
— Я люблю Новый год встречать всем вместе!
— Пусть этот год будет лучше, чем предыдущий, - закончила свой тост Ниночка
Все дружно чокнулись и выпили, а потом мы зажгли бенгальские огни и вспышки их света заполнили каюту. Взрывы хлопушек подтвердили наступление нового года в моей каюте и нашей семье.
А утром, когда дети проснулись, то сразу бросились под ёлочную ветку, где Дед Мороз положил им подарки. Это я в Японии специально купил для них два красных японских сапожка, наполненных множеством различных конфет.
- Папа, смотри, что мне Дед Мороз подарил! - с радостным криком подбежал ко мне сын, показывая сапожок.
Таким же счастьем светились и глаза дочери. Она, конечно, понимала, кто этот самый заботливый дед Мороз, но младшему брату это секрет не стала выдавать, а приобняла меня и прошептала:
- Спасибо папочка за то, что ты у нас самый лучший дел Мороз в мире.
А мне большего счастья и не требовалось, чтобы увидеть радость в глазах детей, их восторженные возгласы и тёплое плечо жены, которое меня всегда поддержит при любой ситуации в моей нелёгкой судьбе моряка.
После обеда тридцать первого декабря я отвёз семью на автовокзал. Мы молча стояли на перроне, и вся эйфория радости, происходившей ночью, сменилась осознанием расставания. Я смотрел, как жена с детьми садятся в автобус, и сердце сдавило горькой тоской.
— Береги себя, — поцеловав меня, грустно проговорила Ниночка, и чуть дрожащим голосом добавила, — я люблю тебя.
Сын махнул рукой:
— Папа, а ты скоро приедешь, да?
Я улыбнулся и кивнул:
— Скоро, мой хороший, очень скоро. Через пару недель.
Дочь посмотрела на меня с серьёзной улыбкой, и я понял, что она старается быть сильной для всех нас.
Стоя на пустом перроне автовокзала, я глубоко вдохнул морозный воздух и почувствовал, как внутри растёт пустота. Я понимал, что за те несколько часов, которые мы провели вместе, наша семья стала ещё крепче, но разлука и одиночество в судьбе моряка – неизбежны. А впереди Новый год в море, вдали от дома, где только звёзды будут свидетелями этого, да гул работающего главного двигателя станет аккомпанементом мне, вместо музыки и смеха, который я слышал у себя в каюте сегодня ночью.
Вернувшись на судно, я долго смотрел на маленький уголок, украшенный руками жены, где осталась зелёная ветка ёлки, игрушки и фотографии моих любимых. Казалось, что эта тёплая нить между мной и моей семьёй не прервалась, а продолжает соединять нас.
Но грустить и терять бодрость духа для моряка - не позволительная роскошь. Поэтому в двадцать два часа тридцать первого декабря погрузка леса завершилась. Портовые власти быстро оформили отход, и в двадцать три тридцать судно отошло от причала.
Во время отхода я находился в машинном отделении и вместе с вахтенным механиком следил за работой главного двигателя и о том, куда мы идём только догадывался, слушая зловещий шорох, скребущихся за бортóм льдин.
Уже выйдя из залива Америка в Японское море, капитан позвонил в машину:
— Дедушка, голубчик, а не хотелось бы Вам подняться на мостик? — интригующе поинтересовался он. — Можно позвонить домой по спутниковому телефону и поздравить наших родных с наступившим Новым годом.
Конечно, я знал, что звонок по спутнику дорогой, но разве считаешь деньги, когда так хочется услышать родных?
- Конечно, - согласился я с капитаном. – Сейчас поднимусь.
Дав необходимые инструкции вахтенному механику, я быстро собрался и поднялся на мостик. Капитан уже поговорил с семьёй и набрал номер мне. Я взял трубку и вскоре услышал взволнованный голос жены.
— С Новым годом, — поздравил я ту, чей образ всё ещё стоял перед моими глазами.
Хотя я и стараясь говорить ровным голосом, но сердце от каждого сказанного слова билось в бешеном ритме, а в ответ донёсся голос, дарящий мне счастье и уверенность:
— С Новым годом, любимый. Как здорово, что я услышала тебя в эту ночь.
Нина рассказала, что, вернувшись домой, успела накрыть стол и подняла бокал шампанского с родителями за наступивший Новый год. И в этот самый момент вспомнила наш «ранний» праздник — нашу маленькую семейную вечеринку на судне.
— Мы думали о тебе, — прошептала она.
Я почувствовал, как расстояние между нами превратилось в невидимую нить, крепкую и надёжную, связывающую нас на долгие годы.
Положив трубку, я тяжело вздохнул, вышел из радиорубки, закрытой плотной шторой от мостика, подошёл к передним окнам и встал рядом с капитаном, уставившись в беспросветную темноту ночи. Мы оба молчали, переосмысливая всё то, что только что услышали от своих родных и близких людей.
В этот момент я понял, что для каждого из нас Новый год — это не дата в календаре, а любовь и внимание друг к другу, которые я сегодня ощутил.
30.04.2026 г.