Frankfurter Allgemeine Zeitung | Германия
Пока Россия выпускает по тысяче смертоносных танков в год, проект евротанка окончательно заглох в бюрократии, пишет FAZ. Германия и Франция годами спорят из-за мелочей, их заводы пустуют, а хваленые "Леопарды" бесславно горят на фронте, доказав свою полную бесполезность.
Петер Карстенс (Peter Carstens)
Проект по созданию авианосцев провалился, Берлин и Париж придерживаются плана по созданию боевых танков. Однако прогресс застопорился. Немецкая промышленность тоже этого не хочет?
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
После краха планов по производству боевого самолета FCAS под угрозой провала оказался следующий германо-французский проект. В последние пять лет Париж и Берлин пытались вдохнуть жизнь в идею создания общего танка под названием Main Ground Combat System (MGCS, "Основная наземная боевая система"). Успехи оказались скромными.
"НАТО бесполезно". Французы все поняли: они выходят из альянса
На фоне украинского конфликта все чаще появляется вопрос, есть ли вообще будущее у тяжелых боевых танков на поле боя. Да, регулярно отвечают стратеги НАТО и немецкие генералы, но только при наличии современных технологий, эффективной защите от беспилотников и цифровой интеграции.
Так что у будущего германо-французского танка, помимо символической связи двух стран, было бы немало преимуществ. В отличие от прежних времен, ни Франция, ни Германия в будущем, вероятно, не смогут и не захотят в одиночку строить 60-тонные боевые танки тысячами. В годы холодной войны бундесвер имел на вооружении около 2 тысяч таких ударных машин, а также более 2 тысяч боевых машин пехоты. С тех пор примерно 90% этих запасов были распроданы, переданы безвозмездно или отправлены на утилизацию.
Сегодня в распоряжении бундесвера около 300 танков Leopard 2, включая старые и уже обновленные модели. С 2027 года должны начаться поставки модернизированных танков версии A8, примерно по 35 единиц в год. В конце холодной войны Франция располагала примерно 1 тысячей более старых боевых танков. Из более современных моделей Leclerc, созданных в 90-е годы, сейчас боеспособными считаются от 150 до 200 машин. Новые основные боевые танки во Франции не производились почти двадцать лет.
Россия планирует выпускать более тысячи танков в год
Россия, напротив, по западным оценкам, за счет модернизации имеющихся боевых танков и строительства современного Т-90М2 "Рывок-1" планирует производить более 1 тысячи единиц в год. Это серьезная асимметрия, которой Европа сейчас ничего не может противопоставить. Почему бы тогда не объединить две крупнейшие экономики континента в одном проекте, который в случае напряженной обстановки обеспечит возможность наращивать производство в глубоком европейском тылу?
Еще несколько недель назад президент Франции Эммануэль Макрон заявил, что у проекта по созданию танка, вероятно, нет будущего без проекта самолета. Немецкий эксперт по оборонной политике Фолькер Майер-Лэй (ХДС), убежденный противник проекта FCAS, тогда говорил о неприемлемом "стратегическом давлении" и "почти вымогательстве", которому Берлин и канцлер Фридрих Мерц не должны поддаваться.
Проект по созданию танков годами страдает от внутренних трудностей, и единая система вооружения даже не прослеживается в общих чертах. Это плохие исходные условия для производства совместного основного вооружения, если с 2029 года Европе действительно придется исходить из того, что Россия способна к нападению на НАТО. Об этом снова и снова говорил генеральный инспектор бундесвера Карстен Бройер.
Хотя с 2025 года, по крайней мере в Германии, уже имеются все необходимые средства для финансирования расширения танковых частей, промышленность по-прежнему поставляет мало и в основном борется за контракты.
Германия стремилась сыграть ведущую роль в проекте по созданию танка
С созданием концерна KNDS, объединившего немецкую Krauss-Maffei Wegmann и французскую Nexter, десять лет назад возникло партнерство в области танкостроения. Однако вскоре оно столкнулось с национальными трениями и политическим недоверием. В мае 2026 года федеральное правительство Германии заявило, что намерено приобрести 40% акций KNDS и вместе с уже имеющейся долей фактически превратить концерн в государственного производителя танков.
Ранее, в ходе ожесточенных споров о распределении отдельных производственных долей, французы пытались добиться преимущества и в этом проекте, прежде всего технологического. До сих пор стороны не смогли договориться даже о будущем калибре пушки: 130 миллиметров по немецким представлениям или 140 миллиметров по французским. В какой-то момент речь шла о двух модульных башнях.
Берлин был готов признать преимущество Франции и ее ведущую роль в авиационном проекте FCAS, но взамен хотел получить четкое лидерство в танковом проекте. А затем появился еще и Rheinmetall, растущий западногерманский оборонный концерн, который все увереннее заявлял о своей способности самостоятельно возглавить весь танковый проект или, как вариант, параллельно развивать другие.
Декларация о намерениях без последствий
После того как переговоры затянулись без какого-либо заметного прогресса до 2023 года, министры обороны двух стран Борис Писториус, СДПГ, и Себастьян Лекорню с большим энтузиазмом и в духе германо-французского сотрудничества попытались продвинуть общие оборонные проекты. Писториус отправился во французскую Живерни, город Клода Моне, к своему "дорогому другу" Себастьяну, а Лекорню посетил немецкого коллегу на его родине, в Оснабрюке.
Тем летом Писториус вновь подчеркнул, что им движет: "Именно нам в трудные времена предстоит находить ответы на угрозы, которые ставят под удар наш мир в Европе". Франция, к которой он испытывает большую симпатию, "есть и остается нашим важным европейским союзником. Нашим первым другом". Сегодня речь идет о том, чтобы и дальше расширять это сотрудничество и вместе задавать новые импульсы.
То же самое оба министра подчеркивали еще в январе 2024 года в Париже при торжественном, но в значительной мере ни к чему не приведшем подписании декларации о намерениях. В начале 2025 года, незадолго до выборов в бундестаг, Писториус вновь приехал в Париж. И снова была подписана декларация, на этот раз даже было заключено "акционерное соглашение" о создании проектной компании. Лекорню принял Писториуса в Доме инвалидов с воинскими почестями, а президент Макрон присвоил немецкому министру звание командора ордена Почетного легиона, что является редкой наградой.
У компании Rheinmetall были свои планы
Между тем германо-французского боевого танка, который должен быть принят на вооружение примерно через 15 лет, то есть тоже очень поздно, по-прежнему не видно. Компания Rheinmetall, в частности, активно ищет другие пути, и в Берлине ходят слухи, что производитель во главе с Армином Паппергером блокирует проект MGCS, чтобы продвигать свои собственные разработки и партнерства. В конце концов, компания из Дюссельдорфа еще в 2022 году неожиданно представила "радикально новую концепцию основного боевого танка ", как они ее рекламировали.
Боевая машина Panther, названная в честь нацистского образца, быстро стала успешной. Венгрия планирует производить ее совместно с компанией Rheinmetall, а летом 2024 года газета Handelsblatt сообщила, что Италия намерена купить у Rheinmetall 200 машин Panther. Объем заказа вместе с боевыми машинами пехоты Lynx той же компании составляет около 20 миллиардов евро.
Осенью того же года Rheinmetall и итальянская оборонная компания Leonardo создали новое предприятие со штаб-квартирой в Риме. Оно должно выпускать боевые танки и боевые машины пехоты для Европы и всего мира. Тогда Паппергер заявлял: "Мы создаем нового тяжеловеса в европейском танкостроении".
Для германо-французского проекта MGCS это стало очередной дурной вестью. И еще хуже: десятки машин Panther, которые сейчас существуют лишь как демонстрационные образцы, должны быть поставлены уже к 2030 году. О германо-французском проекте еще несколько лет назад говорили, что MGCS должен заменить существующие танковые парки в 2040-е годы.
Какую роль будут играть танки в будущем?
Однако Министерство обороны Франции уже выделило средства на временное решение. В Германии в рамках проекта Leopard 2 AX могла бы появиться очередная модификация нынешнего немецкого боевого танка. Ее также можно было бы оснастить новой 130-миллиметровой пушкой Rheinmetall с увеличенной дальностью и другими компонентами, запланированными для MGCS.
Танки практически не играли никакой роли на украинских полях сражений, и после передачи немецких танков Leopard, включая современные модификации, о них почти ничего не было слышно. 14 машин современной серии A6, которые пришлось передать танковому батальону из Аугустдорфа, позже в значительной степени оказались поврежденными или частично разрушенными в ремонтном ангаре в Литве. О их успехах в боях с российскими подразделениями известно немного, в отличие, например, от зенитного ракетного комплекса "Ирис-Т", который также поставлялся Германией.
Так что пока не доказано, действительно ли нужен многомиллиардный проект боевого танка, будь то в рамках германо-французского сотрудничества или национальной разработки. В ближайшие недели Парижу и Берлину в любом случае придется задуматься и об этом. Эксперты по безопасности, со своей стороны, требуют, чтобы Бундесвер закупал то, что ему действительно нужно , а не то, к чему он привык в прошлом.
Еще больше новостей в канале ИноСМИ в МАКС >>