Василий Андриенко до сих пор помнит стоны людей, лежащих на снегу. И голоса лесозаготовителей, которые нашли его, замерзающего, с переломанными позвоночником, рукой и ногой. Рядовой Андриенко возвращался после побывки в часть на Камчатке. Самолет вылетел из Красноярска в 22:03 — по расписанию. Но через сорок минут рухнул в тайгу неподалеку от поселка Новочунка Иркутской области. На борту были 84 человека. Выжил только один. Как ему это удалось — в материале РИА Новости.
"Стоны пассажиров смолкли"
Двадцать девятое февраля 1968 года. Вечерний рейс "Аэрофлота" Москва — Красноярск — Петропавловск-Камчатский. В салоне Ил-18 было тепло. Солдат прошел на посадку одним из первых, сразу снял шапку, рукавицы, кинул все на багажную полку. Повесил на крючок шинель. Об этих вещах он потом не раз вспомнит, лежа на снегу в одной гимнастерке, брюках и кирзовых сапогах.
На тот момент Василию Андриенко был 21 год. Он проходил срочную службу на аэродроме в поселке Ключи на Камчатке. Заправлял самолеты. За хорошую работу его наградили отпуском. Месяц отдыхал дома в родном селе Чистый Ручей Красноярского края. И вот — возвращался.
Место досталось в хвосте. Василий сел, пристегнулся. Самолет начал тяжело взлетать, набирать высоту. Табло "пристегните ремни" погасло. Но потом загорелось снова. Возникла тряска.
Что случилось тогда в воздухе, до сих пор непонятно. Через сорок минут после взлета с борта поступило сообщение: "Летим, горим". И еще через секунду: "Полетели винты".
"Самолет только поднялся, набрал высоту — мы были на восьми тысячах метров. И вдруг я услышал крики: "Огонь!" Выглянул в иллюминатор — из двигателя вырывалось пламя. Летчик стал делать виражи, видимо, чтобы его сбить. Во время одного из них пассажиров, в том числе меня, буквально вырвало из ремней безопасности и припечатало к потолку. Потом к стене. Все кричали, света не было", — вспоминает Василий Иванович.
В справке о происшествии говорится: разрушение произошло на высоте 650 метров. К этому моменту самолет находился в перевернутом положении с углом крена 140-220° на скорости 890 километров в час.
Андриенко потерял сознание. Очнулся уже на снегу — под сосной.
Обычно в фильмах место авиакатастрофы изображают так: по земле разбросаны обломки фюзеляжа, из открытых чемоданов вываливаются куртки пассажиров. В реальности все было по-другому: там, где очнулся Андриенко, — ни частей самолета, ни вещей. Ничего, что бы помогло чудом спасшемуся согреться.
"Радиус разброса был очень большой — обломки и пассажиров раскидало на три километра. Потом об этом мне рассказали эксперты, которые занимались расследованием. Они ко мне в больницу приезжали", — говорит выживший.
Рядом с Василием Ивановичем лежали четверо. Одна женщина. Она громко стонала.
"Пытался позвать ее — не отреагировала, видимо, была в шоковом состоянии. Тут же лежал мужчина — негромко постанывал. Из всех говорить мог только моряк. Помню, он сказал: "Подними меня". Я ответил: "А ты меня".
Парня в тельняшке Василий немного знал: до этого они вместе в аэропорту Красноярска пять дней ждали летной погоды.
"Я попытался встать, но тело не слушалось. Потом в больнице мне сообщили, что у меня перелом позвоночника, руки и ноги. Однако боли я не чувствовал. Видимо, из-за холода мне будто сделали заморозку. Температура ведь была около минус двадцати".
— К пассажирам не пробовали подползти? Можно же было, например, с них одежду снять — задаю провокационный вопрос.
— Даже в мыслях такого не было. А вдруг они бы потом из-за этого умерли, замерзли? Как бы я с этим жил?"
Василий Иванович пристально всматривался в тайгу, пытаясь увидеть хоть какие-то огни. Но вокруг только снег и сосны. Понял: чтобы не замерзнуть, нужно двигаться.
"Я опирался на одну руку, отталкивался здоровой ногой, подволакивал другую — и так ползал вокруг того места, где упал. На снегу от моих движений даже проплешина образовалась", — продолжает рассказ выживший.
Признается: надеялся, что спасут. "Я потом долго думал о том, благодаря чему выжил. Наверное, помогло то, что я сам — сибиряк. Привык и к морозам, и к трудностям".
— Звери к вам не выходили?
— Нет, не было. А стоны других пассажиров через какое-то время смолкли. Наступила полнейшая тишина.
"Потерял всякую надежду"
На снегу Андриенко пролежал 13 часов. Только в полдень его обнаружили работавшие неподалеку лесозаготовители. А он от холода и травм уже и кричать не мог.
"Знаете, очень страшно, когда человек, который рядом лежит, стонет — и вдруг замолкает. Потом второй, третий… Я потерял всякую надежду. Даже ползать перестал. И вдруг услышал голоса. Еле слышно позвал на помощь. Ребята, трое, подбежали, взяли меня на руки и понесли в машину. Оказывается, до дороги леспромхоза всего тридцать метров было".
"Я им сразу: "Там еще люди". Вынесли моего соседа. Его и меня доставили в ближайшую районную больницу на станции Чуна Иркутской области, но он скончался на операционном столе. По дороге я спросил: "А как же морячок и женщина?" Ребята ответили: "Поздно, умерли они".
К переломам добавились двустороннее воспаление легких, острый нефрит, обморожение рук и ног.
"Месяц нельзя было подниматься с кровати. Транспортировка тоже противопоказана. Оперировать меня приехали московские врачи. Даже не помню, сколько операций было, — много. Все доктора сработали классно, и я смог жить по-человечески. Даже потом медкомиссию прошел для службы в милиции", — говорит выживший.
Местные жители его очень поддерживали. "Даже в окна залезали, подбадривали. Передачи приносили. После окончательного выздоровления я вернулся в тот поселок — поблагодарил людей за их заботу".
Через месяц Андриенко отправили в областную больницу, затем в госпиталь в Иркутске. Там он пролежал полгода.
Потом еще несколько лет ему писали письма родственники погибших – спрашивали, как все было. "Я отвечал каждому, рассказывал, что помнил".
Комиссия не установила точных причин катастрофы. "Наиболее вероятные: интенсивная потеря топлива и обнаружение экипажем явных или косвенных признаков пожара" — такую информацию обнародовали.
"Страха перед полетами нет"
Эта счастливое спасение повлияло на всю дальнейшую жизнь Василия Андриенко. После долгой госпитализации он возвращался домой и встретил в поезде будущую жену. Уже 57 лет вместе.
"Она учитель, после института ее направили в наш населенный пункт работать в школе. Я даже дату знакомства помню: 23 августа. У нас двое детей, трое внуков. Дочь — кандидат наук, преподает в университете, сын работает на нефтеперерабатывающем заводе", — делится Василий Иванович деталями биографии.
Сам он долгое время служил в милиции поселка Будогощь — ушел на пенсию с должности начальника полиции городского поселения. Двадцать лет был депутатом в местном совете. Благодаря упорству Василия Ивановича 114 семей получили новое жилье.
Летал после того инцидента не раз — давали путевки в санатории по всему Советскому Союзу. Страха перед самолетами не испытывал. Уверен: "Как снаряды в одну воронку не попадают, так и человек дважды не может попасть в авиакатастрофу".
Второй день рождения никогда не отмечал. Взглядов на жизнь не изменил. Только под конец интервью говорит: "Наверное, это Боженька меня спас. Иначе такое объяснить трудно".
"Соорудила шалаш из обломков"
Это не единственный случай, когда после авиакатастрофы выживал лишь один пассажир. Так, 7 сентября 2011 года потерпел крушение самолет Як-42 с хоккейной командой "Локомотив" на борту. Погибли 44 человека. Спасся только бортинженер Александр Сизов. Он сидел в хвосте самолета, пристегнут не был. Получил сильные травмы и ожоги, но сознания не терял. После восстановления продолжил работать в авиации, хотя в небо не поднимался, занимался наземным обслуживанием.
Больше всех известна Лариса Савицкая, уцелевшая при падении с высоты 5220 метров. Двадцать четвертого августа 1981 года она с мужем возвращалась из свадебного путешествия. Самолет Ан-24 столкнулся с дальним бомбардировщиком-ракетоносцем Ту-16К. В момент катастрофы Лариса Савицкая спала в кресле в хвостовой части авиалайнера. Проснулась от сильного удара и внезапного холода из-за разгерметизации салона. Корпус разорвало на части, молодую женщину "припечатало" к фрагменту всего три на четыре метра. Он спланировал на деревья — это смягчило удар. Несколько часов Лариса была без сознания, а очнувшись, увидела рядом кресло с телом мужа. Спасателей ждала два дня. Соорудила шалаш из обломков фюзеляжа, накрывалась чехлами с сидений. Остальные 37 пассажиров погибли. В 2022-м по этой истории сняли фильм "Одна".
Еще больше новостей в телеграм-канале РИА Новости >>