Обратимся к трём нейромедиаторам, которые на сегодняшний день являются наиболее детально исследованными. Речь идёт о норадреналине, серотонине и дофамине. Не более пяти процентов нейронов НС задействованы в обслуживании данной группы. А сколько проблем! Тем не менее именно взаимодействие этих трёх соединений формирует психику человека и определяет особенности его личности.
Если мы имеет дело с асинхронным развитием, то баланс нейромедиаторов всегда нарушен. Это и есть суть асинхронии. В каждом отделе мозга дисбаланс будет отличаться в ту или иную сторону. Наша задача привести к общему знаменателю всю систему.
Дофамин и серотонин составляют нейрохимическую основу удовлетворения базовых потребностей — в пище и в сексуальной активности. Этот же механизм лежит в основе зависимостей. Когда концентрация серотонина снижается, потребность в новых стимулах возрастает — за этот процесс отвечает норадреналин. И человека тянет, например, к гаджетам: визуальные образы на экране провоцируют выброс дофамина, уровень которого начинает превышать норму. Существуют лишь три категории информации, которые неизменно вызывают ориентировочную реакцию: сексуальные стимулы, пищевые стимулы и всё, что является новой информацией.
Сегодня обратимся к детальному рассмотрению роли норадреналина в работе центральной нервной системы.
Остальные части также готовы, обязательно последуют.
Итак, сенсорная информация, поступающая из глубинных мозговых структур, достигает голубого пятна,
которое затем транслирует её через норадренергические проводящие пути в области, отвечающие за мышление и регуляцию поведения. Среди ключевых структур-реципиентов выделяются прежде всего префронтальная кора и амигдала. Мозжечок и таламус также получают соответствующие сигналы, однако их значимость в данном контексте чуть ниже.
Амигдала, известная также как миндалевидное тело, выступает непосредственным регулятором эмоциональных откликов организма. Под влиянием норадреналина её активность меняется, что влечёт за собой перераспределение внимания и формирование определённых поведенческих паттернов. Лобная кора совместно с амигдалой обладают способностью оказывать обратное воздействие на голубое пятно. Возможность контроля позволяет человеку сознательно отвлекаться от нежелательных внешних раздражителей и сосредотачиваться на том, что важно здесь и сейчас.
Когда в поле восприятия появляется новый стимул, функционирование голубого пятна перестраивается, что влечёт изменение общего уровня мозговой активности. Данное явление в традиции павловской физиологии получило название ориентировочного рефлекса. В условиях острого стрессового воздействия норадреналин перенаправляет внимание непосредственно на источник потенциальной опасности. Вследствие этого переключения переживания боли и страха временно уходят на периферию сознания.
Физиологическая роль норадреналина состоит в мобилизации ресурсов организма. Он обеспечивает прилив энергии и усиливает готовность к действию, что оправдано в ситуациях реальной опасности. Опасности, в трактовке индивида, естественно.
Норадреналинергическая система может функционировать в двух крайних режимах. При её гиперактивности наблюдаются тревожность, нарушения сна, повышенная возбудимость и агрессия. При недостаточной активности, напротив, возникают заторможенность, сонливость и апатия.
"Бей или беги"-это оно и есть. Мозг мобилизует организм для выхода из стрессовой ситуации.
В психиатрических рамках принята систематизация псих. симптоматики по трём основным категориям.
Первую из них составляют так называемые продуктивные, или позитивные, симптомы. Это не есть что-то хорошее. Речь идёт о тех феноменах, которые в норме у человека отсутствуют: бредовые идеи, состояния маниакального возбуждения, а также полевое поведение. Применительно к детям галлюцинации или бред наблюдаются сравнительно нечасто, тогда как повышенная возбудимость и явления расторможенности фиксируются регулярно.
Вторая категория объединяет негативные симптомы, которые свидетельствуют о западении определённых функций. К ним относятся мутизм, уплощение аффективных реакций, общее снижение двигательной активности, а также постепенное угасание непосредственности и детской живости.
Третья категория охватывает когнитивные нарушения. Они выражаются прежде всего в расстройствах переработки поступающей информации, в снижении способности к гибкому, вариативному мышлению.
Негативная симптоматика связывается с недостаточностью норадреналинергической системы, тогда как продуктивная симптоматика соотносится с состоянием её избыточной активности.
Норадренергические рецепторы центральной нервной системы относятся к двум крупным категориям — альфа и бета. Каждая из этих категорий, в свою очередь, включает более дробные разновидности: альфа1, альфа2, бета1 и бета2. Сегодня наш практический интерес представляют именно альфа-рецепторы.
По своей топографической принадлежности все перечисленные подтипы являются постсинаптическими структурами. Исключение составляют рецепторы альфа-2, которые способны локализоваться непосредственно на пресинаптической мембране.
Когда норадреналин вступает во взаимодействие с пресинаптическими альфа-2 рецепторами, дальнейшее выделение данного медиатора блокируется. Этот процесс представляет собой «отрицательную обратная связь», поскольку нейромедиатор фактически подавляет собственное дальнейшее высвобождение. Прекращение импульсной деятельности нейрона служит защитным механизмом, предохраняющим норадреналиновые нейроны от состояния чрезмерного возбуждения.
Помимо этого, контакт с пресинаптической щелью оказывает тормозящее воздействие на секрецию ацетилхолина.
Лекарственные средства, воздействующие на пресинаптические альфа-2 рецепторы в качестве агонистов, подавляют либо целиком прекращают секрецию норадреналина. Подобные препараты находят применение в тех клинических ситуациях, когда наблюдается избыточная активность данного медиатора.
Иной механизм действия характерен для антагонистов тех же рецепторов. Эти соединения устраняют тормозящее влияние на процесс высвобождения норадреналина, вследствие чего его концентрация в синаптической щели возрастает. Примечательно, что несмотря на принципиально противоположный фармакологический профиль, данная группа веществ также назначается при состояниях, сопровождающихся гиперфункцией норадренергической системы.
Подавляющее число антипсихотических средств проявляет свойства антагонистов в отношении адренорецепторов двух типов — альфа-1 и альфа-2. При этом блокирование рецепторов первого типа оказывает сдерживающее воздействие на продуктивную симптоматику, а угнетение рецепторов второго типа способствует уменьшению выраженности расстройств когнитивной сферы.
Среди антипсихотических препаратов наиболее значительным сродством к альфа-1 адренорецепторам отличаются рис.пе.ри.дон и сер.ти.н.дол. Эти средства демонстрируют более высокую результативность в отношении тревожных состояний, психомоторного возбуждения, нарушений ночного сна и агрессивных проявлений.
Противоположная картина наблюдается при применении а.ри.пип.ра.зо.ла, которому присущ наименее выраженный антагонизм к альфа-1 рецепторам. По этой причине его назначение зачастую сопровождается необходимостью включения в схему лечения дополнительных препаратов, обладающих анксиолитическими свойствами. Противотревожными препаратами.
Применительно к альфа-2 адренорецепторам распределение антагонистической активности иное. Наиболее выраженное блокирующее действие на рецепторы данного подтипа характерно для а. зе. на. пи. на, тогда как кв. ети. ап. ин занимает противоположную позицию, демонстрируя минимальный антагонизм к указанным структурам.
Взаимодействие норадреналина и серотонина в центральной нервной системе носит двунаправленный характер. Эти нейромедиаторы способны оказывать как стимулирующее, так и тормозящее воздействие друг на друга в зависимости от того, какие именно рецепторные структуры вовлечены в данный процесс.
Когда в серотонинергических нейронах преобладает активность альфа-2 рецепторов, расположенных на концевых участках аксонов, выброс серотонина снижается. Принципиально иная картина наблюдается при доминировании альфа-1 рецепторов, находящихся на теле клетки или её отростках: в этом случае секреция данного медиатора, напротив, усиливается. Таким образом, локализация рецептора определяет направление итогового эффекта.
Структурная близость рецепторных систем обоих нейромедиаторов послужила теоретическим основанием для создания отдельного класса антидепрессивных средств. Речь идёт о препаратах, блокирующих обратное поглощение сразу двух веществ — серотонина и норадреналина — одновременно.
На начальном этапе приёма подобных средств пациенты нередко отмечают повышенное потоотделение ладоней и двигательное беспокойство. Эти проявления объясняются временным преобладанием норадреналергического компонента действия препарата. По мере того как концентрация серотонина постепенно достигает значимого уровня, указанные нежелательные эффекты, как правило, исчезают без какого-либо дополнительного вмешательства.
Ре. бо. ксе. тин представляет собой антидепрессант из группы ингибиторов обратного захвата норадреналина. Его действие заключается в накоплении норадреналина в синаптической щели с последующим усилением норадреналинергической передачи. В детской практике используется его применения при резистентном ночном энурезе.
Баланс норадреналина и серотонина регулирует перцептивные функции правого полушария. Норадреналин снижает фоновую нейронную активность и повышает чувствительность мозга к новым стимулам. Избыток норадреналина в сочетании со сниженным уровнем серотонина порождает усиленный поиск новизны, полевое поведение и сенсорную расторможенность. При обратном соотношении — низком норадреналине и высоком серотонине — наблюдается избегание новых ситуаций и чрезмерная сфокусированность внимания. В этих процессах также участвует дофамин, рассмотрение которого предполагается отдельно.
Возможно, теперь Вы иначе посмотрите на "нечутких" психологов, грозящих оторвать/отрезать руки своим маленьким клиентам, прибить тапочки гвоздями к пяткам или зашить рот суровой ниткой.
А. то. мок. се. тин — препарат, широко применяемый в педиатрической практике. Он является мощным селективным ингибитором пресинаптических транспортёров норадреналина и обеспечивает трёхкратное повышение его концентрации в префронтальной коре. Клинические исследования подтвердили его эффективность при истинном синдроме дефицита внимания и гиперактивности — состоянии, непосредственно связанном с нарушением норадреналинового баланса в лобных структурах. Под влиянием препарата улучшаются избирательность и устойчивость внимания, константность и целостность зрительного и слухового восприятия, зрительно-моторная координация, скорость и качество моторных актов. У детей с СДВГ отмечается улучшение почерка и возрастание продолжительности письменной работы. При этом поведенческие нарушения полностью не устраняются, однако дети становятся значительно более доступными для конструктивного взаимодействия.
Грамотной профильный врач-лучший товарищ и помощник для Вас и Вашего ребенка.
Спасибо за внимание!