Спор о законности действий судебных приставов разгорелся после того, как многодетная мать, имеющая двоих несовершеннолетних детей, лишилась своей квартиры. Жилье было продано через торги в рамках исполнительного производства, инициированного из-за долгов. Позднее судебные инстанции установили, что в процессе реализации собственности были допущены серьезные нарушения.
Задолженность женщины перед банком и за коммунальные услуги составила около 350 тысяч рублей. Судебные приставы приняли решение обратить взыскание на ее квартиру, организовав ее продажу на аукционе.
Ключевой проблемой стало то, что квартира являлась единственным местом проживания матери и детей, и при этом не находилась в залоге у банка. Закон, как правило, защищает единственное жилье от взыскания, за исключением ипотечной недвижимости.
Несмотря на это, квартира была выставлена на торги. Оценочная рыночная стоимость недвижимости составляла приблизительно 2 миллиона рублей, однако фактическая цена продажи оказалась значительно ниже – около 1,5 миллиона рублей. Полученные средства, после погашения долга и покрытия судебных издержек, частично – около 1 миллиона рублей – были возвращены женщине. Однако это не решало основную проблему – отсутствие собственного жилья у семьи.
В июне 2020 года новый владелец оформил право собственности. Однако бывшая собственница с детьми отказалась освобождать помещение, не имея альтернативного жилья.
Новый собственник обратился в суд с иском о выселении. В ответ экс-владелица подала встречное заявление, требуя признать торги недействительными, ссылаясь на незаконность продажи ее единственного неипотечного жилья и его реализацию по заниженной цене.
Суд первой инстанции встал на сторону женщины, признав незаконные действия приставов причиной продажи, даже если покупатель действовал добросовестно. Покупателю рекомендовали взыскивать убытки с ФССП.
Приставы обжаловали решение. В апелляции выяснилось, что незадолго до торгов женщина продала другую квартиру, и спорное жилье стало для нее единственным. Приставы пытались доказать, что это лишает ее права на имущественный иммунитет. Суды, однако, подтвердили, что на момент продажи квартира являлась единственным жильем семьи, и сам факт продажи другой недвижимости не давал приставам оснований нарушать законные гарантии.
Апелляционный суд занял компромиссную позицию: квартира осталась за женщиной, но она должна была вернуть деньги покупателю. Кассация согласилась с этим.
Верховный суд отменил предыдущие решения, указав на привлеченную приставами коммерческую организацию, проводившую торги. При повторном рассмотрении суд обязал ФССП выплатить покупателю 1,5 миллиона рублей, вернув жилье семье и признав незаконные действия основой для ответственности приставов.