Из воспоминаний Нурлана Ажгалиева:
На срочную службу в пограничные войска меня призвали осенью 1987 года. Месяц отслужил в военной части в Термезе, потом был направлен в сержантскую школу в Алматинскую область. Со мной учился земляк В. Игнатенко, он был минометчиком, а я — гранатометчиком. Через полгода, в последних числах мая, вернулись в часть. На построении нас спросили: "Кто хочет служить в Афганистане?". Мы знали ребят, кто оттуда вернулся. Не хотелось быть хуже, потому вызвались добровольцами. Прошли двухдневные полевые сборы. И сразу — на борт.
2 июня 1988 года приземлись на вертолетной площадке мотоманевренной группы № 3. Летели две вертушки, вторая, как мы потом поняли, прикрывала. Приблизились к месту назначения. Смотрим сверху: штаб и еще одно строение, а весь военный городок, как оказалось, под землей. Спустились с борта в два часа дня. Пыль от приземления вертолетов такая, что ничего не видно. С нами доставили почту из Союза: газеты, письма, посылки ребятам. Родные не знали, что мы были на войне. На почтовом конверте писали "город Термез". А уже оттуда вертолетом почта доставлялась до адресата. Температура воздуха выше сорока градусов. Дышать нечем. Сразу становишься мокрым. Первое впечатление: куда попал? Жара невыносимая, от которой во рту пересыхало, и кипяченная вода с верблюжьей колючкой — своего рода дезинфицирующий раствор против различных инфекций. Емкость с такой водой стояла в столовой, из нее все набирали во фляжки, плюс личному составу выдавались специальные таблетки. Пить сырую воду строго запрещалось. Запомнилась жизнь в блиндажах, где было все, включая баню, медчасть, столовую и душ. Сослуживцев-мартучан помню. Дощанов, Козлов, Скутельник, Нуртазин. Одной командой уходили. Наша группа дислоцировалась в полукилометре от города Мазари-Шариф. Ночью на вышке стоишь в карауле и видишь, как там перестрелка идет. Обстрелы не умолкали до рассвета.
Был занят службой, и о чем-то постороннем не думал, только о выполнении поставленной задачи. Был случай, когда банда моджахедов хотела захватить городской аэропорт, мы опередили их, перекрыли путь двумя военными установками "Град". Бывало, разведчики сообщали, что ожидается прохождение каравана с оружием для душманов. Выезжали в пустыню, ближе к реке Амударье, преграждали им путь. Называлось это усиленной погранзаставой. От пяти дней до месяца там их ждали. Жара. Воды нет. Неприятно было от скорпионов, пауков и других насекомых. Никогда не знаешь, когда и к кому придет смерть. Ребята из соседней мотоманевренной группы № 4, которая находилась от нас в двадцати километрах, подрывались, среди них были раненные. Нам повезло. Правда, солдаты болели гепатитом. Страх был. Но никто не хитрил. Честно все отслужили.
Когда дали команду, что выходим, начался сумбур. Слышалось одно радостное: "Домой!". Помню в горах снег и организованную мирную зону без стрельбы. Расстояние до границы — порядка 120 километров — наша автоколонна из тридцати БТРов и военных ЗИЛов с водой, провиантом и прочим преодолевала более пяти часов. Вдоль дороги проходил нефтепровод (помощь афганскому народу из СССР), так вот он во многих местах протекал из-за диверсий, внизу были большие черные лужи. Нас привезли на четвертую заставу в Термез. Встретили хорошо. На следующий день пригласили на концерт, угостили праздничным обедом, даже торт к чаю подали. К военной части автолавка подъехала. Каждому военнослужащему вручили подарок, он состоял из одеколона, кусочка мыла, зубного порошка и носового платочка. Но главное, мы были счастливы, что живы, что мир, что можно спать спокойно, не надо с собой оружие носить, можно просто надеть тапочки. Получив причитающиеся деньги за пребывание в Афганистане (300-400 советских рублей), первым делом отправились на базар. Одни покупали дефицитные джинсы, другие — модные брюки-варенки, магнитофоны малинового цвета "Волна" и, конечно, каждый брал подарок для мамы — платок. 2 апреля 1989 года получил десятидневный отпуск домой. До сих пор мурашки от той картины перед глазами, как меня, ныне покойная, мама встречала. Кто-то ей сообщил, что я служу в Афганистане. Весна, но в селе еще снег лежал. Мама, увидев меня, побежала навстречу, падала, поднималась и снова бежала. Плакала. Потом обнимала, щупала всего, повторяя одно: "Живой! Живой!". Все… Разговаривать было не о чем. Тяжелый и одновременно радостный момент. После отпуска вернулся в часть, дослужил, в ноябре демобилизовался в запас. Начались мирные будни. Афганистан научил разбираться в людях. Научил тому, как правильно работать, общаться с товарищами. Я горжусь, что исполнил свой долг перед Родиной достойно, и родителям за меня не было стыдно. Не опозорил честь семьи. Также почувствовал ответственность и считаю, что прошел большую жизненную школу. А еще война научила ценить человека. Убежден, что все люди хорошие, но при определенных обстоятельствах показывают себя то с хорошей, то с плохой стороны.
Источник информации: avestnik.kz
В оформлении использованы фотографии с сайтов: mmg3-mazari.ucoz.ru
Уважаемые читатели! Ставьте лайки, подписывайтесь на канал и делитесь своими воспоминаниями!