Представьте, вы ночью мирно спите в своей квартире. Просыпаетесь утром, подходите к окну, а за окном другой пейзаж. Вы выходите на улицу и понимаете: ваш дом переехал. Пока вы спали, его передвинули на десятки метров вместе с вами, с соседями, с посудой в буфете.
В Москве такое было реальностью. С 1898 года по 1983 год передвинули десятки каменных зданий. Жильцов не выселяли. И воду не отключали.
Первый каменный переселенец
Первый в Москве кирпичный дом переехал в августе 1898 года. Двухэтажный особняк на Каланчевской улице весил около 1,8 тысячи тонн. Он мешал расширению железной дороги.
Хозяйка, вдова шотландского предпринимателя Джейн Мак-Гилл, не захотела сносить почти новое здание и оплатила его перемещение. Инженер Осип Федорович опирался на опыт зарубежных специалистов.
Дом укрепили стальными связями, сняли перегородки и двери, вынули пол. Затем срезали с фундамента и по рельсам на катках с помощью лошадей за неделю перевезли на 100 метров. В перемещении участвовали 100 человек, затраты составили 4 тысячи рублей.
Технология вошла в историю как «метод передвижки Федоровича».
Советский размах
Настоящий бум начался в 1935 году после утверждения Генерального плана реконструкции Москвы. Улицы нужно было расширять, многие здания попадали под снос. Их было жалко.
Осенью Метрострой осуществил пробный переезд, подвинул на 25 метров электроподстанцию во дворе Театра сатиры со скоростью 6 метров в час.
В 1936 году из числа метростроевцев сформировали Трест по передвижке и разборке зданий. Его главным инженером стал Эммануил Гендель, главный «подвижник» страны.
Рекордсмены: вес, скорость и техника
Самым тяжелым стал дом Саввинского подворья на улице Горького (ныне Тверская) весом 23 тысячи тонн. Оно выступало за «красную линию» и мешало расширению магистрали.
Подготовка заняла четыре месяца. Переезд произвели за несколько дней. Плавность была такой, что большинство жильцов проснулись уже на новом месте. Говорят, в одной квартире уцелела башенка из кубиков.
Другой рекордсмен: пятиэтажный дом №5/16 на улице Серафимовича у Большого Каменного моста весом 7,5 тысячи тонн. Его не только передвинули на 74 метра, но и приподняли почти на два метра с помощью 92 гидравлических домкратов. Скорость подъёма составляла 5 см в час.
По воспоминаниям, «в передвигаемом доме жизнь шла вполне нормально: действовали телефон, водопровод, электричество, газ».
Этот переезд Агния Барто увековечила в стихах: «Дом стоял на этом месте! Он пропал с жильцами вместе!».
Были и более сложные операции. Старейшую московскую глазную больницу при расширении Тверской не только передвинули на 93 метра, но и развернули на 97 градусов.
А здание Моссовета (сегодня это мэрия Москвы) передвинули на 14 метров вглубь квартала вместе с чиновниками, которые продолжали работать в кабинетах. Процесс занял всего 41 минуту.
Жизнь во время переезда
Скорость перемещения была небольшой, до 15 метров в час. Переезд мог занимать дни, но для жильцов он проходил почти незаметно.
Все коммуникации подключали через гибкие шланги и кабели. В квартирах горел свет, работал водопровод, можно было готовить еду. Дома продолжали отапливаться.
По воспоминаниям очевидцев, понять, что дом тронулся, можно было только по специальным светофорам на стенах: зелёный свет означал движение, красный означал остановку.
Как в наше время двигают мосты и башни
После 1983 года дома в столице больше не двигали. Но технология перемещения зданий не умерла, она переключилась на другие объекты.
В 1999 году Андреевский железнодорожный мост начала XX века мешал строительству Третьего транспортного кольца. Его не стали разбирать. Мост отбуксировали баржами примерно на два километра вниз по течению Москвы-реки и превратили в пешеходный. Сейчас это Пушкинский мост. Подготовка заняла 11 месяцев, а собственно перемещение 22 мая осуществили за полтора часа. Это первый случай, когда мост в столице переехал целиком, без разборки на части.
Спустя два года примерно на два километра вверх по течению аналогичным образом переместили Старый Краснолужский железнодорожный мост. Теперь это пешеходный мост Богдана Хмельницкого. Лужнецким мостом был в 2000 году заменен Старый Краснолужский мост, который, используя опыт сооружения Андреевского моста, переместили на баржах на 2 км выше по течению реки и реконструировали в пешеходный мост имени гетмана Богдана Хмельницкого.
А в июле 2020 года передвинули водонапорную башню конца XIX века на Складочной улице возле Савеловского вокзала. Башня стояла на территории бывшего завода «Борец» и мешала строительству жилого комплекса. Её не снесли, за три дня аккуратно перенесли на 100 метров. Исторический объект спасли, место под застройку освободили.
Открытый вопрос
Всего до войны передвинули 22 каменных здания и десятки деревянных. В 1970-е годы стоимость перемещения домов стала сопоставима со строительством новых, более 80%. Последняя крупная передвижка жилого дома состоялась в 1983 году.
Но технология не умерла. Она переключилась на мосты и башни. Андреевский мост отбуксировали по реке, Краснолужский повторил его судьбу, а водонапорная башня на Складочной улице переехала на 100 метров всего за три дня, уже в 2020 году.
Вопрос в другом. В СССР дом передвигали, потому что его было жалко. Даже если он стоял поперёк новой магистрали. Сегодня мы чаще выбираем снос. Дешевле, быстрее, привычнее.
Может быть, мы не разучились двигать дома. Может быть, мы просто разучились жалеть старые стены. Считать их чем-то большим, чем квадратные метры.
Технология есть. Башня 2020 года это доказала. Вопрос в том, появится ли заказчик, который захочет сохранить дом, а не снести его. И когда это снова станет нормой, а не экзотикой. Или мы окончательно решили, что дешевле построить новое, чем возиться со старым, даже если это старое чья-то память, чей-то дом, часть города.
Пока ответа нет. Но светофоры на стенах движущихся зданий когда-то горели зелёным. И, возможно, зажгутся снова. Когда мы вспомним, что дом это не просто стены.