Марк «Барни» Гринуэй — один из самых узнаваемых и уважаемых голосов в экстремальной музыке. Став фронтменом бирмингемских первопроходцев гриндкора Napalm Death в 1989 году, он превратил группу из шумного андеграундного феномена в культовое мировое явление.
Несмотря на свирепый сценический образ и яростный вокал, в жизни Барни — глубокий интеллектуал, убежденный веган и человек с твердыми гуманистическими принципами.
Мы собрали главные жизненные уроки и правила жизни, которые Барни Гринуэй сформулировал за почти сорок лет службы на передовой экстремальной сцены.
1. Ода Лемми Килмистеру
Барни Гринуэй:
«Motörhead были первой группой, которая показала мне, какой должна быть музыка. Они никогда не шли на компромиссы и всегда делали только то, что хотели сами.В то время в музыкальной среде было много снобизма по поводу того, насколько технично ты умеешь играть на своем инструменте. Им же на это было абсолютно плевать. Они просто играли так быстро и так шумно, как только могли. Лемми и его парни были для меня всем. Я никого не любил так сильно, как Motörhead. Они были на голову выше всех остальных».
- Именно грязный звук, дикий темп и наплевательское отношение Motörhead к студийным стандартам проложили дорогу для появления трэш-метала, панка и, в конечном счете, гриндкора.
2. Локальная сцена пабов и дух DIY
До того как присоединиться к Napalm Death, Барни пел в дэт-метал группе Benediction. Его мировоззрение сформировала локальная андеграундная сцена Бирмингема.
Барни Гринуэй:
«Я регулярно ходил на концерты. Но когда я начал посещать гиги в бирмингемском пабе The Mermaid и попал на ранние выступления Napalm Death, я понял, что могу стать частью чего-то большего. У всех местных банд того времени был один девиз: "Если ты можешь это сделать — просто иди и делай". Эта DIY-энергия ("сделай сам") невероятно вдохновляла. Мы собирали любительские группы просто ради смеха, но это помогло мне поверить в свои силы».
- Паб The Mermaid в Бирмингеме в середине 1980-х годов стал настоящей колыбелью британского хардкор-панка и гриндкора. Именно там зарождался культовый альбом Napalm Death «Scum» (1987).
3. Будь музыкантом, а не рок-звездой
Барни органически не переносит пафос и звездную болезнь, которые часто поражают музыкантов, добившихся успеха.
Барни Гринуэй:
«Мне очень некомфортно, когда меня возводят на пьедестал. Иногда люди начинают говорить мне слишком много комплиментов, и я чувствую себя ужасно неловко. Мы просто обычные люди, которые хорошо делают свое дело, у нас отличная химия внутри группы.Когда меня выделяют на фоне остальных, я всегда протестую: вперед нужно двигать группу и наши идеи, а не меня лично. Это никогда не было шоу имени Барни Гринуэя. Важна музыка и послание. Если наши идеи не находят отклика, то всё, что я делаю на сцене, не имеет никакого значения».
4. Искусство без компромиссов
Барни Гринуэй:
«Napalm Death всегда старались жить и умирать по своим убеждениям. Мы сами принимаем решения. Если наши продажи или популярность растут — отлично, но это не должно менять наше отношение к музыке.В старые времена многие группы бредили тем, чтобы "покорить Америку". Ради этого они записывали разбавленные, беззубые альбомы, стреляя себе в ногу. Ирония в том, что пытаясь сделать свою музыку более "удобоваримой" для широких масс, ты в итоге оказываешься в гораздо худшем положении, чем был, когда занимался тем, что у тебя получалось лучше всего. Играйте на своих сильных сторонах. Слушателям нужны вы настоящие, а не ваша приглаженная копия».
5. Свобода слова и «культура отмены»
Барни известен своими левыми взглядами, но при этом он остается яростным защитником свободы слова и противником бездумной цензуры.
Барни Гринуэй:
«Люди часто бросаются ярлыками. Когда в адрес консерваторов сегодня кричат: "Фашист!", нужно четко понимать значение слов. Фашизм построен на экстремальном насилии и этнических чистках. Есть огромная разница между фашистом и консерватором с правыми взглядами, которые лично мне могут казаться неприятными. Одно дело — поставить человека к стене и расстрелять его за то, что он еврей или цыган. И совсем другое — рассуждать о "традиционных семейных ценностях" (хотя лично я считаю их полной ерундой).Я не люблю цензуру. Свобода слова — это последнее, что у нас осталось, и мне не по себе от попыток лишить людей этого права. Да, я никогда не куплю альбомы наци-панк группы Skrewdriver или блэк-метал проекта Burzum, потому что в данном случае вы напрямую спонсируете неофашистов. Бойкот — это мощный инструмент. Но я не диктатор. Я защитник свободы, причем свободы для всех без исключения».
6. Почему Napalm Death — «аполитичная» группа
Несмотря на обилие остросоциальных тем в текстах песен, Барни настаивает на том, что группа стоит вне политики.
Барни Гринуэй:
«Я не раз говорил, что считаю Napalm Death аполитичной группой, и людей это шокирует. Да, мои личные взгляды левые. Но я убежден, что равенство и человеческое достоинство стоят гораздо выше любых политических движений.Если политика не стремится дать людям достойную жизнь, то это просто пустая показуха. Наша группа выступает за достоинство и свободу для всех живых существ. А это выходит далеко за рамки любого политического манифеста».
7. Веганство как моральный выбор
Барни Гринуэй — один из самых известных веганов на тяжелой сцене. Его путь к этому начался еще в детстве.
Барни Гринуэй:
«Мне было 14 лет, когда я стал вегетарианцем. В нашей школе учителя хотели показать нам реальность без прикрас и включили документальный фильм со скотобойни. Это потрясло меня до глубины души. Это было самое депрессивное зрелище, которое я когда-либо видел. Я пришел домой и сказал родителям: "Я больше не буду есть мясо". Со временем я полностью исключил из рациона мясо, потом отказался от кожаных вещей, а около десяти лет назад стал веганом.Для меня это философия жизни. Животные были на этой планете задолго до нас, и то, как люди с ними обращаются сегодня, я считаю бесчеловечным. Я не хочу поддерживать мясную и молочную промышленность».
8. Жизнь после музыки: советская история
Барни не планирует до старости прыгать по сцене и уже видит свой путь после того, как история Napalm Death подойдет к концу.
Барни Гринуэй:
«Всё когда-нибудь заканчивается. Когда с Napalm Death будет покончено, я бы хотел уйти в академическую науку. Меня безумно интересует история, особенно советский период: эстетика СССР, психология людей, история Восточной Германии времен Холодной войны. У меня есть давняя мечта — стать историческим исследователем или лектором в университете».
9. Только Napalm Death или ничего
Барни Гринуэй:
«Я никогда не считал себя профессиональным музыкантом в классическом понимании. Кто-то вообще посмеется над тем, что меня называют музыкантом. У меня никогда не было амбиций стать гитарным или вокальным гуру. Единственное, чего я всегда хотел — сделать Napalm Death настолько хорошими, насколько это возможно.Честно говоря, из всех групп, которые существовали на тот момент, я бы согласился петь только в Napalm Death. Мне хотелось быть частью группы, у которой есть четкая цель — и в текстах, и в музыке. Если бы не они, я бы, наверное, вообще не стал заниматься музыкой».
А как вы относитесь к творчеству Napalm Death и жизненной позиции Барни Гринуэя? Согласны ли вы с его мнением о свободе слова и цензуре? Делитесь своими мыслями в комментариях!
Если вам понравилась эта статья, пожалуйста, поставьте лайк и подпишитесь на канал! Мы регулярно публикуем подробные интервью рок-легенд и рассказываем о скрытых смыслах великих песен!