Председатель ведущей политической партии Республики Сербской (энтитет Боснии и Герцеговины) "Союз независимых социал-демократов" Милорад Додик в интервью ТАСС рассказал о попытках Брюсселя рассорить сербов с русскими, прокомментировал планы Евросоюза по милитаризации и решительно выступил против введения виз для граждан РФ
— Господин Додик, прежде всего большое спасибо вам, что уделили время этому интервью. Вы регулярно посещаете Россию, и в этом году мы видели, что на том же ПМЭФ присутствовали и представители США и Германии. Считаете ли вы это доказательством того, что Россию не удалось изолировать?
— Трудно верить до конца намерениям Запада в отношении России. Во всех их действиях присутствует некоторая фальшь. Это мы видели и на примере подписанных ранее Минских и Дейтонских соглашений — их Запад очевидно нарушал. Так, например, не может быть никаких иллюзий, что Германия по-прежнему враждебно настроена по отношению к России. И я думаю, что присутствие немецкой делегации на форумах в России в большей степени связано с давлением их бизнеса на федеральное правительство.
Германия ранее была гигантом и лидером инноваций в Европе, а сегодня уже таковой не является, ее экономика стагнирует. У ФРГ остается производственная база, и они ищут рынок сбыта в России. Поэтому я могу понять мотив приезда этой делегации, в которую вошли и компании. Однако они по-прежнему проводят курс на милитаризацию, и не стоит легкомысленно относиться к каким-либо якобы добрым намерениям Берлина, особенно по отношению к России, к Балканам, Республике Сербской и многим другим государствам.
Инновации переместились в другие части мира — в Россию, в Китай, в целом на евразийское пространство. Западные страны пытаются каким-то образом разрешить свои глубокие проблемы, и именно поэтому немцы сейчас пытаются вернуться на российский рынок и восстановить здесь свои позиции. Но не потому, что они желают чего-либо хорошего самой России. Я думаю, практически у каждого предпринимателя по отношению к России на самом деле есть недобрый настрой. Помня историю, мы осознаем, что на их братскую руку помощи никогда не следует рассчитывать.
Другое дело — новая американская администрация. Я верю, что между представителями президентов России и США Владимира Путина и Дональда Трампа есть достаточно взаимопонимания. И видно, что даже в контексте СВО Трамп считает этот конфликт больше делом Украины и Евросоюза. Европа руками Украины ведет войну против России. Киев давно постигло бы поражение, если бы не воинственные намерения Евросоюза и его отживших элит, которые пытаются сделать из ЕС военный союз вместо политического объединения.
Поэтому они сейчас пытаются распространить свое влияние на Молдавию, Армению и другие направления. Цель для них совершенно точно — иметь стратегические опорные пункты для давления на Россию и в целом на восточное направление. Но в действительности у них нет почти никакого влияния. Евросоюз утратил единство. У них нет единого лидера, нет сырья. Даже Германия уже теряет инновационное преимущество.
В России готовят гораздо больше талантливых инженеров. И если вы сравните образовательные программы здесь и на Западе, станет очевидно, что преимущество за Россией и за Китаем, где специалистов готовят в гораздо больших масштабах. Таким образом, прежнее стратегическое преимущество ЕС было утрачено. Страны объединения погрязли в долгах, включая Германию. Они понимают, что выйти из этого кризиса будет трудно. И поэтому они пытаются найти выход в милитаризации. Раз Германия перестает производить автомобили, она переключается на производство бронетехники и других вещей военного назначения. Это вызывает беспокойство.
— Мы все видели террористический акт в Старобельске, который унес десятки жизней. Однако многие западные государства предпочли промолчать. Что бы вы могли сказать властям этих стран? Не является ли это проявлением открытого цинизма?
— Это и есть двуличие Запада. Если бы куда меньшее число людей, не дай Бог, пострадало бы в каком-нибудь польском или украинском городе, развернулась бы даже не многодневная, а многомесячная пропаганда, с демонстрацией раненых, окровавленных и так далее. В то же время им безразличны страдания русских или сербов. Их пропаганда только и ждет повода показать какие-либо происшествия на украинской стороне, чтобы использовать это против России. Я думаю, президент Путин проявил большую мудрость в том, что он не допускает масштабных ударов, которые повлекли бы гибель многих мирных жителей. И в том, что спецоперация ведется с огромным вниманием к защите гражданского населения. Пока нет ни одного примера случаев, когда от российского оружия погибло бы большое число мирных жителей. Конечно, погибшие были, но они никогда не были целью.
В случае со Старобельском же удар был преднамеренным. Они знали, что это образовательный объект, где в этом время находились студенты. И они запустили дроны по колледжу, прекрасно это понимая. Они рассчитывали запустить волну недовольства в России. Это совершенно извращенный образ мышления. То есть, они сами убивали и пытались переложить вину на кого-то еще.
В этом подход России сильно отличается. Многие говорят, что нужно отвечать более жестко. Но здесь опять же Россия преследует стратегическую цель: минимизировать страдания мирных жителей. Поэтому российская сторона и предупреждает заранее о планах ударить по тем или иным объектам. Если кто-то не желает уезжать, это их решение. Но мы видим, что в Киеве, например, сразу же приезжают западные камеры. Я видел, например, сюжет c женщиной, которая была легко ранена. Я переживаю из-за гибели любого мирного жителя на любой стороне. Но, с другой стороны, такие вещи случаются, к сожалению. Речь идет о боевых действиях, о военной операции, в которой Россия ведет себя очень сдержанно.
А западники чувствуют, что у них кончается время. Они ожидали, что с помощью санкций смогут сломить Россию. Но в России поняли, что на Украине находится около 15 млн русских, которых нужно защитить. Вы знаете, когда у американцев в какой-либо точке земного шара есть хотя бы один гражданин под угрозой, они вмешиваются. А как же Россия могла не вмешаться, когда у нее есть 15 млн русских, находящихся под угрозой? И как не вмешаться с учетом того, как была сформирована Украина? Из прежних русских территорий, которых прежние власти кусок за куском отделяли и формировали из них Украину. Это абсурдно. Но в любом случае я выражаю соболезнования погибшим. Я скорблю по погибшим в этом колледже. И эта атака лишь подтверждает преступные намерения Киева.
— Вы также ранее заявляли, что боснийские сербы могут провести референдум по вопросу евроинтеграции. Когда он может состояться и каких результатов вы бы ожидали?
— Думаю, большинство не проголосует за евроинтеграцию, если говорить о сербах и Республике Сербской. Это, конечно же, раздражает Брюссель. Но это и есть результат их провальной политики, нацеленной прежде всего на поддержку мусульман бошняков в Боснии и Герцеговине, а не на объективность. Они хотят, чтобы Республика Сербская была упразднена и фактически растворена. Они сделали для этого все. И против меня организовали судебный процесс в обход законных оснований. Просто из-за того, что некий немец, выдающий себя за высокого представителя, принял решение о том, что его решения должны соблюдаться. Он считает возможным это навязывать. А затем в Боснии это взяли на вооружение и начали судебное преследование меня.
Такое вот судебное разбирательство в обход закона. В этом и есть суть Брюсселя. А потом они нам рассказывают про верховенство права и лгут. Европа лжет, ей не нужно верить. Не понимаю, как им могут верить Армения, Молдавия и другие. Но, думаю, это решение элит, а не народа. Это не в интересах ни армянского, ни молдавского народа. Мы видим, что Молдавия застряла на своем пути к евроинтеграции. А что, собственно, интеграция в ЕС им может дать? У них сегодня нет лидера. Лишь вопрос времени, когда народ начнет смещать президента Франции Эмманюэля Макрона и канцлера ФРГ Фридриха Мерца. Одновременно с этим ЕС наводнили 40 млн мигрантов. Зачем нам туда? Я думаю, главное — сохранять целостность нашего общества, чтобы оно оставалось христианским и чтобы существовала православная Республика Сербская.
И зачем нам растворяться в экономике ЕС? Они предоставляют какие-то небольшие суммы, дают кредиты под низкий процент, а потом просят помощь взамен. И вот вы уже должны отказаться от своих ценностей, ввести в школах "родителя номер один" и "родителя номер два". На это мы не можем пойти, это просто нереально. Зачем требовать от нас невозможного? На данный момент общество в Республике Сербской не готово к евроинтеграции из-за политики брюссельской администрации, которая годами была настроена негативно и годами редлагала нам только плохие решения.
— В Сербии поднимают вопрос об отмене безвиза для граждан РФ. А Республика Сербская всегда будет безвизовой для россиян?
— От Боснии и Герцеговины тоже требуют ввести визовый режим для российских граждан. Однако мы не позволим принять это решение, как и не позволили формально ввести санкции против РФ. Боснии и Герцеговины нет без сербов. А сербы говорят: визы для российских граждан вводиться не будут. Бошняки не смогут принять такое решение без нас. Люди из моей партии не будут за это голосовать. Если они не проголосуют, визовый режим для российских граждан введен не будет, чего некоторые добиваются уже не первый год.
Это касается не только России, требуют ввести визы и в отношении граждан КНР и других. Но это было бы изоляцией. Вот вам и подходы Евросоюза к правам и свободам. Но почему мы не можем иметь хороших отношений с Россией, с Китаем? Республика Сербская ни в коем случае не позволит ввести визы для российских граждан. Даже если это будет означать, что нас попытаются наказать. Посмотрим, как все будет.
— Как в Республике Сербской относятся к движению Белграда в сторону Европейского союза в последнее время? Может ли это повлиять на отношения между русским и сербским народами и на баланс сил в регионе?
— Этот вопрос нужно рассматривать с нескольких сторон. Первый аспект заключается в том, что Европейский союз буквально окружил Сербию и Республику Сербскую. Хорватия, Венгрия, Румыния, Болгария, Греция, Италия — все являются членами НАТО и членами Европейского союза. И в то же время они пытаются втянуть в Европейский союз Черногорию и Албанию. И этот процесс, вероятно, будет ускоряться. Тем самым мы становимся изолированным островом, которому они с легкостью могут отсечь любые коммуникации. Речь идет не только об авиасообщении. То есть тут НАТО и Евросоюз выступают за одно и то же.
В то же время мы эмоционально привязаны к России, это несомненно. Мы братские народы, у нас одни корни. Но им это не нравится, они видят нашу близость к русским и поэтому настойчиво пытаются упразднить и Сербию, и Республику Сербскую. И таким образом решить вопрос о якобы российском влиянии.
Я думаю, что нашему сербскому народу интеграция в Евросоюз вообще не пойдет на пользу. Другое дело, что некоторые обстоятельства вынуждают нас работать над тем, чтобы держать открытыми границы, сохранять экономическое сотрудничество с Евросоюзом и так далее. Мы сейчас не можем так активно торговать с РФ, потому что транзитные маршруты проходят через территорию ЕС и оказываются заблокированы европейцами в обе стороны. Мы должны все это учитывать и вести себя прагматично. Но самой Европе не удастся отказаться от торговли с Россией. Они все время говорят, например, о запрете на российскую нефть. Но энергоресурсы все время дорожают, я сам это вижу.
— Стало известно, что в Москву совершил визит экс-канцлер ФРГ Герхард Шредер. Как вы оцениваете его как потенциального переговорщика? Считаете ли это позитивным сигналом для урегулирования на Украине?
— Шредер в свое время был среди тех, кто подчинился решению властей ФРГ прекратить любые отношения с Россией. Хотя это не было его волей, он был вынужден пойти на этот шаг. Однако хорошо, что теперь он приезжает в Россию и появляется здесь. Это значит, что либо прежние ограничительные подходы Берлина провалились, либо от них был совершен отход.
В любом случае, я думаю, что Шредер является хорошим посредником для переговоров, для правильного представления российской позиции в Европе. Мы пока не слышали его заявлений. Было бы интересно услышать из его уст, что европейская политика предыдущих лет была ошибочной, а экономика Германии из-за этого обрушилась. Пока мы таких заявлений не видим. Впрочем, может быть, это я чего-то не понимаю.
Так или иначе, у меня есть симпатия к Шредеру. Европе нужен голос разума, здравомыслящий голос. Потому что политика России сейчас — это политика здравого смысла. С этим нельзя поспорить. В противном случае военное руководство РФ избрало бы быстрое решение с задействованием всего военного потенциала, которое привело бы к огромным жертвам и страданиям. Но этого не произошло. Отношения между русскими и украинцами чем-то похожи на происходившее между сербами и другими балканскими народами. Мы это понимаем.
Однако в Евросоюзе не хотят видеть Шредера в этой роли. Но что может глава дипслужбы ЕС Кая Каллас? Такая неспособная женщина была избрана на этот пост в такие тяжелые годы, это несчастье для Европы. Я ничего не имею против женщин — мы видим среди них и очень успешных политиков. Но Кая Каллас точно не пользуется успехом. Кто она такая, чтобы руководить внешней политикой и вопросами безопасности? Например, Трамп ее не уважает. И мы это видели, когда они встречались. И все-таки Европа сейчас находится в унизительной позиции, отказываясь от отношений с Китаем, с Россией. Как функционер столь высокого уровня, Каллас должна быть нацелена на сотрудничество с крупными и сильными странами, чего мы не видим. И от этого Европа проигрывает.