Барыня Ольга Валентиновна, была еще довольно красивой женщиной без малого 46-ти лет отроду, и отличалась редким природным явлением: она умела одновременно лежать, мыслить о вечности, сомневаться в вечности, отменять вечность и в тот же день спокойно идти есть абрикосы, как будто никакой вечности и не было.
Она жила так, будто внутри неё постоянно работала небольшая, но крайне активная лаборатория по изучению жизни, отношений, мужчин, смыслов, интуиции, “а вдруг это знак” и “а вдруг это просто давление”.
При этом лаборатория часто закрывалась на обед — потому что Барыня считала, что: голод и философия несовместимы, особенно если философия начинает драматизировать.
Барыня обладала удивительным стилем мышления:
если обычные люди думали линейно, то она — объёмно, эмоционально и с возможностью внезапного поворота сюжета в сторону “а может я вообще всё придумала”.
Её особенность заключалась в том, что она могла:
увидеть в мужчине судьбу
через 2 часа — перегруз нервной системы,
через ещё час — философский вывод уровня “я выбрала жизнь”,
и через тост с котлетой снова стать абсолютно земной женщиной, которой "вообще нормально".
В отношениях Барыня была существом интересным и противоречивым.
С одной стороны, она умела:
глубоко чувствовать
считывать динамики,
видеть паттерны, которые другим даже не снились.
С другой стороны, она иногда путала:
“я чувствую человека” и “моя нервная система устала и хочет лечь в тишину”.
И это придавало её внутренней жизни лёгкий оттенок психологического триллера с элементами комедии.
Барыня долго жила в мире, где любовь почему-то выглядела как:
опека
напряжение
спасение
и лёгкая тревожность в фоне)).
Но однажды она начала подозревать страшное:
что любовь вообще может не требовать усилий выживания
И с этого момента её жизнь стала похожа на исследование неизведанной территории, где:
мужчины странно активизируются
она странно успокаивается без них
и всё это требует срочной внутренней пересборки смыслов.
В быту Барыня была опасно наблюдательна, она могла по одному сообщению:
- увидеть “паттерн”
- построить гипотезу
- рассмотреть 3 сценария будущего
- и случайно устать от этого сильнее, чем от самого человека.
Но её главная сила была не в этом.
А в том, что она умела возвращаться в себя.
Иногда через осознание.
Иногда через усталость.
Иногда через дождь.
А иногда — через тост с котлетой, который вносился в спальню торжественно, как официальный акт реальности.
И когда Барыня возвращалась в себя, происходило главное:
судьбы становились тише
мужчины — проще
мысли — медленнее
а жизнь — ощутимее.
И тогда Барыня Ольга Валентиновна могла просто сказать:
“Ну всё. Я тут. Живу.”
И этого почему-то всегда оказывалось достаточно.